Северная королева. Книга 3 (СИ)
— Почему вы все еще здесь? — спросила в приказном тоне.
Эдель зашипела:
— Мы не гонцы-скороходы и не маги. Мы сумеречные, те, кто прячется во мгле!
— Вы — воины Вереска! Ни лучше и не хуже других! Моя личная армия! Вы, как и прочие, обязаны подчиняться мне! Ты выполнил мое повеление? — позволила короткий, пристальный взор в сторону эрт Дайлиша.
Он кивнул:
— Я сказал, что сделаю, значит, так оно и будет!
— Что ты можешь? Калека! — яростно прокричала Эдель, и я вздрогнула вместе с вампиром. — Ты же теперь по ее вине ползаешь, а не свободно касаешься небес!
Огнем опалило щеки — и мои, и его.
— Заткнись! — процедила я, не добавив ничего лишнего. — А ты, — вновь коснулась его взглядом, — приведи их, как можно скорее! Данкрейгу недолго осталось.
— Мы исполним клятву, — он преклонил колени и мимолетно дотронулся ладонью до сердца так, чтобы возлюбленная не заметила.
Впрочем, Эдель было не до Орона, она испепеляла меня своим гневным взором. Я даже не поморщилась — мы никогда не станем подругами. Вампирша исполнит свою миссию и умрет. Я не оставлю ее в живых, как и колдуна, запертого в медальоне. Найдется время и на них, я возьму на душу очередной грех. У меня есть ради кого постараться!
Очнулась, потому что услышала предупреждающее рычание Первого. Не чувствовать немощь тела было гораздо проще, на ум опять пришло воспоминание о Гане. И тотчас сердце пронзила его боль, его осознание. Я смирилась с жаром и изматывающей болью и прохрипела:
— Пропусти.
К кровати подошла Рилина с бадьей в руках. Я видела ароматный дымок, что поднимался от целебного отвара. Во рту пересохло, потрескавшиеся губы заныли.
— Пить.
— Сейчас, — Рилина отжала тряпицу и провела по моему лицу, принося облегчение. — Ты вся горишь! Я не прощу себе, если потеряю еще и тебя!
— Они все живы, — я поймала взор свекрови.
— Пока живы, — быстро проговорила она.
— И мы пока живы, — я растянула губы в болезненной улыбке. — Разве вы хотите умереть?
Она покачала головой.
— Немудрено, что один мой сын влюбился в тебя до беспамятства, второй — готов во всем подчиняться, а третий — тот, который никого не слушал, последовал твоему совету!
— Вы не ответили на мой вопрос, — изрекла я, сражаясь с болью. Она, как будто спала все предыдущие дни, а теперь изводила мое тело.
Рилина снова провела влажной тряпицей по моему лицу, отвернулась на несколько мгновений, а потом:
— Конечно, я хочу жить! — эмоционально откликнулась.
— Ну вот, — довольно сказала я и откинулась на подушки. — Мое тело в вашем распоряжении. Согласна пить горькие снадобья, а вот дух… Не тревожьте меня. Они ждут… — прикрыла веки, чтобы довериться магии, которая струится по моим венам.
Мне хотелось успеть, увидеть, поговорить со всеми, но я не успевала. Смотрела на север и на юг. Чувствовала и вспоминала. Что-то такое, о чем успела забыть. И еще незнакомое, но не совсем. Сложно объяснить, если сама не понимаешь, о чем толкуешь. Оно грызет непрерывно, напоминает, не позволяет оттолкнуть. Зовет.
Я заставила себя оттолкнуть неведомое, прибегнув к привычному, призывая Лельку к диалогу. Я нашла альбину в густой чаще. Она сидела на мху и перевязывала глубокую рану на руке испачканным куском туники. Появилась внезапно, вынудив Лельку лишиться дара речи и некрасиво открыть рот.
— Ты еще не потеряла способность удивляться? — не упустила случая поддеть ее.
Лель фыркнула:
— Прости, не учла, что моя королева — это ты, Ниа! — не осталась в долгу. — Ты вообще живая?
— Живая и относительно здоровая. А еще я успела родить! — постаралась, чтобы голос звучал радостно.
Лелька свела брови:
— Да? Только не говори, что роды принимала Ри и та девчонка!
Я собиралась ответить, но перед глазами мелькнул обрывок веревки. Я не придала значения и отозвалась:
— Нет. Роды принимал Дуг.
Альбина присвистнула:
— И как?
— Хорошо… — проговорила я, вновь поймав взглядом обрывок веревки. На этот раз я рассмотрела застарелые пятна крови.
— И? — Лельке требовалось узнать подробности.
Я молчала, окунувшись в воспоминания. Что-то такое я уже видела. Когда?
— Ариэль унес с собой Эрей, — выдала я несколько рассеянно, пытаясь не терять связь с альбиной и вспомнить.
— Угу, — Лелька вскочила, огляделась. — Куда? — ее взор горел решимостью.
Я махнула рукой на юг и тотчас увидела багровую полосу на бледной коже.
— Гали? — непроизвольно вырвалось у меня. — Какого грыра? — вопросила я в пустоту.
Лелька уже деловито двигалась туда, откуда вернулась.
— Найду нашу принцессу! Не сомневайся!
— Стой! — выпалила я, не подумав, а потом принялась листать страницы прошлого. — Вот оно! Неужели?
— Ты знаешь, где малышка? Говори! — допытывалась взбудораженная альбина, но я безмолвствовала, мне требовалось несколько минут для размышлений.
— Сейчас, — медленно попросила я, пропадая в мыслях.
Лелька нетерпеливо пританцовывала, стремясь сбежать на юг, чтобы исполнить слово, данное когда-то себе самой. А я мучительно вспоминала последние дни в Царь-городе. Гали. Мы достаточно много общались с этим призраком, чтобы между нами установилась прочная связь. Не помню, честно, прощалась ли с ней навсегда, но пришла пора встречи. Я четко до мельчайших частиц воссоздала все, что помнила. Первая встреча, когда я настолько испугалась, что даже не смогла вскрикнуть, а потом призрак стал нашим добровольным помощником. Служанка без единой капли благородной крови, но единственная, кто пожалел меня в Золотом замке. Я помнила, что Гали не могла говорить, и мы с Ганом так и не узнали ее историю. Но сейчас она требовательно звала меня, и я больше не отталкивала.
Мгновение, когда я успела расслышать возмущенный возглас Лельки, а потом мой взор упал на укромную поляну. Гали зависла напротив и указывала мне на горстку людей, сидящих у костерка. Я кивнула старой знакомой и опустилась. Первым я увидела мальчика, глаза смотрели на него, впитывая каждую черточку. Я, если бы могла, пролила слезы, жадно разглядывая каштановые волосы и серые испуганные глаза. Он тоже увидел меня и теперь смотрел с ужасом. За ним на меня обратили внимание остальные, а я с удивлением рассматривала знакомые лица. Они изменились, мне не сразу удалось признать их. Призрак, мальчик, две девушки, одна из которых совсем девочка, и зрелая женщина. Все они выглядели уставшими и затравленными. Светловолосая девушка, ставшая мне хорошей подругой, смотрела так, словно на ее глазах рассыпалась в прах единственная надежда. Девочка с темными волосами часто моргала, не до конца осознавая, что происходит. Женщина не сумела сдержать слез. Я не могла разговаривать с ними, вернее будет сказать не со всеми. Мне был доступен мальчик, но я банально струсила, потому что не удосужилась даже узнать имя племянника. Поэтому махнула рукой Гали, предоставляя право безмолвному призраку объясниться с путниками, а сама бежала к Лельке.
Она исподлобья смотрела на меня.
— Ну? — нервно передернула плечами. — Ты теперь всегда будешь вот так исчезать и появляться?
— Нет, — не стала ее огорчать и пугать. — Это временно. Лучше слушай…
— Опять будешь приказывать? — Лельке не нравился мой приказной тон, но я не посчиталась с ее чувствами.
— Да. Ты отправишься на юг. Твоей задачей будет найти путешественников. Их несколько, среди прочих мальчик. Ты его узнаешь.
— И как, интересно, я это сделаю? — весь вид альбины выражал сарказм, и я, не таясь, призналась:
— Он очень похож на Ганнвера.
Лелька вынужденно задумалась, несмотря ни на что, она была и остается воительницей. Жаль, что в ее голове много лишнего, поэтому я неторопливо, стремясь, чтобы мои речи достигли ее сердца, проговорила:
— Я приняла клятву другого, что он привезет мне сына Гана, но обстоятельства складываются особым образом, и я перепоручаю это тебе.
Лель медленно осмыслила сказанное, кивнула, подумала, решая что-то свое, спросила: