Северная королева. Книга 3 (СИ)

— Эра Ниавель, мне сказали, что… — осекся, увидев нас, и выпучил глаза.
Я не ощутила никакой неловкости, будто ничего необычного не произошло, и пригласила рыцаря присоединиться:
— Входи, Ренд.
А вот у Лиса проснулась совесть, призрак пожалел, что не объяснился раньше со старым другом. Он рассеяно опустил голову, но потом решил не затягивать и произнес:
— Привет, — под конец нашел в себе силы взглянуть открыто на эрт Лагора.
Ренд нервно кивнул и переступил через порог. Судя по играющим на скулах желвакам, рыцарь сейчас отчаянно сражался с бушующими внутри эмоциями. Библиотека погрузилась в молчание, и, чтобы прогнать его, я открыла травник и бездумно перевернула несколько страниц.
— Я забыл, — эрт Лагор очень медленно дошел до стола, взгляд его словно пристыл к лицу призрака, — что ты выкрутишься из любой ситуации.
— Мне удалось обмануть смерть, — усмехнулся Лис, и Ренд ответил ему кривым смешком:
— Тогда ты знаешь, кто я есть! — решил одним махом разрубить все узлы.
Лис озадаченно воззрился на рыцаря, но пояснений не добился и развернулся ко мне. Я считала, что эрт Лагор должен сам закончить начатое, поэтому не шелохнулась.
— Не знаю! — тишину вспугнул раздраженный возглас Лиса.
Неизвестно, что напридумывал себе Ренд о призраках. Наверное, решил, что бесплотные духи всемогущи и способны проникать в мысли людей… и нелюдей тоже. Моргнул пару раз, надеясь, что само образуется, но мешкать с признанием не стал:
— Ты — ар-де-меец, а я потомок са'арташи, — кивком указал на меня. — Твоя сестра видела!
На Лиса напало оцепенение. Его хватило лишь на то, чтобы попеременно смотреть то на меня, то на рыцаря. Я не вмешивалась, продолжая бездумно листать травник. События, будто текли мимо меня, а я являлась сторонним наблюдателем.
Неторопливое шуршание книжных листов, разбавил голос Лиса.
— На чьей ты стороне? — Ровно поинтересовался он у Ренда. — Мне известно, что для са'арташи кровные узы важнее всего прочего. Значит ли это, что вы обязаны поддерживать друг друга безо всяких клятв?
— Нет, — без заминки ответил эрт Лагор. — Мы помним цену каждого обещания.
Я перестала отмалчиваться, мне нужно было открыть важный секрет.
— Фрон собирался убить Беккит. И, если бы не вмешательство пленника медальона, то одному потомку са'арташи удалось бы уничтожить другого.
Призрак и рыцарь обескуражено взглянули на меня и дружно переспросили:
— Фрон потомок са'арташи? Он собирался убить Беккит?
— У меня нет повода сомневаться в его словах, сказанных перед смертью, — без колебаний отозвалась я, и Лис обличающе вскинулся:
— И когда ты намеревалась сообщить мне эту оглушительную новость?
Я не чувствовала за собой никакой вины, о чем не замедлила сообщить:
— Тебя не было рядом, если помнишь?!
— Простите великодушно, — разъярился Лис, — что искал пропавшую сестру и не сподобился навестить вас и поболтать! — рассеялся по библиотеке туманом, не в состоянии усидеть и успокоиться.
А я, наверное, только-только осознала, что брат обрел долгожданную свободу, которую не имел при жизни. Сейчас он негодовал не потому, что всерьез злился на меня, а потому что сам не уследил. Став призраком, Ган стремился наверстать упущенное, быть в нескольких местах одновременно, решить множество задач и помочь огромному количеству народа.
— Лис, — мягко позвала я и напомнила. — Всему свое время. Мы заговорили о Фроне в нужный час, — и перевела взгляд на притихшего эрт Лагора. — Что можешь сказать ты?
Сосредоточенно подумав, рыцарь сокрушенно покачал головой.
— Всегда считал, что потомки са'арташи рождаются в знатных семействах, а Фрон, как было известно всем обитателям Золотого замка, выходец из простого народа.
Я сочла нужным пояснить:
— С помощью медальона, в котором заключена душа древнего колдуна из Ар-де-Мея, Фрону удалось спрятать свое истинное лицо. И мы с вами вряд ли точно узнаем, где именно родился эрт Гивей — в жалкой лачуге, в публичном доме или во дворце.
— Но это важно, и нам нельзя ждать! — нетерпеливый Лис снова возник передо мной.
 
— Возможно, — вырвалось у меня прежде, чем мысль успела окончательно сформироваться, поэтому закончила я более осторожно, — мне известно, кто сможет пролить свет на истинное происхождение Фрона.
— Кто? — Лис прищурился, а Ренд подошел ближе, и я решила, что настал черед раскрыть чужую тайну.
— Девочку зовут Белль, у нее ярко-рыжие волосы, и она путешествует вместе с кормилицей Лин. Мы обязаны найти их раньше ищеек змеи!
— Почему ты думаешь, что дочь Этильреда укажет нам, кем был Фрон? — быстро сообразив, прицепился Лис.
— Потому что он страстно желал избавиться и от девочки, и от ее спутницы, собирался сдать их Беккитте и со спокойной совестью вернуться в Царь-город.
Ган всегда любил путанные загадки, и эта сильно взволновала его. Он метнулся в сторону, замешкался в углу, уронил полку с книгами, и замер, услышав потрясенный вскрик Ренда:
— Да не может быть!
— Может! — тотчас перенесся к нему призрак и указал на себя. — Все невозможное возможно, и я тому подтверждение!
Эрт Лагор был весьма аккуратен в своих высказываниях.
— Не исключено, что вы услышите всего-навсего мои домыслы, — щелкнул пальцами. — Но! — искристым взглядом подогрел наше любопытство. — Этильред был дядькой Беккитты!
— Известный факт! — нетерпеливо откликнулся Лис, а я в подтверждении кивнула.
Ренд улыбнулся и продолжил удивлять нас.
— На самом деле у деда Беккит было три сына, но все от разных женщин. Перечислю всех. Саграф — отец нынешней Золотой королевы; Этильред — родитель малютки Белль, и Рори, которому едва сровнялось два месяца, когда Саграф взошел на трон. Вам, не хуже моего, известны нравы, царящие в землях са'арташи. Чтобы укрепить свою власть, Саграф публично изгнал обоих братьев, лишив их всех привилегий. Вдогонку изгнанникам были отправлены наемные убийцы. Мой отец утверждал, что видел отрубленную голову Рори, но я никогда не верил! — горячо завершил он и объяснил. — Ведь в замок был доставлен и изуродованный труп Этильреда. А мы знаем, что позже принц вернулся и отомстил брату!
— Ты думаешь, Рори выжил, сменил имя, внешность и вернулся в Золотой замок, чтобы отомстить? — с недоверием и брезгливостью изрек Лис. — Фрон был дядькой Беккитты? — он не доверял своим ушам.
— Поистине змеиный клубок! — согласилась я. — Теперь мне ясно, почему эрт Гивей был обеспокоен появлением племянницы, ведь она оказалась еще одной претенденткой на трон! А вернув ее, он избавлялся от двух проблем разом! — интересные сведения, которые нельзя оставлять без внимания. Когда-то я думала, что у Фрона была более высокая цель. Оказалось гораздо прозаичнее. Я не испытала никаких сожалений по поводу того, что выдумала себе глупая девица.
— Фрон был странным, — в раздумьях произнес призрак.
— Безумным он был, — эрт Лагор дал более точное определение.
— Порой даже очень, — я на себе испытала все чудачества эрт Гивея. — Но немудрено! Сначала на парнишку обрушились нешуточные неприятности, а потом долгие годы воздействовал колдун, меняя по своему усмотрению. Магия медальона настолько сильная, что даже мне было сложно устоять перед искушением и бороться с ней.
— И где медальон сейчас? — Лис остановился на деталях.
— У Гурдина. Он сказал, что мне не справиться с пленным колдуном, — следует крепко задуматься над словами старца.
Но не сейчас. Меня отвлекли, вырвали из вихря совершенно разных, по-своему значительных мыслей.
Настороженный взор Лиса замер на эрт Лагоре, и я нахмурилась. Что на уме у переменчивого призрака? Ренд догадался раньше и четко произнес:
— Са'арташи служат Золотой короне и только ей, а не тому, чью голову она украшает!
— Но Золотую корону носит Кровавая королева, — настаивал Лис.
Эрт Лагор остался непреклонным.
— Ты вправе убить меня, а я не вправе предать! — процедил он.