Бывшие. Одна фамилия на двоих (СИ)

Сигарета давно погасла.
Глянул на часы. Почти сорок минут просидел в машине. Надо идти в дом.
Стол уже накрыт, зелёный чай с молоком в кастрюле. Успокоительный.
Ждут, без меня не садятся.
Мама сразу засуетилась. Всё хотела спросить что-то, но видимо все разговоры на потом.
Сначала накормить.
Ужин прошёл в тишине.
В моей голове мысли скакали от Ирины — к решению насущных вопросов, от воспоминаний о нашем прошлом — к аварии.
Чёрт возьми! Надо отдохнуть… Хоть немного поспать. Выключить голову.
— Пап, неси коньяк. Завтра на такси поеду.
Отец быстро распечатал бар.
Три бокала моментально оказались в его руке, и он кивнул головой в сторону гостиной.
— Прости, мам, но сегодня не до чая. Завтра с утра будет самое оно.
— Всё хорошо, сынок. Идите, идите. Поговорите.
— Мать, ты с нами? Мы в гостиной! — на ходу сказал отец.
— Да! Сейчас подрежу лимончик, лёд достану — и к вам.
Янтарные всплески напитка наполняли рюмку.
— Давай мать подождём. — сказал негромко отец.
В полумраке гостиной стало немного спокойнее.
Я держал в ладони бокал, чуть-чуть покачивая его. По стенкам медленно сползали капли, оставляя ножки. Коньяк начинал уже нагреваться, и я вдыхал ароматные пары в предвкушении обжигающего глотка и послевкусия.
Я думал об Ирине.
Наверное спит уже. Скоро полночь. Она сейчас совсем рядом.
Минут десять ходьбы. В доме друзей. Обалдеть.
А ведь с Романовой меня познакомили Макаровы.
Серёга при любом удобном случае показывал фото и говорил: — Димка, не пожалеешь, — Красавица, умница! Готовит как! Детей любит! Родите пацана, и вместе с Сашком нашим вырастет. Он малому как старший брат будет! Вот как мы с тобой! Давай познакомим вас? А? Ну, что ты всё один?
И перед майскими праздниками я сдался. Ира светилась от восторга. В глазах — искры! Красавица! Лучше, чем на фото.
Вечером мы все должны были отправиться в ресторан. Но наши планы не совпадали с планами отцов-командиров.
Встретились мы с ней только через два месяца.
И эта встреча привела нас в ЗАГС
На кухне пиликнул телефон.
И вдруг мы вздрогнули от крика:
— Дима! Саша! Срочно скорую!
— Что случилось? — бросились на кухню.
— Звонит Ирина, в трубке слышно только рваное дыхание. Молчит… Набирай скорую и дай мне, я сама им всё скажу.
Мама была в своей стихии. В ней проснулся врач.
У дома Макаровых мы оказались за две минуты.
Скорая была на подходе — в тишине звук сирены было хорошо слышно.
— Дверь заперта. Ключи я ей отдал. Дом сдан под охрану.
Я сразу позвонил на пульт.
— Окна целы. Света нет. Единственная возможность попасть в дом — выбивать стекла, — решительно сказал отец и быстро побежал в машину за монтировками.
Я рванул за пледом и подушкой. Накрыть осколки на раме, чтобы самому не пораниться.
Где находится Ирина? Главное не порезать её осколками. Решили лезть через окно в ванной.
Там стекло тоньше, без брони. Это был единственный выход. Точнее вход.
«Прости, Серёга, но иначе нельзя!» — подумал я, разбивая окно.
Звон стекла, подъехавшая скорая.
Все беды сегодняшнего дня и ночи были ничто, по сравнению с мыслью о том, что мы можем не успеть.
  
Глава 15
 
В коридоре, поджав ноги к груди, лежала Ира. В руке у неё была моя смятая визитка, а рядом — телефон.
В дверь быстро вошла бригада скорой, следом вбежала мама.
Иру осмотрели, и решили перенести на диван.
Манипуляции докторов мелькали как в кино: уколы, система, писк кардиографа, короткие фразы и никакой суеты.
Поднял телефон. Заблокирован.
Почему в нашей с Романовой истории всё случается через боль? Ну, неужели нельзя было там, наверху, как-то послаще завернуть сценарий наших отношений?
Например знакомство, которое привело к браку. Так за это Романова вообще должна была с меня пожизненную ренту требовать, а она улыбалась и не выпускала своей тонкой руки из моей ладони.
Как вообще тогда хватило ума взять и предложить ей этот фиктивный брак?
Дурак.
И Макаров дурак.
 
Один предложил, а другой повёлся.
А её простуда с температурой тридцать девять и три дня в бреду?
Она эти дни лежала дома. Я единственный мог днём за ней ухаживать. Менял компрессы, кастрюлями варил морс, таблетки по часам. С вечера и до утра с ней была Наташа. Я уходил в ночь на службу, а утром к ней.
Эти три дня она мне не простила. Что видел её в таком состоянии, что слышал признания, что собирал разметавшиеся по подушке волосы в косу. До самого отъезда, почти месяц, так и сторонилась меня. Глупая скромная девчонка.
— Как звать девушку? — спросил доктор у меня.
— Ира, — растерялся я.
— Замечательное Имя. Но мне не знакомиться, а карту заполнить. Диктуйте.
Я назвал полное имя Романовой, дату рождения, номер паспорта, группу крови, адрес, реакцию на лекарства и аллергии.
Пояснил, что работает логопедом, находится в отпуске.
Не беременна.
Мама всё больше и больше хмурила брови.
Да уж. Придётся как-то объяснять, откуда я так хорошо знаю медкарту Ирины Викторовны Романовой.
Подписал напоследок лист о том, что даю согласие на госпитализацию. Как кто? Бывший муж?
Не успел я открыть рот, как Ира тяжело вздохнула.
— Слава Богу! Девочка моя! — ахнула мама, и сразу с её лица исчезла тревога.
Ира озиралась по сторонам, не понимая, где она и что все мы здесь делаем.
В больницу она ехать категорически отказалась, подтвердила все данные, которые я продиктовал, метнула в меня молнией — и, видимо, вспоминая, что с ней произошло, сказала, что это усталость и нервы.
Фельдшер увел Иру в спальню, доктор и мама быстро обменялись рекомендациями, и скорая уехала.
Собрал осколки разбитого стекла и запер ванную на ключ.
Надо Серёге позвонить, рассказать о случившемся и заказать новое окно.
Мама ушла к Ирине, а отец зашёл с улицы и сел на кухне.
— Видимо, ночевать тут будем. Ставь кофе, раз коньяк не удалось выпить, — устало вздохнул отец.
Я включил чайник, достал турку и три чашечки. Люблю варить кофе.
— Как там у тебя? Что делать будешь дальше?
— Выплатим компенсации. Может что-то придётся продать. Думаю, квартиру.
В турке нагрелся кофе и по кухне поплыл аромат горячих зёрен.
Несколько крупинок соли, щепотку сахара. Чуть погреть. Воду.
И теперь не прокараулить.
— А жить где? — посочувствовал отец, — По дешëвке отдашь ведь.
— Батя, шесть человек в больнице. Деньги нужны сейчас. Им не скажешь: «Потерпите, я заработаю и всё выплачу».
— Это верно, сын, правильно. Не бросай людей! Мать сказала, что двое тяжёлые, но стабильные. У одного водителя инвалидность будет. Ногу постараются спасти.
— Выйдет из больницы, пролечим и в контору заберу к себе. Не на пенсию же оставлять мужиков. Семьи у них.
Пенная шапочка в турке поползла вверх. Всё.
Немного подвигать напиток, чтобы не взболтать, оставить на две минутки и можно наслаждаться.
Из комнаты вышла мама, прикрыла дверь и на цыпочках подошла к столу.
— Уснула. Остаёмся здесь. Утром вы по делам, а я с Ирой побуду.
— Хорошо, — сказал я, медленно разливая кофе по чашкам.
Я спиной чувствовал прожигающий взгляд мамы.
— Как там Сергей-то с Наташей? — спросила мама.
— Макаровы в гараже. Думаю, что ближайшие несколько дней они здесь и не появятся. Прорвёмся.
— Завтра день я пробуду здесь, а вот вечером, Дим, придётся тебе сюда приехать. Ира себя странно ведёт. Говорит что устала, а сама к окну подошла, посмотрела внимательно и только после этого легла.
— Дим, уже понятно из-за чего произошла авария? Кто организовал?
— Андрей поможет и с расследованием, и с поисками. Её найдут…
— Змея эта Лина…
— Бать! Ну, дурак был! Только не начинай.
— Ну, теперь не будь, — посмотрел лукаво отец.