Бывшие. Одна фамилия на двоих (СИ)

— Серёжа, сок гранатовый захвати Иринке! — добавила мужу поручений Наталья и повернулась ко мне. — А ты давай в душ первая, потом я.
Я мигом скрылась за дверью ванной. Теплая вода немного взбодрила и придала настроение.
Когда я вышла, на кровати уже стоял поднос с фруктами, а на столе бокалы, вино и бутылка сока.
Мусс для укладки, и модная причёска готова.
Лёгкие джинсы, футболка, палантин — и можно отдохнуть на улице, не боясь назойливых комаров и мух.
Наталья вообще вышла из ванной минут через пять. Просто смыла слёзы и освежила лицо. Мы решили пока побыть дома и завалились на кровать. Я чистила фрукты и резала их дольками, Наталья наливала сок и мы обе молчали, думая, с чего бы начать разговор.
Подруга начала первой.
— Ир, ну вы теперь наконец-то вместе с Романовым? — Наталья не смотрела на меня, а вытянула пробку из бутылки и медленно налила вино в один бокал.
— Что уж говорить, Романов красавец, такой весь мужик, конечно, шикарный. Меня от него прямо потряхивает, когда он рядом, но…
— Вы уже переспали? Прости за вопрос, Ир, — с интересом спросила подруга и посмотрела на меня.
— Да, был один раз… — смутилась я.
— Ну наконец-то, Иринка… — и Наташа отсалютовала мне бутылкой вина.
— Но речь не об этом… Наташ, хотелось бы попробовать отношения, но сомнений куча. Расстояние и неготовность к переезду, — я чистила ножом апельсин, и тоненькая длинная стружка скручивалась и опускалась в тарелку, а мои пальцы были покрыты оранжевым маслянистым соком.
По комнате поплыл аромат апельсина. Ира открыла бутылку с соком.
— Чья неготовность, Ир, твоя? — Наташа повернулась и посмотрела на меня.
— Думаю, что и Дима не готов переезжать из Москвы. Ему разве захочется бизнес переносить или терять? Это такой геморр!
— Ах, ты только думаешь, но ведь не знаешь точно, к чему он готов, а к чему не готов. Так? Ир, индюк тоже думал, да в суп попал. Вы уже говорили на эту тему? Что Романов — то говорит? — подлила Наталья сок в мой бокал.
— Мы не говорили об этом. А что Романов говорит… предложил быть его девушкой. Дай ему волю — так женой бы сразу назвал. Но я взяла время подумать.
— О чем думать будешь, подруга?
— Пока ни одной мысли, веришь?
— Догадываюсь, Ир. Это очень сложно. Помнишь, как мы с тобой так же сидели на моей кухне в гарнизоне? В комнате спал маленький Сашка, и ты успокаивала меня и твердила только одно, что я должна подумать и не рубить с плеча, когда уже были готовы чемоданы и заявление на развод с Макаровым.
— Да, Натусь, я всё помню…
— Давай с тобой выпьем, чтобы и ты не рубила с плеча. Думай, Ир! Только не забывай, что отказаться — проще, чем решиться на отношения и попытаться построить своё будущее… — наши бокалы звякнули и мы выпили.
Апельсинчик очень хорошо подчеркнул вкус гранатового сока.
Наталья перекатывала во рту вино, наслаждаясь его букетом и ароматом.
И мы наконец-то никуда не торопились.
  
Глава 45
 
Наталья медленно сделала ещё глоток вина из бокала, явно наслаждаясь вкусом.
Глубоко вдохнула и продолжила.
— Я теперь многое делаю медленно, Ир, и вино пью, и решения принимаю. Не всегда удаётся, но я стараюсь, — улыбнулась подруга, и мы завалились на подушки. — После того, что натворил Макаров, я стала другой, да и он изменился. Ни разу за шесть лет не дал повода усомниться в его клятве. Мы ведь даже о втором ребёнке подумываем, но пока, что-то никак не выходит. И Сашку отправили к родителям, надеялись, оторвемся вдвоём по-взрослому! Ага! Три раза! Авария эта! Всю неделю прожили в гараже. Сплошные стрессы!
— Ну, так перемена обстановки. А вдруг бац — и в цель попадёт, а? И заделаете ещё одного любителя автогонок, — весело подшутила я над подругой.
— Да ладно, Ир! Скажешь тоже! По быстренькому пару раз в машине юность вспомнили. Ну, может, побольше, раза три-четыре. — улыбнулась Наталья. — Да и дни безопасные. Так что в другой раз будем малыша стругать, — отпила ещё глоточек вина Ната и заметила, — Кисленькое. Ты зря не стала… Так хорошо после него! Расслабляет…
 
Я взяла яблоко и вцепилась в него зубами. Смачный хруст добавил аппетита, и захотелось есть. Я посмотрела в огромное панорамное окно, которое выходило на задний двор. У стола стоял Романов и что-то объяснял Макарову. Тот явно был не согласен.
Я медленно отвела взгляд от окна. Наталья тоже посмотрела на улицу, а потом на меня.
— Хорош, правда? — подмигнула подруга.
— Ты о ком? — уточнила я усмехаясь.
— О Макарове, блин!.. Ира!
Я вздохнула и вернулась к разговору с Натальей.
— Зачем тебе другого раза ждать? Вот скоро и займётесь этим интересным делом, Натусь. Ты же уже знаешь, что меня в погребе нашли? — я выдохнула, — У-у-ух, трешь какой-то! Звучит просто как из криминальной хроники! Короче! — воскликнула я и села на кровати поджав под себя ногу, — Этот погреб оказался во дворе дома бабули, где снимал жильё Старов. Хозяйка баба Груша, а у неё есть внучка Алёна. Так эта Алёна — давным-давно знакома с Поляковым Андреем. Ты-то его хорошо знаешь?
— Ну, так ещё бы, знаю, конечно! Андрюха с мужиками нашими учился в ВА. Он постарше их, и мозги им обоим вправлял по молодости. Да и тут уже, когда жили, тоже вправлял пару раз… Романову. Андрюха мужик, м-м-м, закачаешься! Ну, об этом в другой раз. И что там за Алёна?
— Так вот, Дима предложил организовать вечеринку и пригласить туда их и сблизить, так сказать!
— Романов в футбол захотел поиграть? — захохотала Наталья, чуть не разливая вино.
Я тоже засмеялась, глядя на подругу.
— Я Романова предупредила, Наташ! Говорю: «Только не футбол!» — откинулась я на подушки. — Он сказал, что организует выезд в какую-нибудь базу отдыха. Так что собирайтесь, скоро поедем. Вот там и оторвётесь с Серёгой, и, может, уже втроём приедете.
— Я за любой кипишь, кроме голодовки — весело ответила подруга.
И тут нас позвали на ужин. Мясо было готово. Мы в четыре руки сгребли все вкусняшки и быстренько переместились на лужайку заднего двора. Вечер был волшебным: тишина, птицы, на небе редкие облака, лёгкий ветерок.
На полянке стояли лежаки, кресла-качалки, и складные стулья для кемпинга. На любой вкус.
— Устраивайтесь, девочки, отдыхайте. Сейчас всё будет ок! — и Сергей начал носить на столик бокалы, шашлык, соусы, овощи, зелень, каждой оторвал лепёшку и присел рядом с Натальей на лежак.
Я устроилась в кресле-качалке. Есть хотелось неимоверно, ловко подхватив кусочек мяса, я быстро попыталась его укусить, но оно оказалось горячим. Я никак не ожидала этого, и кусок пришлось скинуть в тарелку. У меня мгновенно брызнули слёзы, а язык распух.
Всё произошло так быстро, что никто ничего не успел сказать.
— А-а-а… — я только махала руками в открытый рот.
Возле меня в мгновение ока оказался Дима и присел на корточки. Он смотрел такими печальными глазами, что мне стало неловко от того, что я опять как-то привлекла к себе внимание.
— Давай, я вылечу твой язычок, милая моя, — совершенно никого не стесняясь, шёпотом произнес Дима.
Я сидела с открытым ртом и не могла сказать пока ни слова, потому что язык щипало, да и дар речи пропал от такой откровенности.
— Полечи её уже, Дим, мы не смотрим, — сказал Сергей. И правда они с Натальей отвернулись, нежно обнимаясь и чокаясь бокалами.
— Высуни язык, — улыбаясь тихо сказал Дима.
Сейчас я думала только о том, что у меня пылает язык.
Да и Романов не придал значения этой фразе, что она может звучать очень горячо и подразумевать совсем другое.
Я послушно высунула язык изо рта. И Дима слегка начал на него дуть. Стало действительно полегче. Но глаза у него постепенно стали темнеть, а дыхание вдруг сбилось.
— Устроили тут фильмы для взрослых, блин! — посмотрев на нас, Макаровы встали и пошли в дом. — Сейчас лёд принесём!
Я немного прикрыла рот, потому что закрыть его совсем не могла — язык неимоверно горел. А Дима сидел передо мной на корточках и не сводил с моего лица взгляд. Он смотрел сразу везде — в глаза, на губы, на язык и в его глазах бушевал океан.