Падение (ЛП)

Наверху, когда Смотритель настиг ее, Ана заметила, как он пытается оправиться от шокировавшего его откровения и сосредоточиться на том, что впереди.
Он открыл дверь пожарного выхода и осмотрелся, прежде чем махнуть ей рукой.
Перед широким окном расположились четыре верстака с микроскопами и компьютерами. За каждым столом стояли черные мягкие кресла на колесиках — все пустые. В дальнем конце комнаты виднелась одинокая деревянная дверь.
Ана медленно повернулась в поисках деталей из сна. Они попали не в то место?
Домбрант осторожно двинулся к другой двери и выглянул в продолговатое окно.
— Туалеты, — сказал он.
В тишине раздался щелчок. Смотритель поднял винтовку. Ана сжала электрошокер. Вдвоем они развернулись к тому месту, откуда послышался шум. Обозначилась темная линия дверного проема, стена раздвинулась, открыв коридор. Из него вышла девочка восьми лет. Длинные черные волосы, юбка в складку. Маленькая девочка из стены.
Девочка заметила их секундой позже и замерла.
Домбрант медленно сделал круг, чтобы потайная дверь не пропала из виду. Ана встала напротив девочки, каждой клеточкой ощущая вибрацию. То, что она видела в своем Взгляде, было настоящим. Эксперименты существуют. Медленно она присела и положила электрошокер у своих ног. Домбрант опустил винтовку.
— Мы не причиним тебе зла, — мягко сказала Ана.
Девочка уставилась на них с отрешенным выражением в глубине глаз. Ее зрачки были большими и темными.
— Кто вы? — спросила она.
— Меня зовут Ана. Это Джек. Нам рассказали об экспериментах, и мы пришли проверить, все ли проходит правильно.
Девочка склонила голову набок.
— О, — произнесла она. — Раньше никто не приходил проверять. Меня зовут Лимон. Мне восемь. Я самая старшая. Когда мне исполнится десять, я смогу вернуться домой.
Ана улыбнулась. Картинка перед ней размылась. Справа она услышала дыхание Домбранта.
— Не хочешь познакомить нас с остальными? — спросила Ана.
— Хорошо, — сказала девочка. Она отступила в проход в стене. Ана вошла первой, затем последовал Домбрант, защелкивая за собой потайную дверь.
— Тебе разрешают бродить, где захочется? — мягко спросила Ана.
— Остальным нет, — сказала Лимон, не пускаясь в дальнейшие объяснения.
Короткий коридор заканчивался тупиком. Лимон провела рукой по стене. Ее пальцы наткнулись на небольшой выступ. Она ткнула его ладонью, и раздался еще один щелчок открывающейся двери. Девочка вышла в большое помещение, напоминающее больничное. Вибрация усилилась.
Свет попадал из больших позолоченных окон с дальнего края. По обе стороны на покрытом линолиумом полу палаты стояли кровати с высокими передвижными столиками между ними. На опорах с потолка свисал двухсторонний плоский экран, на котором показывали мультфильмы. Между двумя большими окнами установили раковину и круглые часы вроде тех, что были в актовом зале школы Аны.
Но она с трудом это отмечала. Она смотрела на детей. Капельницы в руках, бритые головы, впалые лица. Они лежали на белых простынях, уставившись в одну точку или повернувшись к экрану. Лимон села на пустую кровать и принялась смотреть телевизор.
В горле Аны жгло. Она была свидетелем «шокеров «в Трех мельницах и тонула в «аквариуме«, но ничто не могло подготовить ее к этому. Все в палате пахло болезнью. Дети напоминали опустевшие сосуды, разбитые, с вывороченными и выброшенными из тел душами.
Домбрант положил руку ей на плечо. Ана дернулась. Он показал в дальний конец палаты, где находилась матовая стеклянная дверь. Вторая дверь. За ней в свете перемещались тени.
Ана с Домбрантом медленно двинулись по палате с оружием наготове. Смотритель поднял винтовку и махнул Ане, чтобы она открыла дверь, а он вошел первым. Он сдвинул винтовку, прижав приклад к плечу, щеку к стволу и устремив правый глаз в прицел. Присев, она открыла дверь. Оказавшись внутри, Домбрант спустил курок. Один из трех врачей у операционного стола упал на пол. Вата и шприцы вместе с ним полетели вниз. Второй врач схватил скальпель и метнул его в Смотрителя. Домбрант снова нажал на спусковой крючок, ощутив отдачу в плечо. Скальпель пролетел мимо Аны, врезался в стену и с грохотом упал. Второй врач рухнул на колени.
 
Осталась еще женщина, в чьих глазах промелькнул ужас. Ее рука, в которой все еще находился хирургический нож, дрожала.
Ана вошла в комнату за Домбрантом. На операционном столе лежал обнаженный мальчик. Не более двух лет. По центру груди проходил большой шрам, а ноги по толщине напоминали руки. Зеленые линии на его обритой голове обозначали различные зоны мозга. В передней части головы, в том месте, где был сделан надрез, текла кровь.
Ана скользнула взглядом по скальпелю женщины, покрытому каплями все той же крови.
— У вас нет никакого права быть здесь, — сказала женщина. — Уходите. — Она вздрогнула, когда Ана приблизилась к ней. Быстрым движением пальцев, она отключила резистор парализатора под пластиковой шапочкой врача. Глаза женщины расширились, прежде чем превратиться в камень.
— Что это, Ана? — произнес Домбрант охрипшим голосом.
— Это лаборатория, Джек.
Из мальчика вырвался булькающий звук.
Рука Домбранта метнулась ко рту.
— Господи! Он без анестезии.
Ана вложила электрошокер в пояс. Дрожащими руками она попыталась отстегнуть мальчика.
— Что ты делаешь?
Она смела рукой поднос с медицинскими инструментами. Скальпели и щипцы с грохотом упали. Стеклянные пробирки разбились.
— Я ищу одежду.
Он взглянул на ее бессмысленный разгром, затем наклонился, чтобы снять наушники с врачей. Ана распахнула шкафчик под операционным столом и выбросила его содержимое. Домбрант поднялся и принялся снимать лабораторию и мальчика на интерфейс.
— Сделано, — сказал он. — Запишем остальных детей в кроватях и уберемся отсюда.
Ана сорвала свой серый пиджак и закутала в него мальчика.
— Мы не можем взять его с собой.
— Тогда уходи! — вскричала она. Ее лицо было красным и влажным. Должно быть, она плакала. Ее захлестнула ярость. Ана подхватила мальчика, прижала его маленькой щекой к груди и демонстративно уставилась на Смотрителя. Она не оставит мальчика.
— Мы не сможем пройти с ним через Главное управление, — сказал Домбрант, пытаясь образумить ее. — Я все снял. И мы уйдем отсюда с видео.
— Тогда вперед, — она вытерла нос тыльной стороной ладони. Она разрывалась на части. В том, чтобы забрать мальчика не было никакого смысла. Она не сможет уйти с ним, но ей было все равно. Гнев, словно яд, растекался по телу. Ничего из того, что произошло, не было разумным. Ее логика и разум обмельчали. Они больше не имели значения. Все, что было важно, чтобы мальчик узнал, что за пределами этих стен есть что-то еще. Узнал, что не весь мир наполнен монстрами. Чтобы на краткий миг он почувствовал, что хоть кто-то может обращаться с ним по-человечески.
Ана попятилась к двери с мальчиком на руках. Таким невесомым! Она едва замечала куда идет. Стены с кроватями расплывались от горячих обжигающих слез.
— Я не нуждаюсь в заботе, — сказала она низким гортанным голосом. — Я знаю, на что иду.
Смотритель кивнул.
— Я всегда знал, что тебе не нужна защита от самой себя, Ана.
Плечом она вытерла слезы, чтобы поглядеть на Домбранта. В глазах Смотрителя смешались грусть, ярость и невыразимый ужас. Словно в зеркале. Что-то в ней щелкнуло. Он прав. Она никогда не нуждалась в защите от самой себя. Она знала, кем была. Она знала, кем была и не боялась себя, больше нет.
Они прошли через палату бок о бок. Ана остановилась у кровати Лимон, мокрые дорожки на ее щеках подсыхали, вибрации в груди ослабли.
— Ты идешь? — спросила она.
Девочка покачала головой.
— Если я буду хорошо себя вести, то скоро отправлюсь домой. Через шестьсот восемьдесят четыре дня.
Ана кивнула:
— Намного раньше, — пробормотала она. — Если я выберусь отсюда, то намного раньше.
Ана шагнула к потайной двери и прошла в стене вслед за Домбрантом, который не тратил время на заметание следов. Он толкнул дверь и побежал по кирпичному проходу в темноту. Следуя за ним, Ана старалась двигаться плавно, чтобы не растрясти мальчика.