Падение (ЛП)

Они припарковались на холме, спускающемся к юго-восточной стене Просвещения, в двух минутах от здания регистрации и скрытого входа в деревню. Но Домбрант был прав. Им нужно было лучше разузнать о том, что происходит, прежде чем они спустятся в пустошь.
— Я ничего не нашел, — сказал Домбрант. — Психпатруль и смотрители не принимают участия. Они бы не смогли скрыть это. Может помощница Главы пыталась отвлечь тебя. — Он повернулся к Ане. — Отправили тебя подальше, чтобы спокойно заняться вскрытием твоего отца.
Ана подумала о девушке с размытым лицом из сна. Она не могла им объяснить, но почему-то верила Табите.
— Можешь получить доступ к линии спецслужбы Коллегии? — спросила она.
— Нет, — некоторое время Домбрат сжимал рулевое колесо. — Эвелин Найт сошла с ума.
— Может она всегда была безумна.
Смотритель скосил глаза, чтобы снова взглянуть на нее. Затем посмотрел в зеркало заднего вида на Коула, чьи глаза были прикрыты, а голова покоилась на спинке сиденья.
— С ним все хорошо?
— Он поправится, — оправдываясь, ответила Ана. Она перелезла над ручником и вернулась на заднее сиденье. Когда она уселась рядом с Коулом, Домбрант приподнял палец, приказывая помалкивать и вслушиваясь в наушник.
— Только что прозвучал запрос на отправку фургонов психпатруля на Милфилд-лейн, Н6, — произнес он.
— Это внизу дороги — подскочил Коул. — В минуте отсюда.
— Точно, — Домбрант достал дорожную сумку. — Боюсь, нам придется идти пешком. Машина будет заметна, как флуоресцентная корова в амбаре.
Выйдя на улицу, Ана вложила руку в руку Коула и яростно стиснула ее. Тенджери не показывал ей «кровавую баню «в Просвещении, но это не говорило о том, что такое не могло произойти.
  
26
 
В стан врага
 
Четыре черных фургона проследовали в конец Мертон-лейн и повернули направо, направившись на север по Милфилд-лейн, где вдоль одной стороны тянулась высокая стена Просвещения, а вдоль другой обочину дороги закрывали низкие ограждения и густые кусты.
— Здесь тупик, — сказал Коул. Они прятались за стеной на пересечении Мертон и Милфилд. Спину Аны кололи шипы ежевики, а обувь тонула в грязи. — Если мы последуем за ними, нас заметят. Нам нужно добраться до проема в стене, пройти сквозь здание регистрации и предупредить охрану.
Домбрант затряс головой:
— Слишком долго.
Проехав сто пятьдесят метров в тупик, фургоны остановились. Из них выпрыгнули восемь мужчин в черной форме психпатруля. Пока один человек из автомобиля занялся задними двойными дверями, другой встал на посту. У каждого висели электрошокеры и трезубцы, а на голову были надеты отражатели. Их коммуникативные устройства были невидимы, но работали в унисон, ясно передавая инструкции.
— Вы останетесь здесь, — приказал Домбрант. — Я подойду ближе.
— Мы теряем время, — возразил Коул. — Нам нужно попасть в Просвещение и всех предупредить.
Домбрант передал Ане дорожную сумку с запасным оружием, затем словно тень кользнул на дорогу. Она сжала руку Коула, чтобы предостеречь его от дальнейших действий.
— Люди из психпатруля в отражателях, — произнесла она.
— Как и мы, — запротестовал парень. На их головах тоже были серебряные ободки, как и у Домбранта, но всего их было только четыре. Ана могла выдержать вибрацию в течение пяти-десяти минут, потом концентрация снижалась, а давление на голову становилось невыносимым. Даже если бы она отдала свой, они могли помочь только двум охранникам из Просвещения.
— С парализаторами, — сказала она, — предупреждать будет некого.
— Я должен попасть внутрь, — Коул встал, обнаруживая себя.
— Коул, — прошипела Ана. Она сдавила ему руку, пытаясь воззвать к его разуму.
Ассистент Главы Коллегии сказала, что готовится внутренняя атака. «Просветители «должны были драться друг с другом. Что-то пошло не так. Позволь Домбранту выяснить, что они делают. — Она потянула его вниз.
— Если что-то случится с Нэтом или Рейчел…
Боль в его глазах разожгла в груди гнев и противостояние. Эвелин Найт за все заплатит. Ана найдет мальчика, как показывал ей Тенджери и преступления Главы будут разоблачены.
 
— Чем они занимаются? — спросил Коул. Ана посмотрела на него и проследила за его взглядом. Психпатруль вытаскивал из фургонов огромные лестницы. Они прислонили их к десятифутовому бетонному барьеру, затем по двое стали карабкаться вверх. Достигнув вершины, мужчины подняли вторую лестницу, чтобы перекинуть ее на другую сторону.
В тот момент, когда вторая лестница была установлена, обозначилась фигура. Она тяжело перекинулась через ограждение и спустилась вниз по ближайшей стене. Ана держала руку Коула свободной рукой. Она не могла разглядеть лицо мужчины, да ей и не пришлось. Он был одет в военные брюки и черную футболку охраны Просвещения.
Коул повернулся к ней:
— Думаю, это Эд, — его голос звучал тихо и надломлено, глаза потускнели. Ей хотелось утешить его, сказать, что все будет хорошо. Но это было не так.
Ритмичными и неспешными движениями, как заводной солдатик, Эд завершил спуск. До того как он достиг земли, еще один охранник из Просвещения перекинул ноги через край и послушно начал двигаться вниз. Сотрудник психпатруля направил Эда к первому фургону с улыбкой, приклеенной к лицу, которая словно говорила: «это самая легкая работа, которую я когда-либо делал«.
Ана сжала зубы. Когда она отыщет мальчика, то испытает огромное удовольствие от того, как Эвелин Найт, и все то, над чем она работала, развеется и исчезнет, будто пыль на ветру. Она вдруг вспомнила женщину в сером костюме, которая была во сне Тенджери. Серый костюм с золотыми полосками — форма Коллегии. Могла ли Правительница быть настолько глупа и тщеславна, чтобы проводить эксперименты над детьми арашанов прямо в штаб-квартире Коллегии?
Непрерывная череда охранников Просвещения спускалась по лестнице и садилась в фургоны. Рядом с Аной Коул был так сильно напряжен, что, казалось, будто он вот-вот сорвется. Девушка беспокоилась о том, что если Домбрант вскоре не появится, Коул может сделать что-то, о чем они все пожалеют. Это были его люди, его семья, которая превратилась в призраков, в ходячих мертвецов.
Коул вырвался.
— Нэт! — задохнулся он.
Ана схватила его за футболку, пытаясь оттянуть назад. Его движения были слишком шумными, чтобы их не заметить. Должно быть, его увидели. «Пожалуйста, только не это«.
— Коул, — взмолилась она.
Сзади Домбрант вцепился в Коула и потащил вниз. Он проскользнул мимо них, незамеченным.
— Это Нэт, — прошептал Коул. Ана нащупала ожерелье с луной, сжав ее большим и указательным пальцем. Коул никогда бы не позволил психпатрулю схватить Нэта. Она подвинулась для лучшего обзора. Нэт спустился с длинной лестницы и подошел ко второму фургону, махая руками из стороны в сторону.
Глаза Домбранта резко взметнулись между Аной с Коулом. Выражение горького огорчения стерлось с его лица, сменившись решимостью человека, получившего задание.
— Видимо, — сказал он, — Глава Коллегии все еще думает, что может вернуть контроль над ситуацией и сохранить бразды правления. Они забирают столько охранников, сколько смогут, в штаб-квартиру.
— Зачем? — прохрипел Коул.
— Ее специальное оружие — парализатор — не работает в Просвещении так, как она планировала. Вероятно, Эвелин хочет понять, что пошло не так.
«Штаб-квартира Коллегии«.
Оштукатуренные коридоры. Мраморный пол. Женщина в сером костюме, разглядывающая что-то в руках Аны. Девочка, вышедшая из-за стены. Операционный стол. Врачи. Двухлетний мальчик. Большие черные глаза. Зеленая карта. Надрез. Кровь.
Голос внутри вздохнул: «Спаси мальчика«.
— Может она хочет протестировать их в своей лаборатории, — сказала Ана.
Коул уставился на нее:
— Какой лаборатории?
— Правительница проводит эксперименты над детьми арашанов.
— Откуда ты знаешь? — спросил Домбрант.