Падение (ЛП)

Она кашлянула, в горле все еще саднило. Кровь змеилась из головы девушки. Ана двинулась вперед. В метре от девушки ее схватили за руку.
— Девчонка, — произнес ее защитник. — Или ты плохо соображаешь, или ты целый мешок неприятностей.
Ана дернула руку, но парень не отпускал ее.
— Они за всеми наблюдают. Если попытаешься ей помочь, окажешься на ее месте. Если бы ты пробыла здесь целый месяц, то знала бы об этом.
Ана посмотрела парню в глаза. Медленно он ослабил хватку. Она опустилась на колени перед девушкой, отдернула ее халат, прикрывая бедра и исподнее, затем мягко отодвинула ее волосы. Бледная кожа. Бледная шея. Тату виноградной лозы.
Она нашла Тэмсин.
  
16
 
Трент
 
Ана приложила пальцы к шее Тэмсин: несмотря на бессознательное состояние у девушки прощупывался четкий непрерывный пульс.
— Тэмсин, — прошептала Ана. Сквозь расселину рта Тэмсин послышался слабый стон.
— Анестезия, — произнес парень. — Будет действовать еще минут двадцать. — У Аны не было двадцати минут. Через тринадцать Петля перехватит канал новостей и выгрузит видео.
— Где все ее друзья?
— Теперь они «шокеры«.
Шокеры. Шокерами называли пациентов, которым прописывали лечение электрическим током. Она уже достаточно привлекла к себе внимание. Ана получила все, зачем пришла, поэтому ей нужно было выбираться отсюда. Но мысль о том, чтобы оставить подругу распростертой на земле лицом вниз, как животное, казалась ей невыносимой.
— Она уже четыре недели на ЛЭТ, — сказал парень, — еще парочку таких и она разучится ходить в туалет.
Внутри Аны забурлила ярость, такая внезапная и неистовая, что, казалось, ее мозг взорвется в любую минуту.
— Ее лечат электрическим током, — прошипела Ана, — потому что она помогала пациентам спецтерапии?
— Теперь она получает помощь, — сказал парень. — Да, доброта убивает, если ты обитаешь в этой дыре.
Ее ослепила злоба. Появилось чувство несокрушимости. Ничто не сможет остановить ее. Взгляд Аны остановился на парне, превратившемся в ее тень.
— Помоги мне перенести ее в пятую студию.
— Ты меня не слушаешь, да?
Она сгребла Тэмсин. Поддерживая ее за плечи и голову, Ана потащила свою лучшую подругу по асфальту. Хотя не должна была этого делать. Но она не могла просто стоять и смотреть, как у всех трясутся поджилки, пока из Тэмсин выбивают дух, кидают в крови и игнорируют. Она пообещала Коулу не вести Тэмсин с собой, не открывать ей кто она. И Ана не нарушала свое обещание.
Защитник вдруг догнал ее и подхватил Тэмсин под ноги. Вдвоем они неуклюже зашагали к пятой студии. Вокруг них остальные пациенты перешептывались, качали головами и разевали рты.
Они опустили Тэмсин на ближайшую от двери студии лежанку. На мгновение сквозь ярость пробились слезы: жгучие, сокрушительные и мучительные. Как она могла оставить Тэмсин такой?
Коул. Вот как. Если она не уберется отсюда, Коул войдет в Три мельницы и попытается пробиться в отделение. Затолкав горе внутрь, она поцеловала Тэмсин в лоб и осталась наедине с яростью.
Ана выглянула из-за двери ангара. Отделение густо накрыли тревога и напряжение.
— Ты говорил, они наблюдают, — сказала она парню. — И что они сделают?
— Пока реальной угрозы нет. Не думаю, что они что-то предпримут до завтра, пока мы не найдем наши имена в списке спецтерапии, — дрожь в его голосе выдавала страх.
— Ну, кто знает, что случится между «сейчас «и «потом«? До скорого.
Она выскочила во двор, прошагала, опустив голову, мимо очереди в женские туалеты и сразу же скрылась за толчеей больных, скользнув в санитарный блок. Коридор потонул в темноте. Ана двинулась вперед, вытянув руку, чтобы не наткнуться на что-нибудь.
Раздался шорох, затем стон.
— Ох, чел, — голос заплетался. — Трент, чувак. Эт ты?
В темноте возникла фигура: свернувшееся тело парня под наркотой, виденный ранее. Из дальнего конца коридора там, где располагалась дверь санитарного блока, ведущая к площадке Трех мельниц, раздался металлический скрежет.
 
Кто-то входил.
Ана направилась в женский туалет, где спрятала рюкзак. Коридор пронзил дневной свет, когда открылась дальняя дверь, ведущая в отделение. Ана метнулась к туалетам и захлопнула дверь. Щелкнул датчик света, в то время как послышался мягкий шорох приближающихся резиновых колес о бетон.
— Трент! — заныл парень под наркотой. Ана посмотрела на камеру у дальней стены туалета, направленную вниз. Ей требовалось вынуть рюкзак так, чтобы было неясно, что она что-то достает. Дверь в уборную со свистом открылась, и внутрь ввалился ее защитник.
— Кажется, тебе понравилось это место, — сказал он, закрывая за собой дверь.
— Ш-ш-ш! — предупредила она. Ана была раздосадована. По другую сторону двери резиновые колеса и мягкая обувь поспешно проследовали по коридору.
— Она не пойдет за мной сюда, — сказал парень.
Где-то там парень под наркотой завыл еще громче:
— Трент, я видел тебя, чувак. Я только что тебя видел! Чет делаешь?
— Слышишь, Трент, — сказала Ана. — Твоему другу нужна помощь. Почему бы тебе не перенести его куда-нибудь?
— Неа. Я же говорил, что буду следить за тобой. Сейчас мне кажется лучше держаться тебя.
— У меня нет на это времени.
— Правда? — сказал он, сверкнув глазами. — Спешишь на встречу?
Ей от него не избавиться. «Хорошо«, — подумала она. Ей придется уступить, повернуть это в «плюс«.
— Прикрой меня, пока я кое-что достану из урны, — поручила она. Ана встала сбоку от раковины. Трент повернулся к ней лицом, близость его тела вызывала дискомфорт. В его глазах запрыгали озорные огоньки. Она запустила руку в урну и достала черный рюкзак Коула. Трент отклонил голову и застонал в притворном удовольствии. Ана вынула из сумки электрошокер.
— Черт! — сказал парень. Он отшатнулся от ее неподвижного взгляда.
— Не валяй дурака.
— Что? Ты…?
— Просто прикрой меня так, чтобы меня не затошнило, — она прижалась щекой к стене и приоткрыла дверь туалета. Сквозь проем двери в конце коридора она могла видеть двор. Уже другая санитарка вываливала еще одного «шокера «из кресла-каталки. В отличие от Макэверн женщина быстро развернулась, торопясь обратно. Ана заперлась в женском туалете.
— Я не могу расслабиться, когда электрошокер находится так близко к моему стволу, — прошептал Трент.
— Пять минут, — произнес голос Коула в наушник Ане, заставив ее вздрогнуть. Она вела запись уже пять минут.
Что-то шлепнулось с другой стороны туалетной двери рядом с головой Аны.
— Трент! Трент, я знаю, что ты там!
— Дэнни, чувак, — проворчал Трент, качая головой. Ана всем весом навалилась на дверь, чтобы та не открылась.
— Впусти меня! — Дэнни застучал в дверь кулаком.
Санитарка вернется в коридор с минуты на минуту, а друг Трента привлекал слишком много внимания. Не похоже было, что санитарка сама их задержит, но она с легкостью могла вызвать подмогу, чтобы их схватить. Охрана могла потом поближе познакомиться с тем, что происходит в туалете.
В мгновение ока, приняв решение, Ана отцепила от халата камеру и бросила ее в урну:
— Нам нужно заткнуть твоему другу рот, — произнесла она.
Трент через плечо взглянул на камеру наблюдения Трех мельниц, прикрепленную высоко у дальней стены:
— Я не могу просто попросить его убавить звук. А если я впущу его и нокаутирую, прибегут санитары, — они переглянулись, понимая, что случится в коридоре. Ана достала из рюкзака шприц с ампулой и вложила их в руку Трента.
Его глаза в недоумении расширились:
— Кто ты? — спросил он.
Закинув рюкзак на спину, Ана включила электрошокер.
Друг Трента «под кайфом «все еще дубасил по двери.
Бам… Бам… Бам…
— Готов? — сказала она.
— Я не могу это сделать, — сказал Трент, держа в руке шприц. — Понятия не имею, что он только что себе вколол — стащил у медсестер.
Ана забрала успокоительное: