Бродяга (СИ)
— Ага, моя собственная, — не отрываясь, пробормотала Кьяра. — Вот как раз об этом и пойдёт речь.
— Джеяр спит?
— Сидела бы я здесь! Слава богу уснул, а я дожидаюсь тебя, как и договаривались, — улыбнулась Кьяра, откладывая в сторону тату маркер.
— Отлично, спать я пока не хочу, но и разговаривать тоже, — повалив смеющуюся девушку на диван, Ровер начал быстро стаскивать с себя одежду. — Хочу тебя. Та связь, что я почувствовал, когда ты догнала меня в коридоре, дала мне понять, что ты снова моя.
Говоря о своей готовности, Кьяра просто потянула его на себя, разведя бёдра. Это случилось. Спустя столько времени разлуки Ровер ощутил, что она действительно снова принадлежит ему. Кьяра откликалась, приумножая его удовольствие, даря себя и впитывая его так, что на время понятие самого времени просто исчезло. Остался только бескрайний глубокий космос, скитающийся корабль и два, сплетённых в одно любовью тела.
Когда они оба выдохлись, Ровер громогласно зарычал, выражая степень своего наслаждения.
— Это было … восхитительно. Как же мне тебя такой не хватало! — охмелевшим от удовлетворения голосом, пробормотал он. — Теперь можешь просить у меня что хочешь. Что угодно, я отдам тебе всё.
— Заметь, я тебя за язык не тянула, — нежно потёршись о него кончиком носа, Кьяра уселась на скворанина сверху, чтобы он мог хорошо её видеть. — Так вот, я много думала … о жизни. О боли, вернее о способах борьбы с нею. Мне не поможет ни выброс агрессии, ни дурман, ни слёзы, ни сексуальное изнеможение. И с тобой я, не потому что пытаюсь забыться с помощью твоей ласки. Просто я поняла, что мне действительно поможет справиться с моей ситуацией.
— У меня такое чувство, что сейчас мне не понравится то, что я услышу, хоть на мне и сидит моя любимая обнажённая девушка.
— Эти тёмные штрихи, — Кьяра выставила плечо, указывая на свежие символы. — Это отобранные мною людские жизни.
— О, целых семь! — с иронией перебил её Ровер. Его чистые лазурные глаза светились от счастья. — Только не говори мне, что теперь ты собралась в монастырь каяться.
Кьяра мотнула головой:
— Очень-очень давно, когда на моей планете ещё даже не изобрели электрический двигатель, а вместо автоботов аресцы передвигались на арабианах — когда-то водившихся животных на Аресе, люди верили одному поверью. Что душа сможет найти успокоение лишь в том случае, если за одну отобранную жизнь — ты прибавишь пять.
— Ты хочешь нарожать кучу детей?! — брови Ровера пораженно взлетели вверх.
Сдавленно засмеявшись, Кьяра потрясла кудряшками:
— Имеется в виду спасти пятерых за одного убитого. Можешь считать это бредом, но я хочу спасти тридцать пять живых существ, а может и больше. Это вернет мою веру и надежду. Мне это нужно Скай. И я прошу твоей помощи.
— Я наставляю оружие на толпу перепуганных колонистов — ты их от меня спасаешь. Пойдёт такой вариант?
— Не пойдёт. Ты жутко сообразительный, и ты уже понял, что не всё так просто.
— Да уж, — вздохнул Ровер. — Ты хочешь спасать тех, кто оказался в беде, в настоящей смертельной опасности. И по мне это конечно же бред, прихоть маленькой расстроенной девочки. Мне не нравится эта безумная затея, потому что тогда тебе придётся рисковать. Представь, если бы в эту ерунду верил я! Мне бы тогда пришлось спасать сотни тысяч! Кьяра, что за вздор? Других вариантов нет?
— Нет. Символы уже нанесены. Скай, ты же любишь рисковать и … любишь заниматься со мной любовью, — хитро прищурилась Кьяра.
— Ах так, ты шантажируешь меня? — усмехнулся он, сев. Несколько минут его играющие скворанские глаза пристально изучали девушку. — Двигайся со мной, Колючка. Мы повторим, чтобы закрепить эффект, а потом заключим сделку, — прошептал Ровер, крепче прижимая её к себе.
Вошедший в каюту отдыха Тан застыл на месте, в то время как у него на глазах Ровер ублажал поцелуями сидящую у него на коленях покрывшуюся испариной от продолжительного занятия любовью девушку.
— Вы уже закончили или только приступаете? — со скворанской едкостью подал он свой голос. — Между прочим тут иногда проходят люди по пути в пищеблок, а ещё у нас на корабле полно кают.
— А на Скворане пары, состоящие в одном круге, делают это на глазах друг у друга, — с иронией парировал Ровер, привлекая к себе обмякшую Кьяру. — Есть красный маркер?
— Это если круг состоит исключительно из скворан, а с имперцами у нас различный менталитет, — бросая ему маркер, проворчал Тан. — Хайди этого не примет. Что ты делаешь? Она вообще в сознании?
— Что здесь происходит? — опешив выдавила Хайди, войдя следующей с ребёнком на руках, тут же закрыв ладонью глаза Джею. — То есть это уже слишком!
— Мы вас не звали, но вы почему-то продолжаете стоять и пялиться, — усмехнувшись, ответил Ровер. — Какое определение подойдёт лучше — трахались, совокуплялись, занимались любовью? Я, конечно, рад, что вношу эротическое разнообразие в вашу жизнь, но эта постановка на зрителей не рассчитана.
— Хайди, ради бога, ты ещё долго будешь здесь торчать с моим сыном?! — не выдержала Кьяра.
— Чем занимались понятно, но что вы рисуете? — не спеша уходить, полный любопытства Тан попытался заглянуть, подойдя ближе. И тогда взбешенная совершенно обнажённая Кьяра встала в полный рост, приблизившись к нему вплотную.
— Смотри! Только смотри на символы Тан, а не на мою обалденную грудь. Это знак моей будущей миссии, — коснулась она своего предплечья. — Это имя сына, — Кьяра указала на свой пупок. — А это символы супружества, — провела она ладонью по низу живота. — У меня не такое количество тату как у скворанок, но это малое прекрасно сочетается с моей белой кожей, — взглянув Тану в глаза, Кьяра вызывающе вскинула подбородок.
— А ты знаешь, что ты красива, — угрожающе прошипел Тан, потеряв контроль над эмоциями. — Она опасна Ровер! — перевел он свой взгляд на друга. — Она смеет дразнить скворанина. Она ещё не раз сделает глупость!
И Тан вылетел из каюты, прихватив с собой Хайди.
— После родов твоя фигура стала действительно идеальной, — глядя на неё с улыбкой, произнёс Ровер. — Ты в курсе, что ещё одной глупости я не вынесу? Я просто убью тебя, — он улыбнулся ей ещё очаровательней, но за этой улыбкой скрывалась жёсткость, — А потом сниму твою шкурку и буду хранить как память. Теперь я тебя ревную ещё более болезненней Кьяра. Даже когда ты только что красовалась перед Таном — у меня уже возникло желание покончить с этим. Прекрати сводить с ума мужчин!
— Ты будешь единственным до конца моих дней, и в глубине души ты это знаешь, — на полном серьёзе произнесла Кьяра. — Я не такой человек, который флиртует и заводит любовников направо и налево. Моё сердце было разорвано на две половины. Одна умерла, вторая принадлежит тебе. В моём сердце другим места нет. Я любила, … и люблю.
— Иди сюда, — прошептал Ровер, взяв в руки маркер.
Один из чёрных штрихов на её предплечье, начал обрастать красными лепестками.
— Но мы ещё никого не спасли.
— Этот штрих ведь тот первый убитый солдат на Кроносе? — продолжал Ровер, ставя уже третью красную отметку. — Тогда не будем сбрасывать со счетов и первых спасённых. Ты уже спасла несколько жизней Кьяра. Первый — это Ярос. Второй — я, третий — Тан, четвёртый — Баал, и наконец пятый — твой сын. Осталось тридцать.
— Это значит, что ты согласен мне помочь? — расплылась в улыбке Кьяра, обнимая его.
— Ну, моя любимая Колючка обещала мне быть рядом, а ещё классный секс, а я такой падкий на её ласки, — Ровер не мог скрыть, что он ужасно доволен таким развитием отношений. — Но ты должна мне пообещать, что в любой спасательной операции я буду твоим командиром, а ты безукоризненно будешь мне подчиняться.
— Спасибо, — шепча, она снова стала покрывать его поцелуями. — Ты удивительный, великодушный, ты уникальный самородок Скай Ровер. Не переставай меня любить, прошу тебя.