Бродяга (СИ)

— Ах, вон оно что! Заниматься любовью под волшебством. Почему бы и нет! Но хочу тебе заметить, что этот твой инстинкт довольно подозрительный, — усмехнулся Ровер. — Колючка, я всё-таки задам тебе один вопрос. …Как насчёт Яра? — и его взгляд из рассеянного стал очень внимательным, выискивающим.
— Ты о стремительной трансформации наших с ним взаимоотношений? — вздохнула Кьяра, — Но почему тебя скворанина так удивляет изменчивость поведения другого скворанина? Вчерашнее было просто заскоком, выпадом отчаянья у нас обоих. Я думала, ты доверяешь ему он ведь твой друг.
— Ха, доверял, когда мои отношения с девушкой определены, а у нас с тобой всё было слишком запутанно и неясно, как туманность Апогея, особенно до сегодняшнего дня, да и теперь ты говоришь, что это всего лишь секс. Так мне стоит продолжать волноваться?
— Не думаю. Значит, ты боялся, что, зная о твоей игре со мной в «полюби меня» Яр мог просто перетащить одеяло на себя? Скажи, а если бы его намерения стали серьёзными, особенно если бы было ответное стремление с моей стороны, ты бы уступил ему? — Кьяра подняла одну бровь, с интересом ожидая его ответа.
— Но у тебя ведь не было «ответного стремления»? — ревниво передразнил он её высказывание. — Правда, ведь? Потому что я не знаю, как бы я поступил. … Это … почему-то стало … сложным. Но ты всё-таки расскажи мне, почему ты вдруг стала такой лояльной к скворанину ещё недавно ненавидевшему тебя? Просто хочу понять, чего мне ждать от вас в дальнейшем. Заодно успею придумать, как мне уберечь друга от страшной ошибки, — Ровер криво усмехнулся, не сводя с неё взгляда.
— Наверное, с моей стороны сработала такая психологическая защита — я просто приняла его таким, — произнесла Кьяра, вдруг став серьёзной. — Иногда, конечно, мне хочется его поколотить, но в целом, я смирилась с его непримиримостью. У Яроса есть свой стержень. А ещё, несмотря на эти его вспышки гнева и чудовищную заносчивость, мне показалось, что в нём дремлют и положительные качества.
— Вероятно, ты разглядела их во время того вашего медленного танца? — съязвил Ровер, снова почувствовав жуткий укол ревности.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- И тогда тоже! — улыбнулась Кьяра. — Нам было весело. Яр хоть и страшно вспыльчивый парень, но он наблюдательный и умный. Своими брутальными придирками он постоянно испытывает меня на прочность, словно оценивая и мои качества. Может, он разглядел что-то и во мне, что я не такая уж плохая, чтобы мечтать придушить меня. А ещё, я заметила, что он привязан к тебе, как к брату. Вы можете не сойтись с ним во взглядах, даже повздорить, но его суть, его дух, по-моему, всецело связаны с твоим. Если ему предоставить выбор, Ярос выберет тебя, а не меня. Тоже самое и с тобой — ты выберешь его, а не очередную подругу твоих суровых дней.
— Какая ты проницательная, так глубоко заглянула в суть, расписала Яра в лучшем виде, — с иронией заметил ей Ровер. — Ты специально выискиваешь его достоинства, красивые глаза, ум, и прочее, но никогда ничего не говоришь обо мне? Может, я тоже хочу знать, что Колючка думает о самом лучшем парне в галактике!
Кьяра звонко рассмеялась в ответ:
— Зачем мне что-то говорить, если ты сам о себе уже такого высокого мнения? Я могла бы сказать, но не буду, потому что ты можешь взять и использовать это против меня. Ещё решишь, что я в тебя влюбилась!
— Ну что ж, хочешь тоже поиграть со мной, давай! Но учти — когда-нибудь, ты не сможешь этого скрыть! — самоуверенно произнес Скай, снова ероша её волосы, которые его так забавляли, с чувством целуя в губы нахохлившуюся девушку.
Ощущая её рядом с собой, он испытывал удивительное парящее чувство легкости, причём оно держалось довольно стабильно, что было редкостью для душевного состояния скворан. Обычно наступавшая эйфория после близости очень быстро рассеивалась, и возбужденная психика, с ещё большей силой снова начинала выброс эмоций. Но в данный момент Ровер особо не задумывался над глубокими причинами почему ему так хорошо с этой девушкой, он просто наслаждался покоем, закрыв глаза, желая, чтобы эти ощущения продлились как можно дольше, поэтому он прижимал её к себе обеими руками, словно источник его покоя была она сама, и он, заряжаясь, вбирал её в себя целиком.
 
Но неожиданно в дверь нагло и настойчиво забарабанили:
— Ровер, хватит нежиться! — в резком тоне Яра слышалась тревога. — Я всё понимаю, но Астра вот-вот заявится снова. И если у тебя с ней настолько важные дела, то думаю в наших же общих интересах, тебе следует поскорее их уладить!
— Я уже здесь! — с раздражением раздался за спиной Яра высокий женский голос. — Вы подло соврали мне! Все вы! Чем я заслужила такое отношение, что вы выставляете меня идиоткой?! Своей помощью вам?! — взвизгнула оскорблённая Астра, шумно задышав, готовясь в следующую секунду разразиться скандальным возмущением.
На помощь Яру, наспех натягивая штаны, уже выскочил Ровер, застёгиваясь прямо на ходу, пытаясь успокоить обиженную хозяйку дома:
— Астра, что ты придумала, никто не собирался тебя оскорблять! Просто одна пикантная ситуация вынудила нас так поступить. Вот и всё. Теперь я готов обсудить все вопросы.
— А та пикантная ситуация до сих пор лежит в нашей с тобой бывшей постели? — презрительно скривилась Астра. — Это твоя новая девушка или так, одноразовая интрижка?
— Ничего серьёзного, так, чтобы убить время! — взвинчено прозвенел в ответ голос, появившейся Кьяры.
Она хотела решительно промчаться мимо них, колотясь от злости на всех, включая даже саму себя, но Ровер остановил её, схватив за плечи.
— Нет, это Кьяра, и она моя девушка! У нас с ней всё серьёзно и ужасно сложно, — безоговорочно объявил он, — И она почему-то не в духе, хотя я старался. Кьяра — это Астра, Астра — это Кьяра. Дурацкая ситуация я согласен, обычно я никогда не знакомлю своих бывших девушек с теперешними.
— Это ненадолго, экс-девушками Ровера у тебя быстро становятся, — окинув надменным взглядом Кьяру, произнесла Астра небрежным тоном. — Я ещё вчера поняла, судя по выражению твоего лица, что никакая это не подружка Яра. В момент, когда ты их увидел — ты себя выдал. Но он бросит тебя милочка, и в лучшем случае выбьет твой адрес у себя на теле. Он разбил мне сердце — разобьет и тебе. Когда у скворан пропадает интерес к чему-то — они становятся очень жестокими, хладнокровно избавляясь от лишнего баласта.
— Вот только не нужно утрировать, — сердито прошипел Ровер, одновременно пытаясь удержать вырывающуюся Кьяру. — Астра, у нас с тобой сохранились прекрасные дружеские отношения, но мы с тобой уже не вместе, и если ты не прикусишь свой ревнивый язык — наше приятельство может очень быстро испортиться! — скворанина начали рвать эмоции, но в основном из-за состояния Кьяры. — Куда ты собралась?! — не выдержав, рявкнул он ей, переводя взгляд с одной девушки на другую. — Останься, ты нужна мне!
— Пусти, я хочу на воздух! — почти прорычала ему Кьяра.
— Там дождь. Куда ты пойдешь, ты не знаешь города?!
— Пусти меня, Скай Ровер! Отпусти, я сказала! — её колючий осуждающий взгляд неприятно задел Ровера, и он тут же перестал её удерживать, демонстративно отведя руки в стороны.
Сбежав вниз, Кьяра выскочила на улицу, а Тан, следуя повелительному взгляду Ровера, понял, что ему тоже необходимо прогуляться в том же направлении.
Кьяра мерила шагами крытую веранду, как пойманный в клетку зверь. Обычно шум дождя, действующий на неё так успокаивающе с самого детства, для неё выросшей на планете с засушливым климатом, где дождь воспринимался как само чудо — теперь не помогал. Когда она заметила появившегося Тана, она резко обернулась, сухо его отчитав:
 
— Я имею право побыть одна или нет? Не смей за мной следить, ходить и даже не смотри в мою сторону! Предупреждаю, у меня сейчас жутко скверное настроение. Если ты не хочешь, преследовать меня под этим ливнем — оставь меня в покое. Прошу тебя, Тан! Иначе я за себя не ручаюсь! Так и передай Роверу — я никого не хочу видеть!