Рассвет после смерти (СИ)

— Ты говорила, что он умер.
— Я не знаю, — тихо говорит Луиза. — Я лишь надеюсь, что он не выбрался из того ада, что творился на улицах Парижа.
— Я могу подать прошение о разводе. Для магов встретивших свою пару, нам не откажут.
— Ты можешь это сделать?
— Конечно Луиза, но, чтобы подать прошение, мне нужно имя твоего мужа.
Она вдруг вся напрягается, потом резко встает.
— Луиза.
Снова садится. По ее щекам бегут слезы.
— Шарль…Сорель.
«Сорель!» С ужасом думает Джеймс. «Палач!»
  
Глава 10
 
Луиза
Как стыдно, как стыдно признаться, что твоим мужем был, а возможно до сих пор есть, палач. Я закрываю лицо руками. «Что обо мне теперь, ты будешь думать Джеймс? Еще минуту назад ты восхищенно смотрел на меня, когда я произнесла имя своего деда»
Сильные руки обнимают меня и мои рыдания становятся сильнее.
— Луиза, Луиза. Все хорошо, теперь ты в безопасности. — Джеймс прижимает меня к себе. Его магия обогревает меня своим теплом, ласково шевеля мои волосы.
— Как так случилось, что ты вышла за него замуж?
Словно это было вчера. Воспоминания нахлынули на меня.
— Я отметила свое девятнадцатилетие и лишь ушли гости, как к отцу заявились двое магов, — я хорошо помню их. Одному из них было около сорока. Высокомерный щеголь с хитрыми глазами. Другой был помоложе, но не на много. Он был высоким и крепким мужчиной. Даже сломанный нос не портил его красивое лицо, а его лицо знал весь Париж. Знала и я. К нам в дом пришел палач, Шарль Сорель. Оба мужчины с интересом разглядывали меня. Я же краснея под их взглядами, опустила глаза в пол и облегченно вздохнула, когда мать попросила меня уйти. Лишь в своей комнате немного пришла в себя. Помня предупреждение отца, я всегда обходила стороной магов. А сейчас, когда два мага находились в моем доме. Мне было страшно. Какой магией они владели? Зачем они пришли в дом простого купца? Мои мысли прервала мать. Она вошла в комнату бледная и испуганная.
— Что случилось, мама?
— Они пришли за тобой. У нас так мало времени попрощаться.
— О чем ты? Не понимаю.
— Доченька, — мама не сдерживала слез. — Палач Шарль Сорель посватался к тебе. Они заставили нашего папу, дать свое согласие.
— Нет, нет. Мама! Это какая-то ошибка!
В комнату зашел отец. Он словно был не в себе, бледен и немного заторможен.
— Папа! Скажи, что это не правда. Ты не отдал меня ему.
Но отец молча, обнимал меня.
— Шшшш… все будет хорошо. Теперь, ты по праву займешь свое место в высшем обществе.
— Но он палач, — рыдала я. — Я не хочу за него замуж. Я хочу, как вы с мамой жениться по любви.
Мать не выдержала и тоже стала плакать. Но строгий крик отца, утихомирил нас. Первый раз в жизни он повысил голос. И я, скорее не от страха, а от удивления притихла. Притихла и мать.
— Быстро собирайте вещи. Жена, одень дочь в красивое платье. Она должна быть богато одетой невестой. Сейчас мы все едем в церковь. После, Луиза, ты отправишься в дом к своему мужу. У вас пять минут. Потом аристократы применят на вас свою магию. Вы хотите этого!
Я и мама испуганно покачали головой. И отец вышел из комнаты со словами.
— Я жду вас внизу.
Я не помогала матери, потому что до сих пор не могла прийти в себя. Страх парализовал не только мое тело, но и разум. Я не слышала, как вошли слуги и вынесли сундук с вещами. Я молча, позволила раздеть себя и не замечала, как меня одевают. В голове крутилась только одна мысль. «Я буду женой палача». Мать взяла меня за руку и вывела из комнаты, а я словно наблюдала за собой со стороны. Мы спустились по лестнице, мама помогла мне сесть в карету, где уже ждал отец. Карета тронулась и казалось, что это не я еду в ней и смотрю на своих бледных родителей. Это не меня вел отец в церковь и трясущими руками, вручал свою дочь жениху. Это не я чувствую, как сильная рука сжимала мои маленькие пальчики. Это не я молчала и мое молчание священник принял за согласие.
Это не моих губ коснулись прохладные губы мужчины, теперь уже мужа. Я даже не очнулась, когда отец и мать последний раз обняли меня. Я продолжала находиться в каком-то трансе, когда садилась в карету Шарля. В голове теперь крутились слова. «Я Луиза Сорель, жена самого жестокого палача». Я не замечала, как в карих глазах мужа горел огонь возбуждения. Меня не обжигала рука мужчины, когда он помогал выйти из кареты и вел в свой особняк. Я не видела слуг, что выстроились для приветствия своей хозяйки. Я не видела богатого убранства дома, как кукла я шла с мужем по лестнице в спальню. Я не замечала, что служанки моют, облачают меня в прозрачную сорочку. Очнулась, когда вдруг поняла, что стою посреди спальни, почти обнаженная, а мой муж полностью одетый, стоял напротив и рассматривал мое тело. Его карие глаза с вожделением изучали меня. Я машинально прикрыла своими руками грудь и сделала шаг назад. От страха пересохло во рту. Моя магия требовала выхода, чтобы защитить свою хозяйку, но мне было страшно показать ее мужу. Еще больше я задрожала, когда увидела, как палач снимает одежду. Он делал это не торопясь, словно растягивал удовольствие. Палач обладал красивым телом, с развитыми мышцами и накаченным прессом. Его грудь была покрыта черными волосами. Он позволил мне рассматривать себя.
 
— Ты что творишь? — в комнату зашел высокомерный щеголь.
Мои щеки еще больше обожгло огнем, но маг даже не взглянув на меня, бросил мне халат.
— Что творю? Она моя жена, — ответил Шарль.
— Не прикасайся к ней, она нужна мне невинной. Ты знаешь.
— Я не думал, что эта сделка будет такой красивой и соблазнительной, — с усмешкой палач подошел ко мне и провел руками по моим плечам, талии, остановился на бедрах.
— Прекрати, — вдруг вырвалось из меня. — Убери свои руки.
Моя магия вырвалась и оттолкнула Шарля. Он подчинился мне и впервые за весь день во мне родилась надежда. Я посмотрела на щеголя.
— Сядь на кровать и не двигайся.
Но в отличие от Сореля, этот маг меня не послушал. Он влепил мне сильную пощечину. Это потом я узнала, что у нас с ним одинаковая сила, а мой муж маг-чтец.
— Шарль, придется поставить ей метку, иначе девка сбежит от тебя.
— Так появилась у меня метка. Маги, что входят в клуб Сатаны и имеют клеймо дьявола, не могут влиять друг на друга своей магией.
Я чувствую, как губы графа целуют мой висок и поднимаю голову, чтобы он продолжил целовать мои глаза, щеки и губы, я слышу его шепот.
— Луиза, ты самая красивая женщина, самая смелая, самая желанная.
Мне нужны эти слова, чтобы заменить свои горькие воспоминания на такие вот страстные и жаркие.
— Луиза, — граф отрывается от меня, его глаза переливаются серебром.
— Твои глаза, серебряные как наша магия.
— Твои тоже.
— Джеймс, — я тянусь к нему, внутри не просто тяга к графу, а какая- то жажда, которую нужно срочно утолить и это может сделать только Хертфорд.
— Джеймс, — мои руки держат его за плечи, касаются волос и я таю от прикосновения его пальцев, которые слегка сжимают мои, вдруг ставшими тяжелыми груди.
Он отстраняется и я сразу открываю глаза. Джеймс смотрит на меня, а его руки расшнуровывают мое платье и я не в силах его остановить. Граф резко дергает лиф вниз и жар распространяется по всему телу, когда я вижу, какой взгляд он бросает на мою обнаженную кожу. Так грешно и так волнительно.
Мне кажется, он слишком медлителен и я сама выгибаюсь на встречу, Джеймс обхватывает мою грудь рукой и припадает к ней ртом.
О, да. Я падаю в волны блаженства и когда мне кажется, что лучше уже быть не может, его рука оказывается у меня между ног. Стоит лишь пальцам Джеймса коснуться меня, как мое наслаждение усиливается. Мне так сладко, что я не в силах сдержать свой стон.
 
— Страстная, маленькая француженка.
Его губы снова целуют меня и я отвечаю со всем желанием, которое бушует во мне. Еще немного, совсем немного и его пальцы подарят мне, то восхитительное удовольствие, о котором шепчутся замужние дамы.