Мой робот с секретом (СИ)

Выпрямившись смог лучше рассмотреть женщин. В том числе и генералессу. Она показалась ему внушительно властной особой средних лет.
Взоры всех присутствующих устремились на парня, как и их руки. Они стремились его коснуться, перешептывались. Полтинник настолько странно себя никогда не чувствовал. И только генералесса хладнокровно подняла руку вверх и все умолкли.
— Вот видите? — негромко начала предводительница нападавших, но ее голос гулом разошелся по допросной, — я вам говорила. Вы все помните мои слова и как видите, я оказалась права. Да, натуралы существуют и нас обманывают. Верховная со своим срединным советом трясет с нас налоги и ограничивает права на материнство. Природные процессы стали привилегией избранных. Они аргументируют это тем, что спермы слишком мало. Но что мы видим? Перед вами молодой мужик и он вполне может помочь каждой из вас стать мамой совершенно бесплатно. Правда?
— А? — Полтинник остолбенел, но кивнул. Его ответ тут же вызвал резонансную волну радостных взвизгиваний.
Генералесса вновь подняла руку и все умолкли, она обратилась к парню:
— А теперь открой нам правду, ты один такой?
— Да нет, у нас целое государство, — едва слова сорвались с языка, как допросная опять наполнилась шумом и гамом. Он шепнул генералессе, — простите, а кто вы?
— Мы те, кто изменит этот мир, — тихо произнесла она и отдала команду своему отряду.
В этот момент все женщины выпрямились и в один голос заявили:
— Мы — "последние свидетели натурала" и с нами сила!
"С нами сила!" эхо разлетелось по стенам и вызвало дребезжание в перепонках. Полтиннику показалось, что пол на котором он стоял, превратился во вращающийся диск. Его закрутило в странном необъяснимом водовороте и в ушах продолжал звучать клич "последних свидетелей натурала".
14
— У меня к тебе много вопросов, — тихо прошипела я своему бывшему андроиду. Так что бы меня мог слышать только он.
— И ты уверена, что у меня на все есть ответы? — отозвался он так же негромко.
Я уловила нотки сарказма в его голосе и ощутила как мое нутро подгорело. Он еще имеет наглость шутить после всего произошедшего? Да у меня столько проблем навалилось из — за него. Как мне теперь все разгрести?
Мы шли в неизвестность. По крайней мере местность не узнавала. С привычной для меня зоны мы свернули в ту часть города, где я ранее на была. Эти странные женщины загрузились в электромобили службы ремонта. Закрытые пазики, пропахнувшие смазочными составами для металлических деталей.
Куда они нас повезут — я не спрашивала. Меня беспокоил мой браслет и я постоянно смотрела на него. Казалось, еще не немного и у меня вычтут последние остатки баллов и объявят в розыск, а потом приговорят к стиранию.
Я нервничала и туго соображала. Даже не спросила у женщин, а куда они нас повезут.
Только несколько раз смерила взглядом друга Севера — Полтоса. Этот Полтос, он же Полтинник, отправился в другой электромобиль. По пути он с Севером обменялся несколькими фразами, из которых я могла сделать вывод, что они попав в город где то разминулись, а потом Полтос встретил женщин из тайной организации "последние свидетели натурала". Больше я ничего полезного не услышала.
О том, что мир полон лжи я и так догадывалась. Не учитывала только масштаб. Сейчас все перед глазами рушилось, а я просто хмыкнув опустила нос и снова смотрела на браслет. Было у меня подозрение, что такое состояние являлось шоком.
Погрузившись в себя, я залезла в кузов электромобиля по ремонту и одна из женщин хотела мне завязать глаза. Тут я запротестовала.
— Ты не одна из нас и мы не можем рисковать, — заявила женщина.
— И прекрасно что я не одна из вас, — отрешенно пробубнила в ответ, — в этом кузове все равно ничего не видно.
— Так положено, — ее глаза сузились и подняв повязку, она фактически закинула мне ее на голову.
Как ошпаренная я вскочила со скамейки электромобиля, попятилась и невольно спиной уперлась в кого то еще. Знакомые руки опустились на мои плечи и догадка, к кому я случайно прижалась, пришла внезапно. Север. Он залез следом. По необъяснимым причинам такие случайные столкновения вызывали во мне бурю. И сейчас не стало исключением. Я сразу сжалась и ощутила как нагревается кожа лица.
 
— Все в порядке, она вас не выдаст, — сообщил он женщине.
— Ты за нее ручаешься?
— Да.
Я отметила с какой твердостью Север ответил, а ведь он меня даже не знал. Я вообще сейчас находилась в таком состоянии, что казалось, один щелчок и что угодно натворю.
— Тогда сам и разберись, — она протянула повязку Северу. — Извини мужик, но риски слишком велики.
Он взял предложенную ткань и женщина оставила нас в покое. А меня накрыла волна острой неприязни ко всему происходящему. Насупившись, я опустилась на скамью и отвернулась от Севера. Прошипела, поправив очки:
— Как мило вы общаетесь о моей персоне и в моем же присутствии. Но я все равно не дам себе завязать глаза. Это похоже на похищение. — кратко и косо посмотрела на Севера. Он слушал. Обида разбушевалась с новой силой, — я вообще не просила меня с собой везти. Оставьте меня на месте и разойдемся.
— Да брось, Софи, незнание тебе же в пользу. А оставлять тебя у дома, атакованного благочестивыми еще опаснее.
— Я не поворачиваясь чувствовала его взгляд на своем затылке. Его взор нагревал ту часть кожи куда попадал. А еще ощутила как он подсел совсем близко ко мне, так что коленом задел мое бедро, вызвав во мне прилив беспокойства и легкой, но ощутимой дрожи.
Я заерзала, попробовав незаметно отсесть. И ладонь Севера опустилась на плечо ближе к шее. Кожа от прикосновения грубоватых пальцев к ключицам вспыхнула, вынуждая меня непроизвольно вздрогнуть.
— Убери руки! — я скинула его ладонь сама, натянув воротник одежды выше, перекрыв место, где он меня коснулся. Там кожу покалывало. И у меня возник вопрос, — каким образом незнание мне то поможет?
Он наклонился ближе, от чего я взбудоражено опять попробовала отскочить, но поняла — он хочет донести до меня личную информацию.
— Если ты ничего не знаешь, то к тебе нет претензий. Считай что это похищение и ты жертва.
Его шепот обжег мое ухо, коснулся волос и возможно в этих словах была истина. Пока я переваривала информацию, он легко стащил очки с моего носа.
— Эй! — я тщетно возмутилась.
— Тшш, не нервничай, — отозвался Север негромко и опять мне на ухо.
— Легко сказать. Ага, как же, я бы рада была не нервничать, — бубнила, когда на веки легла ткань.
Меня переполняли смешанные эмоции и вспышки напряжения. Я вся была наэлектризована до предела. Сознание сдавливало невидимым прессом и морально силы на сопротивление или вопросы не находились. Сил не было даже для конструктивного обдумывания своего будущего. Я сама себе напоминала бумажный кораблик, уносимый ветром в неизвестном направлении, без возможности изменить обстоятельства.
Север словно пользовался моим замешательством и нерешительностью, одел на меня чертову повязку. Я ощущала как он касался моих волос, убирая пряди, чтобы завязать узел. От каждого прикосновения против моей воли по телу разносились импульсы. Они пугали и обостряли напряжение и вместе с тем в каких то частях меня создавали расслабление.
Зачем он это делает? Зачем опять шепчет, почти касаясь моего уха, что все будет в порядке? Это не унимает мое волнение, а усиливает.
Оказавшись в полной темноте я осталась один на один с собой в бесконечном хаосе. В этом мраке остро ощутила новые будоражащие прикосновения, добавляющие и в без того страдающее сознание новые потрясения. Рука Севера прошлась по моему предплечью к затылку. Сквозь плотную одежду я уже чувствовала то, что не хотела чувствовать, а когда его пальцы коснулись обнаженной кожи, яркие вспышки полыхнули в закрытых веках. В этот момент я забыла, что в электромобиле мы были не одни.
— Тебя знобит? — Спросил он, наклоняясь слишком близко.