Подарок на совершеннолетие (СИ)
22 глава
22 глава.
Маленький, по средневековому аутентичный Сент-Аньес встречает нас узким серпантином дороги и прекрасным видом на море, открывающимся с одной из его смотровых площадок.
— Почти добрались, — произносит Стефани, вдыхая полную грудь воздуха и улыбаясь самой себе.
Ловлю себя на том, что не могу отвести от нее глаз, кроме того: я и смотрю-то на нее как-то по-другому.
Мне кажется или Стефани стала другой?
Наверное, просто я сам изменился…
— Хорошо здесь, — вторит Эрика, щурясь от яркого солнца. — Вот только где нам искать наших кладоискательниц? У кого-нибудь есть идеи…
Выдающихся идей ни у кого нет, разве что Бастиан предлагает проехаться по деревне, высматривая красный «форд-адмирал» — навряд ли существует вероятность встретить два подобных автомобиля.
Хочется надеяться, бабули дожидаются нас именно здесь, а не в Ментоне, раскинувшимся россыпью домов в низине далеко под нами…
И мы все одновременно вскрикиваем, когда замечаем высматриваемый автомобиль у единственного в деревне кафе-мороженого — тот похож на вальяжного павлина, расположившегося посреди курятника с курами.
Турбобабули сидят в тени под зонтиком и потягивают прохладительные напитки.
— Вы припозднились, — пеняет нам фрау Риттерсбах. — Мы ждали вас еще три часа назад!
Мне бы тоже припомнить все те уничижительные слова, с ворохом которых я выехал из Сент-Моритца вдогонку за похитительницами чужих инвалидных колясок, только летний продолжительный ливень над Швейцарией как будто бы вымыл их все из моей головы… Не могу припомнить ни одного.
Не это ли и есть тот пресловутый «чистый лист бумаги», с которого люди и начинают новую жизнь?
— Нас задержали непредвиденные обстоятельства, — произношу с загадочной полуулыбкой, и фрау Риттерсбах по-птичьи вертит головой из стороны в сторону.
— Непредвиденные обстоятельства? — переспрашивает она. — Очень интересно. Расскажете?
И мы занимаем свободные стулья за их столиком…
Инициативу в рассказе перенимает Стефани, а я мысленно заполняю пробелы…
… Котенок появился из ниоткуда, вспрыгнув Стефани на колени и не на шутку нас перепугав, — мы все еще сидели на дороге, мокрые и абсолютно ошалевшие от счастья.
И чувствовать подобное… казалось странным и фантастичным. Как будто мне предложили слетать на луну, а потом еще и перенесли туда за долю секунды!
Вымокшая до нитки Спичка являла собой жалкое зрелище — пара тоненьких косточек и обвисшая шерсть — Стефани обтерла ее полотенцем и уложила на переднем сидении автомобиля, за что та наградила ее благодарным взглядом своих огромных, янтарно-кошачьих глаз…
Интересно, где пропадает ее хозяйка?
Прошло не меньше часа, прежде чем из-за деревьев показались две не менее вымокшие, но… скажем так, более расхристанные человеческие фигуры. Бастиан вел Эрику за руку. Или это она вела его за руку… В общем они шли, держась за руки, и уши парня пламенели привычным багрово-малиновым цветом; мы со Стефани переглянулись, изобразив приуменьшенную степень нашего общего с ней удивления.
— Вот и вы наконец, — сказала она, кивая в сторону автомобиля. — Спичка вернулась еще с час назад!
И Бастиан сглотнул, отводя глаза в сторону.
— Мы никак не могли ее найти.
— Ага, — подтверждает Эрика, заправляя за ухо вымокшие пряди, — видно мы не в том месте искали…
И Стефани хмыкает.
— Похоже на то.
После чего мы решили заехать в ближайший город и привести себя в порядок: провести пять часов в мокрой одежде — удовольствие не из приятных, в этом мы были одинаково единодушны.
В небольшом городке с почти незапоминающимся названием мы сняли комнату в одной из маленьких придорожных гостиниц, и нас со Стефани подрядили раздобыть немного еды для экстренного перекуса — терять время походом в ресторан никто не желал. Вернувшись с двумя коробками с пиццей, мы были заинтригованы шумным переполохом за дверью ванной комнаты: там плюхало, стучало, мяукало и… заливисто хохотало заразительным Эрикиным голосом. Мы со Стеф многозначительно переглянулись, и она двинулась в двери, решительно постучав в нее костяшками пальцев…
— Эй, ребята, у вас там все хорошо?
Ответом послужил новый виток Эрикиного смеха, а потом дверь распахнулась, и в клубах горячего пара наружу выскочил Бастиан с бутылочкой шампуня в одной руке и мокрым полотенцем — в другой.
Вслед за ним выскочила абсолютно ошалевшая Спичка с обезумевшими глазами: пенные хлопья, покрывающие ее хилое тельце, разлетались во все стороны этаким мыльным фейерверком.
— Держите ее! — заорала Эрика, выскакивая следом за давшим деру несчастным животным и отирая взмокший лоб; одежда ее была напрочь промокшей. — Чего вы стоите? — возмутилась она, заметив наши застывшие от удивления фигуры. — Ловите Спичку. Быстрее!
И так как мы все еще продолжали стоять, то Бастиан, легко прочитавший наши мысли, в смущении произнес:
— Да мы просто котенка хотели искупать, — и скривился как при зубной боли.
А Эрика, взмахнув копной каштановых волос, вспрыгнула на кровать, намереваясь поймать зацепившуюся за штору беглянку: кровать крякнула, Спичка буквально перелетела на соседствующий с кроватью шифоньер, а злокозненная гардина, вырвавшись из стены, повалилась на пол под непрекращающееся Эрикино хихиканье…
— Упс! — только и успела она пожать плечиками, полуобернувшись с шаловливым блеском в глазах.
— С тобой все в порядке? — спросил Бастиан, порываясь в ее сторону, и Эрика, недолго думая, упала прямо ему в объятья, обвив большое и мокрое тело своими ногами.
А потом она его поцеловала…
И Бастиан не сопротивлялся, только покраснел до багрово-алого и произнес:
— А кошек я все равно не люблю.
Я же подумал, что маленький самообман еще никому не повредил, ведь самая странная из всех виденных мною «кошечек» сейчас сидела у него на руках и терлась носом о его едва пробившуюсь за день щетину.
… Об этом Стефани старушкам не рассказала, как, впрочем, и о нашем с ней поцелуе… или лучше сказать о двух поцелуях: том, что случился в гостинице в Сент-Моритце, и другом — под летним дождем.
Я никак не мог поверить, что это произошло на самом деле…
Также, как не мог выбросить из головы встречу с Эстер в стрип-клубе: два этих события — две девушки — как бы наслаивались друг на друга, создавая странный, донельзя сюрреалистичный, почти футуристический коллаж.
— И тогда Алекс выстрелил из того старого пистолета, — произносит в этот момент Стефани, возвращая меня к реальности. — Где он, кстати? Мы до сих пор не понимаем, откуда он взялся.
По смущенной улыбке на лице Марии я догадываюсь, что у нее есть хотя бы один из ответов на заданные Стефани вопросы.
— Это, должно быть, отцовская Беретта, — произносит она. — Трофей военного времени, так сказать.
— Мария! — с укором произносит Хайди Риттерсбах. — Мы же договорились, что ты не станешь брать его с собой.
Та негромко вздыхает.
— Я подумала, оружие в бардачке еще никому не приносило вреда, — отвечает она на укор подруги. — Вот, посмотри, детям оно очень даже пригодилось! — И в сторону Бастиана: — На мальчика и так смотреть страшно, а тут новые хулиганы… — И заканчивает неожиданно бодрым голосом, которого мы прежде за ней не замечали: — Нет, я рада, что положила пистолет в бардачок их автомобиля!
— Так вы специально это сделали? — интересуется Стефани. — А вдруг бы нас полиция остановила…
— Так не остановила же, — ласковым голосом успокаивает ее Мария. — А пистолет я случайно у вас в бардачке забыла, — глядит в сторону Хайди Риттерсбах, — от Хайди прятала и забыла. — И добавляет: — И хорошо, что так, вот и вам подсобила, не думавши. Давайте уберу его от греха подальше!
И они со Стефани отправляются к нашему автомобилю, чтобы переложить отцовский пистолет Марии в более надежное место. А Кристина Хайбнер спрашивает: