Без обмана (СИ)

Девушка повернула ко мне свой монитор и кликом мыши развернула фото Дон Хука на весь экран.
— Никакой ошибки. Это действительно я. Такой, каким был заканчивая университет. Затем произошла трагическая история, я расстался с девушкой, которая меня бросила из-за давления своей семьи. Пытаясь унять горе, я начал не пить, как сделало бы большинство обладателей разбитого сердца, а есть. И вот, смотрите кем я стал. Самому стыдно, в кого я превратился, — на самом деле, заканчивая учебу, я весил ровно столько же, с точностью до ста грамм, то есть одного мелкого перекуса.
— Но зачем вы прикрепили к резюме свою старую фотографию? Это обман!
— Никакого обмана с моей стороны. Я могу вам рассказать, как так получилось, но поклянитесь, что сохраните все в секрете. Вы все, прекрасные дамы, поклянитесь. Сообщить что-то только одной из вас было бы преступлением перед лицом остальных. Теперь это будет наша общая тайна, — мысленно поставил отметку, что улики нужно будет уничтожить более тщательно.
— Клянемся, Ниида-сан, — серьезно сказала Мисаки.
— Вы ведь все знаете Асагаву Юзуки?
— Вы хотите сказать…
— Да-да, именно так. Мы с Юзуки встречались на последних курсах университета. Я сделал ей предложение и ожидал согласия. Но наши семьи… между ними возник разлад из-за деловых интересов. Так бывает. Я пошел против мнения семьи, отказался от своей фамилии и был изгнан, став всего лишь Ниида, то есть «новый», как вы понимаете. Увы, моя невеста не смогла совершить тот же шаг. Я остался ни с чем. Пожалуйста, не обвиняйте Юзуки, у нее были веские причины так поступить. Семья дело сложное. Я ее простил и ни в чем не обвиняю.
Три из четырех женщин всплакнули вместе со мной. Я что, нес эту чушь настолько убедительно, что у самого слезы навернулись?
— Но причем тут фотография?
— Это же совсем просто, Мисаки-сан. Юзуки продолжала следить за мной в социальных сетях и видела, во что я превращаюсь, — красноречивым жестом обвел свою фигуру. — Узнав меня в резюме, она заменила фото, желая мне напомнить, каким я когда-то был. Увы, она не понимает, что чтобы стать прежним, мне нужно в первую очередь склеить разбитое сердце, а не скинуть несколько лишних кило, которые мне совсем не мешают. Давайте исправим анкету. Вы ведь в любом случае сделаете новую фотографию, чтобы на пропуске я выглядел в точности, как в день приема на работу?
— Да как же можно было так поступить⁉ — воскликнула одна из женщин.
— Приказ семьи есть приказ семьи. Вы, дамы, наверняка знаете, как тяжело ослушаться родителей.
Под редкие всхлипывания по нашей с Асагавой-сан несчастной любви все документы мне и оформили. А затем исправили профайл, поменяв в нем и фото и записи о весе. Вот и первый шаг в избавлении от улик. Новую фотографию сделали прямо на месте. У кадровиков для этого все есть — и белая стена с подходящим освещением, и хорошая цифровая камера с беспроводным модулем, чтобы сразу передать фото на компьютер. Поставили меня к стенке. Попросили улыбнуться. Я и выдал свою лучшую улыбку, с которой я похож на добродушную панду. Или девушки тут огромные профессионалы своего дела, или новый галстук помог, или изменившееся мироощущение, но на получившемся фото я себе понравился, чего не бывало вообще никогда. Ну не получаюсь я на снимках. Не получался.
Мое лицо вместе с измененным профайлом подгрузили в корпоративную систему. Напечатали мне карту-ключ с правами сотрудника соответствующего отдела. И отпустили восвояси.
— Я верю, что вы помиритесь с невестой, Ниида-сан, — сказала мне в итоге Мисаки-тян перед тем, как я откланялся. — То, что она сделала с вашим личным делом — это знак того, что вы ей небезразличны. Знаете, в нашей корпорации превосходный спортзал. Вам стоит его посетить и вернуть себе форму. Вот увидите, сразу после этого все изменится.
— Непременно последую вашему совету, — поклонился я, мысленно добавив, что сделаю это тридцатого февраля. Самый лучший день, чтобы начать посещать спортивный зал. Да что же я все время вру⁈ Какое-то место проклятое. Может быть, здание корпорации построено на старом кладбище, на котором хоронили исключительно преступников и мошенников? Многое бы объяснило. Я же честный человек и никому зла не желаю.
 
С другой стороны, маленькие хитрости помогли мне добиться того, чего честным путем я бы никогда не достиг. Хорошо, что они мне больше не нужны! Теперь пойдет обычная размеренная жизнь. Цифры, отчеты, статистика. Честнейшая из наук, самая объективная.
С широкой улыбкой человека, начавшего новую жизнь я отправился в столовую. Наконец-то я могу оценить вкус местных блюд! Да еще и продающихся по настолько привлекательным ценам. Набрал полный поднос. Пока обедал, присмотрелся к сотрудникам. Вон те, с потухшими взглядами и печатью усталости на лицах, скорее всего мои коллеги. Не каждый, подобно мне, способен с удовольствием ковыряться в числах, составляя бесчисленные отчеты. Другие люди часто находят эту работу утомительной и изматывающей.
Вкус блюд, предлагаемых сотрудникам Окане Групп, оказался на уровне ожидаемого. Средненько, в пределах нормального распределения. Я пробовал и намного хуже. По соотношению цены и качества все равно очень даже конкурентоспособно.
Закончив обедать, отправился в свой отдел. Все верно угадал. Люди со взглядами мертвой рыбы шли туда же. Садились за компьютеры и как-то монотонно начинали работать. Разве так нужно к своему труду относиться? Куда только смотрит их, то есть теперь уже наш, начальник?
По всем канонам, представлять меня отделу должна кадровая служба. Но за слезливой историей о моей тяжелой судьбе момент был начисто упущен. Придется самому. Возвращаться к эйчарам и просить все сделать по правилам — значит напомнить им о моем существовании.
В отличии от простых смертных, которые вынуждены работать в общем пространстве и видеть мониторы друг друга, начальнику отдела финансовой статистики полагался отдельный кабинет. На двери табличка с именем «Тамура Кенджи» и должностью. Я постучал, дождался разрешения войти и поклонился именно так, как должно подчиненному перед начальником.
— Тамура-сан, позвольте представиться. Перед вами Ниида Макото, новый сотрудник вашего отдела.
Мой новый начальник, очень высокий, все метр восемьдесят пять, болезненно худой и лысеющий мужчина лет пятидесяти, смерил меня недоверчивым взглядом.
— Да, я ждал пополнения. Но почему вы сами пришли? Где ваш сопровождающий?
— Мне выделили в сопровождение очень милую девушку, которая по пути подвернула ногу из-за сломавшегося каблука. Ох уж эта молодежь. Корпоративный устав, в котором запрещены длинные каблуки, им не писан. Я рискнул добраться до отдела самостоятельно, чтобы не ожидать, пока провожатую поменяют на кого-то другого. Позаботьтесь обо мне, Тамура-сан.
И вот зачем я опять соврал? Я же ненавижу ложь! Почему она сама срывается с моих губ, буквально рефлекторно?
  
Глава 4
 
Тамура-сан нахмурился. Вот же формалист, но лезть в бутылку не стал, принял мои документы, поданные ему со всем почтением, с правильными поклонами и двумя руками, как и полагается. То, что начальник отдела произвел на меня скорее негативное впечатление — не повод для того, чтобы забывать вежливость. Вежливость — главное оружие бухгалтера, сразу после компьютера.
Не знаю, какой я эффект на своего нового руководителя произвел. Но сам факт наличия еще одного сотрудника, как мне показалось, его слегка порадовал. Во всяком случае, я моментально был загружен работой, стоило боссу вчитаться в мое резюме. Не каждый день к нему тут, похоже, приходят сотрудники с моим опытом.
— Ниида-сан, у нас горят сроки по сдаче нескольких важных отчетов для совета директоров.
— И вы поручите их новичку?
— Нет, всеми бумагами для совета директоров будут заниматься другие специалисты, а вы их разгрузите. Принимайте дела у Камуи-сана, он ваш семпай на сегодня. Камуи-сан, зайдите ко мне! — последнюю фразу руководитель сказал в телефонную трубку, даже не потрудившись поздороваться, «моши-моши» сказать. Видимо, такой у него директивный стиль управления.