Детонация (ЛП)

— Сколько недель?
— Ммм, сейчас около десяти. Через пару недель у меня назначена встреча на двенадцать недель.
— Поднимите пожалуйста платье, чтобы я могла добраться до вашего живота. Я бы хотела сделать УЗИ. Это отец?
—Нет, – говорим мы оба в унисон.
Он чувствует неловкость, повисшую в воздухе, возможно, потому и выбегает из комнаты.
— У вас было кровотечение? – спрашивает врач.
— У меня было немного раньше, перед тем как я выехала. Я посмотрела в Интернете, и там сказали, что это могут быть кровянистые выделения. Это было совсем немного.
Я знаю, что несу чушь. Что, если я что-то упустила. Я не хотела говорить Грейсону.
— Давайте сделаем УЗИ, и мы сможем взглянуть. Хорошо?
Я киваю, и она шаркающей походкой выходит за дверь.
—Пора уходить, Мэдди, – вбегает Фрэнки.
— Что, я не могу уйти.
Он пригвождает меня свирепым взглядом. Я отползаю на кровати подальше от него.
Он тянется за спину, выпрямляя руку, и направляет пистолет прямо мне в голову.
— Ч-что ты делаешь?
Он проводит рукой по своей темной щетине.
— Либо иди со мной сейчас, и ты останешься в живых. Если ты этого не сделаешь, ты умрешь.
Мой разум переходит в ускоренный режим.
— Но ты работаешь на Луку, – яростно говорю я.
—Я ни на кого не работаю.
О черт.
—Лука и Грейсон убьют тебя.
Грейсон выследит его и отправит прямиком в ад, если он прикоснется ко мне.
Но Грейсон сейчас не может тебе помочь, Мэдди.
— Прямо сейчас Грейсон ни хрена не может сделать. Мне нужно, чтобы ты убралась с дороги, чтобы мой план сработал.
Для меня это не имеет никакого смысла.
— Какой план, что, черт возьми, такое?
Он делает шаг ко мне, и я отшатываюсь от него.
— Отвали от меня нахрен! – кричу я.
Он проносится через комнату, зажимая мне рот рукой. Задыхаясь, я бью по его мускулистым рукам, пытаясь вырваться из его хватки.
— Ш-ш-ш, Мэдди. Грейсон сказал, что ты вспыльчивая. Черт возьми, он был прав. Ты не могла просто облегчить мне задачу, не так ли? Я делаю это, чтобы спасти вас обоих, – добавляет он, когда я отказываюсь смягчать свою борьбу.
— Мэдди, успокойся, черт возьми. Я не собираюсь причинять тебе боль. Мне просто нужно, чтобы ты пошла со мной. Если ты останешься, Марко придет за тобой в обмен на свою дочь. Мне нужен Грейсон. Мне нужен он разъяренный и готовый сжечь город дотла.
Нет, этого не может быть. Я не могу бросить Грейсона.
—Ты замолчишь, если я дам тебе выговориться?
Я киваю в его руку. Он отпускает ее, и я хватаюсь за воздух, держась руками за горло.
—Я не могу оставить его, – всхлипываю я.
—Это временно. Это единственный способ обезопасить вас обоих. Грейсон не может защитить тебя прямо сейчас. Я могу. Теперь тебе нужно написать ему письмо, где ты с ним порвешь все отношения. Мне нужно удержать его. Я не могу этого сделать, если он отвлекается, думая, что с тобой что-то случилось.
— Ч-что, нет, я не могу так с ним поступить. Пожалуйста, не заставляй меня делать это. А как же мой ребенок?
Достав сложенный лист бумаги и черную ручку, он протягивает их мне. Дрожащими руками я выхватываю их из его покрытых татуировками пальцев.
Я хочу воткнуть ему в глаз и убежать. Но я знаю, как там опасно. Здесь больше нет Грейсона, который мог бы меня защитить. К тому же этот псих наставил на меня пистолет.
— Сделай это правдоподобным, Мэдди. Для этого мне нужно все его внимание.
Как я должна найти слова, чтобы разбить ему сердце?
Дорогой Грейсон,
Я хочу, чтобы ты знал, я всегда буду любить тебя.
Ты мужчина моей мечты. Тот кто обращался со мной как с принцессой, – как в мечтах каждой женщины.
Но я больше не могу быть с тобой.
Я не могу жить так, чтобы ты рисковал своей жизнью ради меня.
Я больше не могу жить в темноте. Не с нашим ребенком.
Пожалуйста, не пытайся найти меня.
Я не хочу разбивать твое сердце. Это уже разрывает и мое собственное. Но это к лучшему.
Нам никогда не было суждено быть вместе. Но я рада, что мы провели эти последние несколько месяцев вместе.
 
Я буду дорожить каждым мгновением, которое мы разделили вместе.
Мне очень жаль.
Мэдди. ХХ
Я складываю письмо пополам, и Фрэнки протягивает руку, чтобы взять его.
— Я положу это в его комнате.
— Отлично, – ворчит он. — Мы должны поторопиться, Мэдди.
Я соскальзываю с кровати и следую за ним. Когда мы подходим к двери Грейсона, я поворачиваю ручку. Мое сердце колотится где-то в горле, когда он лежит там, трубки выходят у него изо рта, мониторы беспорядочно пищат. Но он жив.
— Мне нужно попрощаться с ним надлежащим образом.
—Пять минут. Лука вернется через десять.
Глубоко вздохнув, я вхожу и ставлю стул рядом с его кроватью.
Он такой тихий, такой умиротворенный. Я сажусь и накрываю его руку своей.
— Грейсон, я не знаю, слышишь ли ты меня. Я выйду за тебя замуж. На мне кольцо и все такое, так что теперь от этого никуда не деться. Пожалуйста, не прекращай искать меня. Я умоляю тебя.
Слезы капают ему на руку. Я кладу письмо на столик рядом с его телефоном.
— Когда-нибудь мы снова увидимся. Надеюсь, скоро.
Я должна быть сильной прямо сейчас – ради ребенка, ради Грейсона.
С высоко поднятой головой у меня есть еще один шанс сбежать.
Я выглядываю в прозрачное окно, когда Фрэнки проверяет часы и смотрит в конец коридора, ведущего ко входу.
Я открываю дверь так тихо, как только могу, мой взгляд прикован к красному знаку выхода слева. Я думал, больницы заняты, так где же, черт возьми, все? Где, черт возьми, вообще мой врач?
Делая глубокий вдох и распахивая дверь, я бегу так быстро, как только могу, к пожарному выходу.
—Мэдди, – рычит он.
Его тяжелые шаги становятся все громче и громче позади меня. Я толкаю барьер и вваливаюсь в дверь, разворачиваюсь и захлопываю ее, прямо перед лицом разъяренного Фрэнки.
—Кто-нибудь, помогите! – кричу я.
Дверь распахивается, врезаясь в меня и отбрасывая меня на пол, и я приземляюсь прямо на задницу. Мои руки саднит, когда они скользят по полу.
— Черт, – шиплю я, отползая назад, когда Фрэнки возвышается надо мной.
— Ладно, будь по-твоему, – бормочет он, наклоняясь и поднимая меня на руки, перекидывая через плечо.
Я изо всех сил колочу своими покрытыми синяками руками по его спине и отчаянно брыкаюсь ногами.
— Отпусти меня, блядь, ты, придурок!
— Заткнись нахуй.
Он ведет нас в полной темноте через парковку, на его черном Мерседесе мигают фары.
—Пожалуйста, не делай этого, Фрэнки.
— Это единственный способ сохранить вам с Грейсоном жизнь. А теперь садись в машину и больше никаких гребаных побегов. Если ты это сделаешь, мне потребуется всего один звонок, чтобы Грейсона убили на больничной койке. Ты понимаешь?
Я киваю, сдерживая слезы.
ГЛАВА 44
ГРЕЙСОН
Лицо Луки заслоняет мое размытое зрение. Настойчивый звуковой сигнал – единственное, что я слышу. Я несколько раз моргаю, чтобы прояснить зрение, гребаный белый и яркий свет не помогает. Боже, у меня так пересохло во рту. Когда я кашляю, острая боль пронзает мой левый бок.
— Черт! – Шиплю я.
— Грейсон, позволь мне позвать доктора.
Доктор?
Мне требуется некоторое время, чтобы прийти в себя.
Мэдди.
Где Мэдди?
Паника охватывает меня, и я подскакиваю на кровати. Что, вероятно, худшее, что я мог сделать, поскольку боль почти невыносима.
— Ложись на хрен, Грейсон. Ты чуть не умер, черт возьми!
— Где Мэдди?
— Лука, где, черт возьми, Мэдди? – я рычу и тут же разражаюсь приступом кашля.
Он сует мне в руки пластиковый стаканчик с водой. Мои руки такие тяжелые, что я подношу его к губам и делаю глоток. Даже усилие проглотить изматывает.