Детонация (ЛП)

— Так лучше. Я влюблена в мужчину своей мечты. Он немного грубоват, но компенсирует это множеством других способов.
— Пока ты счастлива, детка. Это все, что имеет значение. А теперь давай вернемся в постель. Я не могу заснуть без объятий Мэдди.
ГЛАВА 35
ГРЕЙСОН
Я отправляю Мэдди сообщение о том, что вернусь домой поздно. После инцидента с ножевым ранением на прошлой неделе я вижу боль на ее лице, когда ухожу поздно ночью. Тот факт, что она пытается скрыть это от меня, причиняет боль. Я не хочу никогда причинять ей боль. Но она знала, с каким монстром прыгает в постель.
Но сейчас все по-другому.
Она не просто в моей постели. Она поглощает всю мою жизнь, мое сердце и мой разум. Мне просто нужно придумать, как перестать ее расстраивать.
Вот почему я и Фрэнки посоветовали Луке, что нам нужно активизировать наши усилия по уничтожению Фальконе. Чем быстрее они уйдут, тем меньше мне придется гулять по ночам.
У меня в спортзале "Кингз" подписаны сотни бойцов, все мотивированы и готовы к крови. Я мог бы в кратчайшие сроки обучить их работать со мной и Фрэнки. Лука пока отверг эту идею, но мы не можем отрицать тот факт, что нам нужно срочно больше людей. Только так долго я и Фрэнки сможем сдерживать это, по сути, самостоятельно. Мы хороши, но, возможно, не непобедимы.
За прошедшую неделю мы изучили новые места встреч Фальконе на окраинах города. Они по-прежнему предпочитают старые заброшенные склады. Я глушу двигатель и открываю бардачок. Фрэнки фыркает, когда ему приходится убрать колено с дороги. Мои глаза расширяются, когда в поле зрения появляются маленькие красные стринги Мэдди, обернутые вокруг моего пистолета.
Фрэнки разражается смехом.
— Черт возьми, Грейсон. Где ты только нашел такую женщину?
— Мне повезло, – честно отвечаю я, хватая пистолет и засовывая в карман ее стринги.
— Чем мы сегодня займемся? –Он ухмыляется, замечая гранаты в бардачке.
— Мы уже пару недель ни хрена не взрывали. Я ожидал взрыва.
— Сколько их там? – спрашиваю я.
— По меньшей мере семь. По словам Карлоса, они ждут прибытия груза.
Он шевелит бровями, вытаскивает две гранаты и протягивает мне одну.
— Давай взорвем это дерьмо, – говорю я, и он хихикает.
Я захлопываю дверцу машины и шагаю к зданию с гранатой в одной руке, в другой сжимаю пистолет.
Когда я подхожу к зданию, один из мужчин, одетый в черное, направляет на меня пистолет. Без колебаний я нажимаю на спусковой крючок, попадая ему прямо в грудь. Он бесформенной кучей падает на пол, хватаясь за грудь. Кровь льется у него изо рта, когда он захлебывается собственной кровью.
Я пинком убираю его с дороги, даже не взглянув на него.
— Отличный выстрел, – кричит Фрэнки позади меня.
— Спасибо. Иди к запасному выходу.
Я проверяю свои "Ролекс".
— Ровно через шестьдесят секунд мы взорвем это место.
— Понял, босс.
Секунды идут, и меня охватывает возбуждение. Я чертовски люблю смотреть, как дерьмо сгорает дотла.
Десять секунд...
Я распахиваю металлическую дверь, нажимаю на запорный рычаг гранаты и выдергиваю чеку. Все головы в комнате поворачиваются. Я улыбаюсь им, прежде чем закинуть гранату внутрь и захлопнуть дверь. И, черт возьми, сваливаю отсюда так быстро, как только могу.
Здание охвачено пламенем. Останавливаясь посреди автостоянки, я оборачиваюсь и любуюсь видом.
— Это такой пиздец, когда тебя разрывает на куски. С другой стороны, я бы предпочел это, чем быть сожженным заживо, – говорит Фрэнки с абсолютно серьезным лицом.
— Я запомню это на случай, если однажды мне придется тебя убить.
— Спасибо, друг.
— Ну, разве это не хороший подарок на день рождения? – он поворачивается ко мне с озорной ухмылкой.
Так и есть.
Но я с нетерпением жду подарка Мэдди на мой день рождения.
— Поехали. Я должен отшлепать свою девочку за то, что она оставила трусики на виду у таких, как ты. Поговори еще раз с Лукой, скажи ему, что нам нужно продвигаться вперед в реализации нашего плана с новыми рекрутами. Я поговорю с Келлером и подключу его к работе.
 
— Понял тебя, босс.
Когда я переступаю порог, до меня доносится аромат свежеиспеченного торта. Я роюсь в карманах, вытаскиваю ее красные стринги и завязываю их на пальцах. Подходя к кухне, я замечаю белокурый пучок волос Мэдди, подпрыгивающий над столешницей. Она стоит на коленях на полу, пристально глядя в духовку, наблюдая, как поднимаются пирожные. Столешницы покрыты белым порошком. Моя кухня напоминает наркопритон.
Вот каково это – быть с Мэдди. Она волнующая. Я никогда не знаю, к чему вернусь домой. Лежит ли она в какой-нибудь странной позе йоги, задрав задницу кверху, в облегающих во всех местах леггинсах. Иногда я захожу к ней домой, а она полусонная читает книгу. В другие дни она потягивает вино из бутылки и читает рэп под Эминема.
Я никогда в жизни так много не улыбался. В тот момент, когда я возвращаюсь к ней, каким бы мрачным ни был мой день, работая с Лукой, она делает его ярче. Каждый раз. Думаю, именно поэтому я так одержим желанием быть с ней при каждой возможности.
— Привет, Красотка! – кричу я, зажимая в зубах ее трусики.
Она вертит головой по сторонам.
— Привет, именинник.
Она вскакивает с пола и бросается ко мне, прыгая в мои объятия и обвивая руками свою шею.
— Я вижу, у тебя есть подарок номер один.
— Кто тебе сказал? – спрашиваю я, приподнимая бровь, когда она вытаскивает его. Я не устраиваю дни рождения, с тех пор как умер Каспер. Наши дни рождения были достаточно близки, чтобы мы отмечали их вместе. Всегда.
— Возможно, я заставила Келлера рассказать мне, а возможно, и нет. Я имею в виду, ты сказал мне, что ты Телец. Могу я добавить, что ты типичный телец – чертовски упрямый, отличный любовник. Тот факт, что мы не могли выносить друг друга целый год.
Она хихикает.
— У Водолеев не самый лучший показатель совместимости с Тельцом.
— Солнышко, ты заполучила себе мужчину самого преданного знака зодиака. Однако у меня есть непредсказуемый, иногда капризный Водолей.
— Ты имеешь в виду, свободолюбивый и извращенный.
— О, я все об этом знаю. Водолей любит похвалу, – я приближаю рот к ее уху. — И анальный секс.
Это правда, это, блядь, всплыло, когда я искал. Как, черт возьми, они до этого додумались, выше моего понимания.
Мои руки находят ее задницу, и я сжимаю ее.
— Вот это идея подарка на день рождения, – мурлычет она, ее глаза мерцают.
Духовка звякает, и она вырывается из моих объятий, подбегает к духовке, хлопая ею, когда пар вырывается из дверцы. Она осторожно достает бисквит и кладет его на стойку.
— Черт, это круто.
Взяв деревянную ложку, она начинает яростно взбивать сливочный крем, держа белую миску подмышкой. Когда она вытирает лоб предплечьем, на нем остается след белой пудры. Я улыбаюсь так широко, что у меня болят щеки. Это уже самый лучший день рождения, который у меня был за все время, сколько я себя помню.
Я подхожу к ней сзади и обнимаю ее за талию, притягивая к себе. Мой член подергивается, когда ее задница трется об него.
— Грейсон...
— Да, детка.
Я надеюсь, что следующие два слова, которые сорвутся с этих милых губок, будут "трахни меня". В конце концов, это мой день рождения.
— Ты бы предпочла сесть на торт и сосать член, или, ррр, сесть на член и есть торт?
— Сидеть на члене и есть торт. Зачем тратить впустую отличный торт?
Я хихикаю.
— Чего я действительно хочу, так это чтобы ты сидела на моем члене и кормила меня тортом. Это вариант? Сегодня мой день рождения, Солнышко.
Я не могу видеть ее лица, но я знаю, что эти изумрудные глаза будут полны желания, а ее щеки порозовеют. Опускаю ладони под ее майку, провожу ими вверх по ее гладкому животу и позволяю ее великолепным круглым грудям заполнить мои ладони, потирая большим пальцем ее упругие соски. Она откидывает голову назад, прижимаясь ко мне, обнажая свою тонкую шею. Я не могу удержаться, чтобы не прикусить ее шею, одновременно ущипнув за соски. Она стонет, прижимаясь ко мне, выгибая спину.