Воды дивных островов
Однако же ближе к полудню показалось Заряночке, будто различает она у горизонта небольшое облако, что застыло неподвижно, в отличие от прочих облаков; некоторое время странница не сводила с облака глаз, не наблюдая в нем ни малейшей перемены; потом глаза ее устали, и девушка попыталась заснуть, отвернувшись к кормовой части лодки; так между сном и бодрствованием скиталица провела три часа. Потом поднялась она на ноги и поглядела вперед, и ло, белое облако обрело очертания: то возвышался вдали белый замок, выстроенный словно бы прямо на лоне вод, - день же выдался погожий, и видно было за версту. Ладья стремительно неслась туда, потому очень скоро Заряночка различила по обе стороны помянутого замка зеленый брег, и наконец, за три часа до заката, скиталица приблизилась настолько, чтобы разглядеть увиденное во всех подробностях.
Не велик и не мал, замок казался новехоньким и отстроен был на диво, частью из камня и известки, частью из дерева. Подплыв еще ближе, разглядела Заряночка на крепостных стенах людей: надо полагать, девушку заметили, ибо у бойниц затрубили рога, и обитатели замка толпою устремились куда-то. Скиталица оказалась уже настолько близко, что различила береговые ворота, и как выходит оттуда народ к причалу; и еще увидела она, что впереди всех стоит высокий седовласый муж, и машет ей рукою, и говорит что-то, да только ветер относит слова далеко прочь; однако же показалось девушке, будто люди эти стараются дать ей понять, что не желают иметь с ней никакого дела, и сердце скиталицы упало, настолько ослабела и изголодалась она.
Как бы то ни было, ладья стремительно летела вперед, и через минуту-другую остановилась у лестницы, ведущей к причалу, где собралось десятка два людей, кто во всеоружии, кто нет, и по большей части были они седы и преклонных лет.
Заряночка встала в лодке, и помянутый статный седовласый старик, облаченный в рыцарские одежды, однако же безоружный, стоя на лестнице, обратился к чужестранке и молвил:"Леди, в сей дом женщинам вход закрыт с тех самых пор, как возведена была крыша, а произошло это, правду сказать, не более года назад. Потому мы заклинаем тебя повернуть ладью и поискать другого прибежища у воды, либо к востоку, либо к западу".
Мало что смыслила Заряночка в светской учтивости, иначе бы, верно, ответила ему колкостью; но она только горестно поглядела на старца и молвила:"Достойный воин, я проделала немалый путь, и не могу повернуть вспять, ибо доверено мне поручение великой важности; теперь же не осталось у меня снеди, и голодна я; и ежели ты не поможешь мне, надо полагать, умру я. А когда бы ты только знал о моей миссии, понял бы ты, сколь многое от нее зависит". Девушка уже готова была разрыдаться, однако сдержала слезы, хотя губы ее и дрогнули. Она протянула руки к седобородому старцу, и тот поглядел на нее, и нашел, что прекрасна она на диво; а бесхитростные слова Заряночки, и нежный голос, и красота лица ее, и чистый взгляд убедили старца, что незнакомка коварству чужда. Однако же отозвался он:"Леди, не в поручении твоем дело; только женская природа твоя заставляет нас закрыть перед тобою двери. Ибо все мы связаны клятвой не допускать в замок женщин, пока повелители наши не снимут запрета и не прикажут нам отворить женщинам врата". Одинокая Птичка слабо улыбнулась и молвила:"Нельзя ли мне повидать твоих повелителей, раз уж ты тут не хозяин?" Отвечал старик:"Их нет; возвратятся они только завтрашним утром; и не ведаю я, в котором часу. И однако же, - добавил он, - хотелось бы мне помочь тебе хоть в чем-то". "О, прошу тебя и заклинаю! - воззвала бедняжка, - иначе поручение мое так и окончится ничем".
Тут по ступеням спустился еще один человек, и встал рядом с престарелым рыцарем, и потянул его за рукав, и заговорил с ним вполголоса. Судя по одежде, вновь пришедший был служителем церкви, и моложе прочих, может статься, тридцати пяти зим, и весьма пригож собою. Пока же беседовали они, Заряночка снова опустилась на скамью, ибо силы бедняжки иссякли.
Наконец заговорил старик и молвил:"Дева, раз уж в такой ты нужде, полагаем мы, что возможно позволить тебе войти в замок и вкусить пищи из наших рук, и в то же время сохраним мы верность клятве, ежели уйдешь ты отсюда через наземные врата до заката. Годится ли тебе это?" "Прекрасный сэр, - отвечала Заряночка, - это спасет жизнь мою и мое поручение; более ничего не могу сказать я от слабости, иначе бы поблагодарила тебя".
Она поднялась на ноги, престарелый воин протянул ей руку, девушка ухватилась за нее и поднялась по лестнице, однако же бедняжка едва стояла на ногах от усталости. Но священник (а был он капелланом замка) поддерживал ее с другой стороны. Когда же оказалась она на мощеной камнем площадке у самых речных врат, она повернулась к старику и сказала:"Об одном спрошу я тебя: находимся ли мы на одном из из Дивных Островов?" Старец покачал головой. "О Дивных Островах мы ведать не ведаем, - отвечал он, - а замок сей выстроен на большой земле". При этих словах лицо девушки вспыхнуло от радости, и молвила она:"Об одном смиренно попрошу я тебя, а именно: оставить мою ладью здесь и не притрагиваться к ней, до тех пор, пока не возвратятся твои повелители и не прикажут, чтобы никто не подходил к судну".
Старец уже готов был ответить, но священник опередил его, говоря:"Так и поступит он, леди, а он - не кто иной как кастелян замка; более того, он даст клятву повиноваться тебе в этом деле". Тут извлек он крест, на коем распят был Господь, и кастелян поклялся на кресте весьма охотно".
После того священник поторопил Заряночку дальше; так, вдвоем, привели они странницу в огромную залу, и усадили в кресло, и обложили подушками. Оказавшись же в безопасности, девушка разразилась слезами, а кастелян и священник стояли подле, утешая гостью; и казалось им, что, невзирая на горе незнакомки, с нею вместе в замок пришло солнце.
Затем принесли чужестранке снеди: бульон и оленину, и доброе вино, и сласти, и землянику; и не настолько умирала она от голода, чтобы не вкусить еды и питья с превеликой охотой. Когда же насытилась Заряночка, и слегка отдохнула, кастелян встал и молвил:"Леди, из западных окон не видать более солнца, и должен я сохранить верность клятве; но прежде чем уйдешь ты, хотелось бы мне услышать, что прощаешь ты мне недобрый прием и то, что выставляю тебя за двери". С этими словами старик опустился на одно колено и поцеловал гостье руку. К Заряночке же вернулась присущая ей веселость, и рассмеявшись, молвила она:"Прощение, о великодушный рыцарь, я тебе охотно дарую; однако похоже на то, что превозносишь ты меня не по заслугам высоко, ибо другие женщины не переступали порога твоего замка. Я - всего лишь простая девушка, хотя поручение мое и не из малых".
Воистину дивилась Заряночка, что суровый и непреклонный старец так изменился в отношении к ней за столь краткий срок; ибо до поры не ведала девушка, что при одном только виде ее в сердцах тех, что обращают на нее взгляды, вспыхивает горячий любовный жар.
И вот встала Заряночка, кастелян же опустился на колени у ее ног, и поцеловал девушке руку снова, и снова, и еще раз. Затем молвил он:"Воистину учтива ты и любезна. Но вот что: сей святой отец выведет тебя за ворота, ибо он может указать тебе пристанище, где проведешь ты ночь в достаточной безопасности; а завтра, глядишь, случится что-нибудь новое".
Тут священник поклонился девушке, и повел ее из залы, а взор кастеляна следовал за ними, пока не скрылись эти двое за занавесом. Священник оставил гостью ненадолго на крыльце, и зашел в кладовую, и вернулся с корзиной еды и питья, и двинулись они вместе к главным воротам, а прямо перед ними на небе догорали последние блики заката.
Глава 2. О Заряночке и о том, как отдыхала она всю ночь напролет в хижине за пределами Замка Обета.