Самый лучший коммунист (СИ)
— На занудствуй, — чмокнула меня в щеку родительница. — Как работа? Нравится?
— Нравится, — признался я. — В принципе то же самое, что и было, только еще печати ставить и голосовать на совещании надо.
После того, как мама просмеялась, мы часок поговорили о домашних делах, и я попрощался с ней до завтра. Прошествовав в инфарктное отделение, встретил выходящего из дяди Петиной палаты ревизора Андрея Викторовича. На ловца и зверь бежит!
Сначала он мне поведал о содержимом черепной коробки гражданина Рюмина — наша с «дядями» версия подтвердилась: реально перенервничал и съехал с катушек, а гранату за два ящика коньяка ему подогнал знакомый прапорщик. Последний теперь тоже под следствием, вместе с другими ответственными за гранаты армейцами. Инициирована и внеочередная проверка по всей Красной армии — будут гранаты да патроны считать, отмывать пошатнувшуюся в глазах Андропова репутацию.
Со второй частью следствия сложнее и грустнее — доктор Липин сидит в СИЗО, а потом уедет в лагеря за критическое нарушение должностных инструкций. Дядя Петя отделался легче — заслугу сочли перекрывающей нарушение, так что награды не получит, но на пенсию уйдет спокойно. Его жена — увы, тоже в СИЗО, потому что дядя Петя молчать не стал, поделившись, что жену уже давненько тихо ненавидит за жадность: без многодневных уговоров он бы на мое приглашение не согласился и на врача бы давить не стал. Нет, так-то сам виноват — «ночная кукушка» оружие страшной силы, но на дам всю полноту ответственности вешать нельзя. «Шить» ей ничего не станут, но в воспитательных целях в камере подержат.
— А дети где? — спросил я.
— У бабушки, — ответил ревизор.
— Неловко вышло, — вздохнул я.
— Никогда не угадаешь, — утешил меня Андрей Викторович, и я пошел в палату дяди Пети.
Полковник мне, как ни странно, обрадовался и принялся мечтать о том, как он по завершении следствия разведется с супругой. Дело ваше, мне-то что? Но с детьми дядь Пети увидеться надо — они и бабушка в Потемкине живут, и меня, как и все деревенские (и Союзные!) дети, любят. Мальчик-то фиг с ним — ему три с половиной года, еще не понимает ничего, а вот двенадцатилетняя девочка явно переживает не лучший период своей жизни. Немножко помогу.
* * *Кремль я покидал недовольным — никакого хитрого плана старики не придумали, решив танцевать от полученных результатов. Экспериментаторы хреновы! Единственное, что удалось получить — набор рекомендованных к озвучиванию через ФРГшные СМИ «месседжей». Ничего сложного, но и толку нифига не будет — во время Олимпиады немцам будет не до политики, а мои словеса туда и так просачиваются, через потешную коммунистическую «оппозицию» действующим властям.
Вот так и умирает материализм в политике — череда побед туманит голову, хочется больше, и тут в седые головы приходит замечательная идея об отправке меня в ФРГ. А ну как что хорошее из этого выйдет? Что ж, варианта отказаться нет, поэтому, улыбнувшись вышедшим из «Интуриста» американским неграм, я улыбнулся:
— Йо! Поехали со мной на Олимпиаду в Мюнхен?
Конец 10 тома.
11 том: https://author.today/work/333715