Первая мировая (СИ)

Лис при этом почувствовал непреодолимое желание вытянуться и встать по стойке смирно, так энергетика его бывшего командира придавила его, но Лису удалось удержаться и он остался сидеть. Дзержинский отвел в сторону взгляд, в котором сверкали искры веселья, а Сталин задумчиво посмотрел на Строева, подумав про себя — «Какая мощная аура, как скалой придавил! Не зря Лис у него был всего лишь рядовым бойцом. Вождем себя вообразил, Корсак, вот и заигрался!»
Строев налил себе минеральной воды и, выпив, продолжил — Товарищ Корсак! Вы не забыли, что вы до сих пор боец моего подразделения и в отставку я вас не отпускал?
Владислав немного покраснел и все-таки встал по стойке смирно — Виноват, товарищ командир!
Строев довольный кивнул — Садись, боец! И не забывай о своем месте в нашем подразделении. Да, мы конечно захотели немного размяться, благо повод появился, но никакой опасности для нас не было, мы же не против равного нам спецназа отправились в поле. А такого подразделения не будет еще длительное время. А если оно где и появится, наша задача не допустить его профессионального роста.
Владимир Ильич в душе усмехнулся — ему бальзамом на душу была эта стычка. Но он тут же отбросил все в сторону — борьба за власть ему порядком наскучила, ибо власть предполагала огромную работу над решением множества проблем. Николай Второй тоже не желал отдаваться труду и все проблемы он откладывал в надежде, что они сам собой рассосутся. «И где теперь этот лентяй!» Ульянов посмотрел на Кобу, тот под тяжестью задач, которые пришлось ему решать, заметно изменился. Стал жестче, что ли, а глаза будто несли в себе вселенскую печаль.
После совещания Строев и Корсак остались вдвоем. Владислав виновато положил Андрею руку на плечо — Ты прости, командир! Что-то меня действительно занесло. Меня и самого порой тянет на подвиги, я наверное из черной зависти на тебя наехал. Надо нам всем собраться и отправиться на пикник. Как считаешь?
Андрей обнял старого друга — Согласен! Предлагаю навестить нашу землянку. А перед этим заглянуть в гости к бывшему уже помещику Войниловичу. Интересно, живы он и его семья? После революции у меня не было времени поинтересоваться их судьбой. Надеюсь, что с ними все нормально. Впрочем, это можно выяснить прямо сейчас.
Строев подошел к телефону — Дайте начальника УВД Минской области.
Через двадцать минут Строев положил трубку — Ну, слава Богу, с семьей Войниловича все нормально — у них остались три завода и имение.
Оставив группу Масленко в распоряжении Сталина, две группы попаданцев-старичков собрались в полном составе, взяв с собой свои оружие и амуницию, на транспортном самолете добрались до Минска. А оттуда грузовиками до поместья Войниловича в Савичах. У Сержанта на поводках были два сына от его Рэма, умершего в счастливой старости. Появление бойцов спецназа наделало много шума — на крыльце их встретила уже взрослая дочь бывшего помещика, спасенная Олесей от смерти. Чета Войниловичей при виде Строева и его жены кинулись им на шею.
— Андрей! Незадолго до революции вы про нас совсем забыли, но мы издали следили за вашей карьерой. Мы гордимся нашим знакомством! — Эдвард Антоний Леонард открыл свой бар и достал оттуда три бутылки настойки — Предлагаю выпить за встречу! Эту настойку я припрятал после вашего отъезда и специально держал для этого случая. По капельке должно достаться всем.
Строев с Олесей выпили по маленькой стопке первыми, затем стопки пошли по гостям.
— Правда изумительный вкус? — опиравшийся на крепкую дубовую палку старик с улыбкой смотрел на мужчин в военной форме.
Его жена украдкой вытирала слезы радости.
  
Глава 19
 
Олимпия Марковна привела смущающуюся тридцатитрехлетнюю дочь, за подолом которой прятался десятилетний белокурый мальчуган — Леночка вышла замуж за офицера, он сейчас служит в милиции и сейчас на службе. У них родился Симон, названный в память о потерянном брате. Мы с Эдуардом так счастливы, что и помирать не страшно! А вы, Олеся, я слышала, самих императриц лечили?
 
Олеся улыбнулась — Да, я даже была придворным врачом. Но если бы вы знали как же я скучала по своей службе. И моя мечта осуществилась, я опять под погонами и служу в МВД заместителем министра, моего мужа по совместительству.
Олимпия Марковна от удивления открыла рот и закрыла его только после тычка мужа в бок. — Какая вы целеустремленная женщина! Столы накрыты, проходите в гостинную.
Действительно, в гостиной были составлены несколько столов и накрыты скатертями так, что всем места хватило.
Я спросил Войниловича — Как вы живете, хватает ли доходов от ваших заводов?
Тот кивнул, махнул стопку водки и ответил — Спиртовой завод правда забрали — государство монополизировало производство водки, а вот кирпичный, цементный и спичечный, тот самый самый первый заводик по производству спичек, у нас остались. Налоги конечно при новой власти выросли, но жить можно. Не бедствуем и живем в достатке. Вы то к нам, Андрей, надолго?
Переночуем и утром в дорогу. Хотим навестить то место, где мы вас от разбойников спасли.
Войнилович кивнул и понизил голос — Понимаю! Хотите проверить сможете ли вы в свое время вернуться?
Я развел руками — Мы свою лепту в историю внесли, может Господь Бог сочтет нашу миссию оконченной и вернет к нашим родным. С другой стороны, у всех здесь свои новые семьи, у всех дети родились в этой реальности. Странно все это! Парни вон тоже задумались над этим вопросом, нужно ли нам возвращаться обратно, получится они свои новые семьи бросят на произвол судьбы. Хотя я конечно подстраховался и если мы не вернемся, нас будут считать погибшими в бою и все семьи моих бойцов будут пожизненно получать хорошую пенсию. За ними будут присматривать наши ученики. Да и квартиры у всех, отпускные им парни оставили перед отъездом. Я думаю, что многие из них надеются, что мы, добравшись до места, поедим шашлык, недельку отдохнем на свежем воздухе и вернемся в Москву.
Войнилович кивнул — Понимаю! Тогда предлагаю тост — Чтобы все желания сбылись! И конечно же второй тост за ваши добытые кровью и потом награды, коими увешаны, вы, товарищи, как не каждый генералиссимус! Я смотрю, вы и царские ордена носите?
— А чем же они плохи? Царь их не за стрельбу по воронам нам вручал.
Утром мы погрузились на грузовики и продолжили свой путь. Когда до места высадки оставались сотни метров, за поворотом послышались выстрелы. Приготовив свои автоматы, мы у поворота посыпались из машин, которые остановились и заглушили двигатели. Двигаясь вдоль дороги под прикрытием высокой травы и кустов, мы вышли к примерно тому же месту, где спасали Войниловича. Теперь же на дороге пятеро с обрезами пытались ограбить грузовик, который перевозил почту. Почтари для пенсионеров везли с собой деньги для выплаты пенсионных. Бандиты выставили на дороге телегу, перегородив весь проезд.
С грузовиком помимо водителя было вооруженное сопровождение из двух человек, отстреливался только один ВОХровец, остальные два тела лежали в дорожной пыли. Бандиты были одеты добротно, в придорожных кустах заржали пара лошадей, которых отвели подальше от бойни.
Наше появление разбойникам не понравилось, правда толком мы им возмутиться и не дали. Смерть скосила джентльменов удачи короткими очередями из пяти автоматов.
Рэмбо сплюнул — Натуральное дежавю! Этот участок дороги салом намазан что ли? Так и лезут себя любители чужой кошелек в руках подержать. Что с трупами делать, командир?
— Пусть выживший ВОХровец садится за руль и двигает в ближайший отдел милиции! А трупы закидайте в кузов.
Выживший мужик лет сорока, подошел поблагодарить — Спасибо вам, хлопцы! Я уже думал, что смерть моя пришла. — служивый достал папиросу и спички, но не смог прикурить из-за дрожи рук.
Рэмбо щелкнул зажигалкой, давая огоньку. Трупы бандитов и охраны погрузили и грузовик, скрежеща коробкой передач, покатился дальше. Сержант спустил своих псов с поводков и те флегматично кинулись в траву справлять свои потребности. Наши грузовики, выгрузив запасы маринованного мяса, мангал с шампурами, березовый уголь, несколько ящиков с тушенкой и мешок с ковригами ржаного хлеба и тазик салата с кольцами домашней копченой колбасы, переданных нам Войниловичами в дорогу.