Первая мировая (СИ)

PS Уважаемые читатели! Прошу вас, ожидая продолжения, читать новый мой роман Спецназ ГРУ. Жизнь после смерти. часть 1. ссылка  https://author.today/work/359108
  
Глава 11
 
Закончивший этой весной военное училище ГРУ Митрофан Кадильников, который получил свой позывной Грек из-за его любимой скороговорки «Ехал грека через реку», был направлен командиром отделения учебной роты спецназа в Севастополе. Несмотря на свой рост сто семьдесят три сантиметра, Грек был одним из лучших рукопашников своего выпуска, за что и был назначен ответственным в учебке за физическую подготовку своей роты. Вот уже три недели его отделение отрабатывала захват линкора в Севастопольской бухте и несколько раз Грек обращал внимание на полноватого мичмана, разглядывающего учения в морской бинокль с причала.
Митрофан навел о мичмане справки и выяснил, что он — член экипажа линкора, который командование Черноморского флота передало ГРУ для тренировок. Странно, почему мичман, пользуясь случаем, не отдыхал как все офицеры линкора, а постоянно ошивался неподалеку, ведя наблюдение за спецназовцами. Грек доложил заместителю начальника контрразведки флота свои подозрения, но тот только отмахнулся — Тебе заняться нечем, подпоручик? Не успел погоны получить, как уже шпионов ищешь!
Грек упрямо протянул свой рапорт — Я прошу рассмотреть мой рапорт, иначе обращусь непосредственно к начальнику.
Заместитель вздохнул и сунул рапорт в папку — Свободен, Кадильников! Разберемся!
Митрофан решил выждать неделю и после этого записаться на прием к начальнику ГРУ флота. Грек как и все холостые офицеры жил в новом выстроенном в прошлом году общежитии в комнате вместе с командиром второго отделения Андреем Телегиным, которого еще в училище прозвали Бас за тембр его голоса. Митрофан поделился своими подозрениями и обругал тупого зама начальника ГРУ различными эпитетами.
— Что ты хочешь! Этого фон Герсдорфа назначили личным указом Императора, я слышал, что в обход центрального аппарата ГРУ! — Телегин понизил голос — Вроде папаша его большая шишка в гвардии.
На следующий день во время учебного захвата Грек кивнул на берег и толкнул Баса в плечо — Глянь, Бас! Видишь вон того козла, он опять в бинокль на нас пялится!
Андрей достал свой бинокль и взглянул на любопытного — действительно, тот был в форме мичмана и заметив, что его изучают, развернулся и поспешно стал удаляться в сторону города.
— Действительно странно! Ты, Грек, оказался прав, похоже этот флотский действительно за нами следит. Может захватим вражину и допросим по полной с применением методов устрашения третьей степени?
Кадильников пожал плечами — Может командиру роты доложим? Он из первого выпуска нашего училища и лично знает даже военного министра.
— Так комроты только завтра будет, он же в Ливадию отбыл — ожидается приезд царской семьи, все руководство туда отбыло для инструктажа. я слышал, что император хотел перестроить Ливадийский дворец и потратить на это около четырех миллионов золотых рублей, однако почему-то он отказался от этой затеи.
— А я слышал, как комроты на эту тему общался с командиром строительного батальона, который должны были привлечь для перестройки, так комбат считает, что царя отговорил министр внутренних дел.
— Говорят, что барон Строев стоял у истоков нашей службы.
— А я слышал, что все руководство ГРУ связано родственными узами. У них и фамилии раньше были одни. Ладно, дождемся тогда командира.
Грек посмотрел на часы и заторопился — Совсем забыл, я же договорился с девушкой встретиться, в синематограф сводить обещал.
Бас улыбнулся — Красивая девушка?
— Очень. Познакомился с ней на прошлой неделе. Сама она с Одессы, у тетки гостит. Имя у нее красивое — Света, Светлана! Ладно, на сегодня мы программу тренировок закончили, побежал я.
Грек на шлюпке добрался до берега и поспешил в город, не заметив как подозрительный мичман указал на него четверым крепким мужикам, каждый под сто двадцать- сто тридцать килограммов веса, которые рассчитывали именно за счет своей массы спеленать худощавого офицера спецназа и погрузить на в трюм сухогруза под греческим флагом.
 
Пятеро англичан из секретной службы его Величества короля Георга Пятого целеустремленно начали преследовать удаляющегося подпоручика, который остановил извозчика и запрыгнул в коляску. Один из них остановил еще одного извозчика и, погрузившись, англичане велели не терять из виду коляску с подпоручиком.
Проводив девушку и возвращаясь в общагу, Грек буквально витал в облаках, вспоминая свидание с Светой. Весь кино-сеанс они целовались, почти не смотря на экран. извозчиков не было видно, наконец появилась коляска и Грек свистнул — Стой!
Коляска остановилась и из нее выскочили два громилы, еще двое шли пешком, они ускорились, стараясь успеть на помощь своим коллегам. Грек на «автомате» пригнулся, уходя от рук одного нападавшего и ударом кулака разбил тому яйца всмятку. Затем в этой низкой стойке подсек ногу второго, но подоспели еще двое и навалились, схватив за руки, прижав своим весом Грека к земле. Третий поднялся и, надев кастет, ударил кулаком с надетой на него железякой по голове спецназовца. Берет немного смягчил удар, но сознание Митрофан потерял. Его забросили в коляску и помогли туда же забраться невольному кастрату. Связав руки и ноги пеньковой веревкой, засунули пленнику в рот кляп и коляска направилась в порт.
Грек очнулся с страшной головной болью, попробовал подняться, но не смог пошевелить руками, поняв, что связан. Видно его посадили в подвал, потому что темно было как жопе у негра. А минут через пять понял — он на судне. которое слегка покачивалось из-за небольшого волнения в бухте. Стиснув зубы, пытаясь преодолеть боль, Грек начал медитацию, конечно в таком положении делать это непросто, но возможно. Сначала расслабил веки, представил как его глазные яблоки тяжелеют, затем пришел черед мышцам лба, щек, шеи, кончиков пальцев рук и так постепенно дошло до паха. Представив, что он видит голубое небо, Грек начал гонять энергию по телу, медленно вдыхая через нос и выдыхая ртом, Грек представлял как энергия накапливается при вдохе в точке, которая находится ниже пупка на два пальца и при выдохе распределяется по рукам и находит выход в кончиках пальцев. Погоняв ее по телу, Грек направил энергию в голову, стараясь убрать боль и через полчаса она ушла. Теперь Грек, приведя себя в норму, принялся напрягать и расслаблять мышцы в местах соприкосновения с веревкой. Связали его на совесть, но за время учебы удавалось освобождаться даже от «ласточки», в которой пошевелиться без удушения невозможно.
Бас, не дождавшись возвращения соседа по комнате, лег спать и обнаружил, что Грек не ночевал только утром. На утреннем разводе Бас доложил вернувшемуся командиру роты Урюпину о пропавшем Кадильникове и о его подозрениях, от которых отмахнулся заместитель начальника ГРУ Черноморского флота. Тимофей Урюпин был одним из казачьих детей, которых забрали для обучения Масленко и его бойцы, поэтому Масленко, назначенный начальником ГРУ, был для него почти как отцом родным и связь с Маслом Урюпин держал постоянно, докладывая о состоянии дел на Черноморском флоте. Про Крестовского, ставленника императора, Масло знал, но пока ничего не мог сделать, теперь же он связался с Строевым и доложил о ЧП в Севастополе.
Андрей на аудиенции доложил о вопиющем случае Николаю Второму — Ваше Величество! Из-за вашего нежелания прислушаться к моему мнению этот идиот Крестовский своим нежеланием вникать в проблемы ГРУ дал возможность иностранной разведке похитить офицера особо засекреченного подразделения.
Николай Второй вздохнул — Андрей Григорьевич! Ну не мог я отказать его отцу, он же столько лет мне верой и правдой служил! Хорошо, я переведу младшего Крестовского в гвардию.