Леонид Филатов

(После паузы.) 
 
 
А почему бы, собственно, и нет?!
 
 
Женщины аплодируют.
 
Старая женщина (предводителю) 
 
 
Твоя невеста краше Афродиты,
 
Она и есть твой орден, командир!
 
 
Женский хор 
 
 
И пусть в большой войне не победил ты…
 
 
Мужской хор 
 
 
Но в этом поединке победил!
 
 
  
Эпилог
 
 
Первая ночь после войны. Дом Кинесия и Миррины. Кинесий и Миррина в постели.
 
Кинесий 
 
 
Приученный к насилию и крови,
 
Я возвратился в мир забытых чувств.
 
И прежний мир я постигаю внове,
 
И жить на свете заново учусь!
 
 
 
Мне снился как-то ночью, после боя,
 
Войны такой примерно эпилог —
 
Что я не звезды вижу над собою,
 
А низкий наш домашний потолок…
 
 
 
Мне снилось, что на нашем брачном ложе
 
Живой и невредимый я лежу,
 
И ту, что всех на свете мне дороже,
 
В своих объятьях пламенных держу.
 
 
 
И снилось мне, что страсть моя бездонна
 
И неземною силою полна…
 
 
Миррина 
 
 
Любимый, все сбылось! Ты снова дома,
 
И я с тобой. И кончилась война!..
 
 
(После паузы.) 
 
 
Но счастье не приходит без напасти.
 
Ты видишь, я от страсти вся дрожу!
 
Свидетельства ж твоей безумной страсти
 
Я, честно говоря, не нахожу!..
 
 
Кинесий (растерянно) 
 
 
В бою себя я чувствовал мужчиной,
 
Хотя стоял у смерти на краю.
 
Теперь же, в мирной жизни благочинной,
 
Я, право, сам себя не узнаю.
 
 
(В отчаянии) 
 
 
И как вы допустили это, боги,
 
Чтобы в такой ответственный момент
 
Мне отказал в поддержке и подмоге
 
Дотоле безотказный инструмент?
 
 
Миррина 
 
 
Такой эффект, должно быть, жизни мирной —
 
Мы заново друг друга узнаем…
 
Не причитай, не надо, слышишь, милый?
 
Ведь главное, что мы опять вдвоем!
 
 
Кинесий (плачет) 
 
 
Да будь ты мной — и ты бы причитала!
 
Ведь мне еще пока не шестьдесят,
 
Меж тем мои мужские причиндалы,
 
Как стираные тряпочки, висят!
 
 
Миррина 
 
 
 
Не стоит, милый, слишком огорчаться,
 
Не повезло — и ладно! И плевать!..
 
И прежде нам везло не так уж часто,
 
Так что ж сейчас об этом горевать?
 
 
Кинесий (с неожиданной горячностью) 
 
 
Любимая! Ты мне необходима,
 
Но для успеха мне еще нужны —
 
Свист копий, звон мечей и запах дыма,
 
И прочие реалии войны!
 
 
 
Хватает мне и пыла, и сноровки,
 
И технику я дела не забыл!..
 
Но лишь в своей привычной обстановке
 
Смогу я стать таким же, как и был…
 
 
 
Ты погреми на кухне сковородкой,
 
Как будто где-то рядом грянул бой.
 
Дай лишь толчок, лишь импульс дай короткий —
 
А дальше все пойдет само собой!..
 
 
Миррина послушно гремит сковородкой. В ту же секунду ночная тишина взрывается диким звоном и грохотом: изо всех городских окон Миррину поддерживают гремящие сковородки, кастрюли, тазы… Кинесий напуган и растерян.
 
Кинесий 
 
 
Вот этого нам только не хватало!
 
Кто по ночам смущает наш покой?
 
 
Миррина (с деланным равнодушием) 
 
 
А-а… Это жены нашего квартала…
 
Ведь ты же не один у нас такой!..
 
 
Грохот понемногу затихает… Кинесий и Миррина лежат, откинувшись на подушки, и безучастно глядят в потолок.
 
Кинесий 
 
 
Прости… Но нет ни страсти, ни азарта…
 
Я, кажется, отвык от тишины.
 
 
Миррина 
 
 
Не важно, милый… Спи… Продолжим завтра…
 
О БОГИ, ТОЛЬКО Б НЕ БЫЛО ВОЙНЫ!..
 
 
  
Возмутитель спокойствия
 
Авантюрная комедия в двух частях по мотивам одноименного романа Леонида Соловьева 
 
 
 
Прекрасным людям моей ашхабадской юности, друзьям и учителям, живым и мертвым, посвящается. 
 
 
 
Пусть буду я сто лет гореть в огне.
 
Не страшен ад, приснившийся
 
во сне.
 
Мне страшен хор невежд
 
неблагородных.
 
Беседа с ними хуже смерти мне!
 
Омар Хайям
 
 
 
Восток — дело тонкое…
 
Красноармеец Сухов
 
  
ОТ АВТОРА
 
 
 
 
Садись на ишака!..
 
Поедем на Восток!..
 
От южных городов
 
Я прихожу в восторг —
 
От ярких тех небес,
 
От пряных тех базаров,
 
От горных тех ручьев,
 
Где я беру исток…
 
А если вдруг взбрыкнет
 
Фантазии ишак
 
И понесет нас так,
 
Что только свист в ушах,
 
То мы его смирим
 
Уздечкою сюжета
 
И вновь переведем
 
На вдумчивости шаг…