Ксеном. Дилогия (СИ)
— Так они могут помочь с этими грёбанными лапами?
— Сейчас всё будет…
Одна «Ева», с двумя глазами, вытащила катану, вторая — вообще четырёхглазая — достала цельный двуручник. Третья, у которой был всего один глаз, отошла в сторонку.
Вжик — одной лапы нет
Хрясь — отлетела вторая.
Вжик… Хрясь…
За пару минут ангел лишился всех своих конечностей, и мне удалось довести операцию до конца.
— Больной был принят, был обследован, был прооперирован, был хорошим человеком… — выдохнул я, стаскивая свою тысячу тонн с останков ангела и поднимая их вертикально. Было такое ощущение, что вся эта напичканная электроникой масса взвалилась на мои человеческие плечи.
— Скорее, больной плохо себя вёл, за что и был прооперирован, — весело поправил чужой голос.
— Это было хорошим человеком?! — возмущённо спросил второй.
— О мёртвых либо хорошо, либо ничего, — вставил спокойную реплику третий.
— Да, но — человеком?! — не унимался второй.
— Ша! — вклинился первый. — Кончаем базар. Тринадцатая, очень не плохо для первого боя. Хотя и безрассудно, могла кончиться энергия.
— У меня селеноид, — мне удалось утвердиться на ногах. — И вообще, нас тут двое.
— В смысле? — удивился первый.
— Я и моя Ева, — инопланетного паразита мне упоминать не хотелось, во избежание. Странно, на мысль он не отреагировал. Ах, да, период же раскаяния. Правда, слишком затянувшийся…
— Ты что несёшь?! — прошипела она. — Оглядись!
Я послушался.
Полный упсец!
Только что спокойно стоявшие рядом местные «Евы» разорвали дистанцию, взяли меня в кольцо и на прицел.
— Говорит Командующий, — именно так, с большой буквы. — Тринадцатый юнит, бросайте оружие!
Ничего не поняв, я пожал плечами и положил оба ножа.
— Больше нет? — в голосе Командующего было удивление.
На всякий случай проверив схему, не вырос ли случайно у боевой машины мегасмашер, я отрицательно покачал головой.
— Проходите к лифту, — последовало распоряжение.
— Я не знаю, где, — оглядевшись по сторонам, ответил я.
— Ноль первый покажет.
Двуглазая «Ева», не сводя с меня взгляда и дула, указала рукой в сторону слегка потрёпанного в ходе боя дома. На фоне всего происходящего меня ничуть не удивило раскрывающееся здание. Пожав плечами, я шагнул внутрь.
Пока спелёнутая по рукам и ногам — на всякий пожарный — вроде как тринадцатая «Ева» ехала вниз, доктор Акаги Рицка грызла рукав халата, пытаясь понять, что им такое попалось. Объект окружало АТ-поле, но не агрессивно-голубое, как у ангелов, и не невозмутимо-золотое, как у остальных юнитов, а яростно-красное. И в два раза тоньше.
— Не ангел, но и не «Ева», — поделилась доктор результатом наблюдения с Командующим.
— Вечно у этих русских всё не как у людей, — проворчал он. — Приступить к процедуре извлечения.
— Наконец-то! — отозвалась «Ева».
Капсула спокойно вышла, и из неё вывалился юноша в странном чёрном комбинезоне.
Лёжа с закрытыми глазами, я вяло ругался. Ну, вот какого Желчного, спрашивается, мы полезли в портал, не озаботившись связью с родным миром?
— Мистер Дворников? — вопрос был задан на английском языке с явным акцентом. — Вы проснулись?
8
— Я не Дворников, — мне с трудом удалось построил фразу на полузабытом со времён школы «инглише». — Но, да. Я проснулся.
— Кто Вы? — немедленный вопрос.
Едва не брякнув «Мы», я вовремя проглотил местоимение.
— Ксеном.
Бумажное шуршание.
— Но такого имени нет в ристе, — растерянно.
— В где? — я от недоумения смешал два вопроса об одном и том же.
— В сотрудниках, — «пояснил» собеседник.
— А, — ответил я. И задумался над формулировкой ответа.
— Вы себя прохо чувствуете? — на второй минуте молчания меня всё-таки спросили.
И один паразит выбрал как раз этот момент, что бы очнуться. То, что я «себя прохо чувствую» стало понятно и без слов — по выражению лица. Ощущение головной боли во всём теле тому очень способствовало.
— Извините, — собеседник ретировался.
— Ты, чудо инопланетной жизни, — почти бесшумно сказал я.
— Убейте меня кто-нибу-удь, — простонал в ответ симбиот.
— Нет уж, так просто ты не отделаешься! — мне стало полегче от осознания, что очень ближнему моему сейчас куда хуже. — Замешал коктейль — теперь расхлёбывай!
— Кок… тейль? — тошнота без желудка и чужой ужас тоже не самое приятное ощущение.
— Ладно, успокойся, никто тебя поить не собирается. Лучше скажи, ты с японским помочь можешь?
— Наверное, — сказал партнёр.
— Понятно…
Я открыл глаза, полюбовался незнакомым потолком. Затем осмотрел комнату. Вопреки некоторым опасениям, мы находились не в камере, а в больничной палате. Затем организм решил, что после мегатонных перегрузок ему нужен ещё отдых, и отрубился.
Она была абсолютно спокойной. И не волновалась за пропавшего непонятно куда Ксенома. И уж вовсе ничего не значило превращение руки в пушку и наоборот!
— Готово! — голос Кинкаджу заставил вздрогнуть. Хорошо, что рука всё-таки была рукой, а то от человека остались бы одни ошмётки. — Маяк реальности, — очень довольный собой инженер продемонстрировал монструозное устройство. — С его помощью можно будет извлечь Ксенома и Еву. Им просто нужно ухватиться за ручки…
— Замечательно, — язвительно заметила Джессика. — И как маяк там окажется?
— Об этом я не подумал, — мужчина почесал в затылке паяльником. К счастью, выключенным.
— Без проблем, — заявила Леди десептикон, поднимая конструкцию. — Этот твой луч на меня сработает?
Луч сработал, и машину-убийцу выкинуло в огромную подземную каверну.
Второе наше пришествие в мир посюсторонний было куда приятнее. Ничего не болело, не тошнило, не… в общем, мы чувствовали себя замечательно. Симбиот успешно притворялся висящей на стуле обычной одеждой, я не менее успешно изображал выздоравливающего больного.
— Ты там как, цел? — задал вопрос я.
— Все четыре триллиона четыреста сорок четыре миллиарда четыреста сорок четыре миллиона четыреста сорок четыре тысячи четыреста сорок четыре клетки на месте, — бодро ответил партнёр.
Шутит, значит — в норме. Поискав взглядом видеокамеры и не найдя их, я пришёл к тройному выводу: либо их нет, либо хорошо спрятаны, либо работают на ином принципе, чем дома.
— Ну, возвращаться будешь? — спрашивая, я откинул одеяло и сел на кровати.
— Ура! — «одежда» в два счёта оказалась на мне. — Я уж боялся, что после произошедшего…
— Все мы ошибаемся, — ответил я, с удовольствием потягиваясь. — Главное…
Договорить нам не дал шум из коридора. Точнее, кое-чей очень знакомый голос, запросто болтающий на японском. Блеск! Вот только Эйракнид здесь и не хватало! Теперь мы здесь втроём застряли.
Как ни странно, всё оказалось не так уж и плохо. Стоило нам выйти в коридор, как обрадованная госпожа десептикон рассказала про маячок, с помощью которого Кинкаджу мог нас отсюда вытащить. Для возвращения и надо было только ухватиться за устройство, да подать сигнал о готовности. Остальное оставалось за техникой.
Правда, в бочке, ну, ладно, в плошке мёда оказалась ещё и ложка дёгтя. НЕРВ-овцы попали под обаяние Эйракнид, а точнее, оценили её боевой потенциал. И, узнав о её безобидном хобби, под большим секретом рассказали про редкую, буквально уникальную дичь. Ага, про ангелов. Хвала симбиоту, я теперь понимал, о чём идёт японская речь.
— Только через мой труп! — моё категоричное заявление вызвало соответствующую реакцию у защитницы. Которая донесла своё мнение до охотницы, и оно, судя по выражению лица последней, её не слишком обрадовало.
— Но, Ксеном, такая уникальная возможность…