Император Африки (СИ)
Успех, несомненно, был. Пять батарей горных пушек, которыми располагали негры, были уже уничтожены, с минимальными для английских артиллеристов потерями. А многочисленные чёрные тела, как ковер, устилали все подступы к первой линии окопов и были беспорядочно навалены, вплоть, до второй линии.
Но вот, откуда-то прилетели на английские позиции неизвестные им снаряды, и это были не мортиры! Но с этим предстояло разобраться позже. А сейчас, сейчас следовало организовать атаку на негритянские войска Иоанна Тёмного и довершить уже намечающийся полный разгром.
Получив приказ, английские стрелковые цепи поднялись в атаку и, одна за другой, ступая по трупам негров, побежали вперёд. С флангов их прикрывали кавалеристы, готовясь к своим атакующим действиям и растягивая войско негров. Артиллерия усилила плотность обстрелов, перемешивая с грязью перед собственным лагерем отступавших негров и их позиции.
Орудия мамбовцев уже раскалились от стрельбы и жаркого африканского солнца, и их приходилось охлаждать водой, запасы которой подходили к концу. А некоторые мортиры даже стали выходить из строя, уже не выбрасывая боеприпасы, а фактически, ими плюясь, отчего некоторые из снарядов грозили поразить собственные стрелковые цепи, не долетев до расположения врага.
Густые цепи английских стрелков окутывались дымом выстрелов. Блестели на ярком предвечернем солнце острые лезвия штыков. Звучали отрывистые и хлёсткие команды. Солдаты шли в бой, атакуя почти разбитые негритянские войска.
Капитан Баламут сконцентрировал огонь всех имеющихся миномётных расчётов по атакующим стрелковым цепям. Миномётные расчеты, потеряв до половины орудий, закопались в землю, вырыв в ней необходимые укрытия, и активно расстреливали весь оставшийся запас мин. Вот сейчас 50-миллиметровые миномёты и показывали себя во всей красе.
Маленькие мины с мерзким свистом улетали вверх по параболе и обрушивались на ни о чём не подозревающие наступающие английские цепи, раня и поражая их воинов своими мелкими осколками. Включились в работу и 82-миллиметровые, нанося гораздо больший урон своими разрывами, но их было значительно меньше.
Заговорили станковые и ручные пулемёты, а потом, получив приказ на начало атаки, в лобовое столкновение пошли свежие негритянские отряды, находившиеся до этого в резерве. Кавалерийские бригады, разогнавшись в наступлении, собирались посеять панику в рядах негров, атакуя с флангов, но здесь их ждал неприятный сюрприз, в виде лежащих в засаде негритянских воинов, вооруженных ручными пулемётами.
Не заметные в высокой траве, они успешно скрывались в ней, вплоть до той поры, когда смогли начать стрелять в упор по скачущим всадникам, которые издалека не видели их. В результате этой короткой схватки, обе кавалерийские бригады перестали существовать. Их остатки, рассыпавшись по одному, умчались в различных направлениях, добиваемые огнём в спину.
В центре сражения обе, набравшие ход, цепи англичан и негров, столкнулись друг с другом и вступили в рукопашную схватку. Английская артиллерия перенесла огонь дальше, опасаясь задеть своих.
Фельдмаршал Робертс не ожидал такого накала сражения с трусливыми, как он полагал, неграми, к тому же, их численность оказалась недооценённой, и он ясно видел, что его атака была сорвана превосходящими силами противника, стойкость которых он изначально преуменьшил.
Вторично подали голос полковые трубачи, и пехотные батальоны стали отступать, выходя из рукопашной схватки, которую они проигрывали. Ситуация повторилась, с точностью до наоборот. Пришлось срочно бросать в бой последние остававшиеся резервы. Пятый пехотный батальон ирландских фузилёров, третий и десятый шотландских стрелков, части ополчения, приданные к нему, все они бросились прикрывать отступление своих товарищей.
Третья кавалерийская бригада ударила во фланг наступающим отрядам раса Ярого, пытаясь отсечь преследовавших англичан негров и давая возможность пехотинцам оторваться. И это им почти удалось, если бы опять не ручные пулемёты, с помощью которых и эта атака англичан была отбита, с большими потерями.
И снова кавалеристы спасли от разгрома отступающие английские стрелковые цепи, приняв удар на себя и обеспечив пехоту временем для отступления. Мамбовцы не смогли прорвать оборону на плечах отступающей английской пехоты, и английские орудия снова стали оказывать неоспоримое влияние на ход сражения, и сейчас ни Ярому, ни Баламуту нечего было им противопоставить. Итогом этого сражения стало то, что англичане отступили на вторую линию обороны, которую мамбовцы взять были уже не в состоянии.
Заняв первую линию обороны и собрав исправное оружие и обшарив в опускающейся на саванну темноте трупы убитых английских солдат и негритянских воинов, воины раса Ярого отступили обратно, на свои изначальные позиции. Поле битвы осталось за англичанами, но ситуация была патовой.
Ни одна, ни вторая стороны не могли продолжать атаку имеющимися у них силами. У Ярого остались в живых около ста тысяч воинов, и к ним было больше пятидесяти тысяч раненых.
У англичан дела обстояли гораздо лучше. Они потеряли двадцать тысяч убитыми и тридцать пять тысяч ранеными. Много солдат было без вести пропавших, разбросанных по саванне, где они и остались, застигнутые опустившейся ночью. Но в целом, поле боя осталось за ними. Кабы не следующая беда.
На жарком африканском солнце трупы погибших солдат стали быстро разлагаться, и англичане попытались приступить к захоронению, но им не дали это сделать негры, которые стали обстреливать их из мелкокалиберных миномётов, подобравшись в темноте на дистанцию прицельного миномётного огня.
Оценив обстановку, фельдмаршал Робертс решил отступить непосредственно к форту Солсбери и организовать там оборону, дожидаясь гораздо более многочисленного подкрепления. Это подкрепление вёл для него из Капской колонии и оккупированной Оранжевой республики генерал Редверс Буллер. С его подходом, участь войск Иоанна Тёмного, вторгшихся на территорию Южной Родезии, была бы решена.
Ярый уже полностью раскаивался в своих опрометчивых поступках, страшась наказания от Мамбы за содеянное. Мистический страх, перед участью Момо, затмевал все его мысли, делая его мозг более восприимчивым к мудрым советам и правильным решениям.
Израсходовав на англичан весь боезапас мин, обстреляв их в сгустившейся темноте, Ярый повернул свои войска обратно в Северо-Западную Родезию, для перегруппировки и пополнения боезапаса и вооружения. Дальнейшие сражения без этого были бессмысленны, и могли привести только к жестокому поражению.
Утром, погрузив раненых на повозки, войска раса Ярого отправились обратно. Но один отряд быстроногих разведчиков всё же остался, обнаружив, что англичане отступили и, воспользовавшись обстановкой, он начал мародёрствовать, собирая трофеи и добивая найденных раненых англичан, не обращая внимания ни на трупы своих воинов, ни на трупы английских солдат. Англичан, впрочем, было немного, так как часть из них противник, всё же, успел наскоро захоронить перед отступлением, в братских могилах.
Собрав все возможное, отставшие бросились догонять отряд, играя роль арьергарда, страхуя раненых, передвигающихся позади основной массы войск. Это сражение показало слабые стороны, как войск под командованием раса Ярого, так и лорда Робертса, и требовало продолжения военной компании, которая только начиналась, и исход её был неясен.
Неожиданно, на помощь неграм пришли буры и атаковали ослабленные тяжёлым сражением тыловые отряды фельдмаршала Робертса, выведя из строя три батареи мортир и уничтожив до тысячи английских солдат. Война шла безапелляционная и абсолютно подлая. И одна, и другая стороны не стеснялась в выборе методов и средств. Но до концентрационных лагерей дело так и не дошло, так же, как и не была приведена в боеспособное состояние система блокгаузов.
Войска раса Ярого вовремя нанесли удар, отвлекая все силы англичан от бурских республик и давая им шанс продолжать борьбу, либо заключить выгодный для них мир.