Табу (СИ)

– Тебе напомнить, что она приобреталась во время брака? Это совместно нажитое имущество!
– Вот и подавай в суд.
– Ипотека оформлена на меня.
– Вот и плати. – В голосе бывшего чувствовалась холодная ярость.
У меня чуть телефон из рук не выскользнул.
– Подожди. Т.е. ты будешь жить, а я платить за квартиру?
– А что не так? Или хочешь вернуться?
– Ни за что. Я не знала, что ты такой козел.
– А я не знал, что ты такая сучка.
– В квартире мои вещи, детские.
– Ты же не забрала, когда уходила. Оставила и меня, и их. Значит, не надо. Кстати, все твое я выбросил на помойку. Я же сказал вчера.
– Что значит “все мое”?
– А то и значит. Мазюкалки твои на рожу и кожу, одежонку твою – все выкинул. Ищи на помойке.
В ужасе у меня даже голос осип:
– Я не узнаю тебя.
– Не-е-ет! Это я не знал тебя. Еще и у мальчишек телефоны забрала. Ничего-ничего. Суд рассудит.
“Это мама, пап?” – услышала я голос Макара.
И все органы внутри заледенели.
– Где ты? Ты у школы? Это мальчишки?
– Тебя не касается, где я.
И бросил трубку.
Меня заколотило. Руки не слушались. Я пыталась позвонить Сереже еще раз, но он уже не отвечал. Тогда я побежала к школе. Она была в пятнадцати минутах от дома, и пока я добралась, взмокла и чуть не падала от бешеного ритма сердца.
Через десять минут я выяснила у классной руководительницы, что сыновей забрал отец под расписку.
Из меня словно душу вынули в этот миг.
Зачем? Ну зачем я повезла их в школу? Надо было отсидеться!
Я не могла предсказать действия Сережи. Это был словно совершенно незнакомый человек.Что теперь будет? Зачем он их забрал?
Что мне делать? Заявить в полицию? Отец же забрал. Никто не пошевелится.
Но если Сережа выкинул мои вещи назло, то может и мальчишкам навредить тоже ради мести. Он никогда не отличался безграничной любовью к сыновьям.
Я оперлась спиной на забор в потребности получить хоть какую-то опору. Не с первой попытки нашла контакты Скалы и нажала кнопку вызова.
Я больше не знала, к кому обратиться с криком души. Мое сердце сейчас разрывалось от плохого предчувствия.
– Скала, – стоило сказать мне, как, казалось, оборотень все-все понял.
– Где ты? Я сейчас приеду.
Позволила себе отчаяние всего на одну минуту. Выпустила боль, чтобы стало легче, и уже до того, как Скала приехал, вытерла слезы со щек и встала.Я назвала адрес и осела на землю. Обхватила себя руками и зарыдала.
Некогда раскисать. Вот когда дети будут со мной – тогда можно дать слабину. Не сейчас.
Он прочитал, но ничего не написал в ответ. Мотает нервы на свой худощавый кулак.Я попыталась еще раз набрать Сереже, но он не ответил. Тогда написала сообщение: “Чего ты добиваешься?”
Но куда он мог их увезти? Фантазии-то никакой. Как быть с ними – не знает. О чем говорить тоже. Чем кормить?
Я верила в своих мальчишек – они в обиду себя не дадут. Но я больше не верила в отца их детей. Он думал только о своей обиде, мог натворить страшное.
Я старалась отгонять жуткие мысли. Сережа же не сделает непоправимого? Он же не настолько безвольный?
Фантазия тут же представила, как он гонит на всей скорости на арендованной машине. Потом тут же сменилась картинкой на крыше высокого здания. Следом – на мосту.
Я встряхнула головой, понимая, что доведу себя до срыва одними домыслами. И именно в таком состоянии меня застал Скала. С бешеным взглядом, с трясущимися руками и с дрожащим голосом.
Выслушал мои сбивчивые объяснения о происшедшем и спросил одно:
– Тебе он нужен живым или любым?
Я по лицу поняла, что это не бравада, а прямой вопрос.
– Не бери грех на душу. Не лишай ребят отца. Надеюсь, это временно замутнение, и он придет в себя.
– Дай мне пять минут. Мы сейчас посмотрим по камерам, где он.
Скала общался по телефону, поглаживая меня от плеча и вниз, до локтя. А меня так тянуло его обнять. И я, всхлипнув, сделала это.Я не знала, есть ли у Скалы такие связи, но верила ему. Он держался уверенно. Его спокойствие немного стабилизировало и меня.
Мужчина даже замолк на полуслове.
 
– Да? Алло? Не слышно! – раздавалось в трубке.
– Я здесь, – Скала медленно положил руку на мою спину и очень бережно прижал к себе. – Я здесь.
Мне казалось, он сказал это мне, а не собеседнику по телефону. И, как только завершил разговор, Скала обнял меня двумя руками.
– Что там?
– Нужно дать им время.
– Может, вызвать полицию?
– Я лучше полиции. Поверь. Сейчас найдем, где ребята и заберем их.
– А если не отдаст?
– Мне? Отдаст.
– Нет, но ребята могут не пойти? Что, если он им наплетет про меня глупости?
– Не делай из сыновей дураков. Им уже не три года, чтобы верить в сказки.
– Думаешь? – Я задрала голову и посмотрела на оборотня, который был в сто раз человечней Сережи.
– Знаю.
Как он мог успокоить меня так быстро? Я уже могла дышать без дрожи, говорить в разы спокойней. Поэтому, когда зазвонил телефон Скалы, я не начала бегать вокруг него, а только сжала кулаки в ожидании новостей.
– Да? В пойме? Хорошо.
Пойма? Что они делают у воды? Что-то мне подсказывает, что вряд ли рыбачат.
– Поехали? – Скала протянул мне руку?
– Еще спрашиваешь? Конечно!
И я была безумно рада сейчас, что со мной оборотень.Скала, правда, лучше нескольких патрулей полиции. Нет, даже лучше отряда быстрого реагирования.
Альбина говорила, что сверхи очень сильные и ловкие, как супергерои. И я очень надеялась на способности Скалы. Одна я вряд ли справилась бы.
Я молилась об одном: “Прошу, пусть дети от этих разборок минимально пострадают”.
Понимала, что развод – это удар по их психике. Но еще больший вред могут нанести родители, которые выясняют отношения, словно два монстра.
– Как думаешь, что они там делают?
– Надеюсь, жарят шашлыки, – пробормотал Скала.
– Он же не сделает им плохо?
– На накручивай себя заранее. Сейчас приедем и увидим, что задумал твой бывший.
Я выскочила из машины еще до того, как мы припарковались. Попыталась найти место, с которого максимально видно берег. Взгляд скользнул по реке, и я вскрикнула. Макар ехал на вейкборде на доске, держась за трос от катера, без спасательного жилета.
А он не умеет плавать!
Я увидела кудрявую голову Матвея, а потом и Сережину в катере. И ровно в этот момент Макар словно споткнулся доской о волну, закачался, а потом кувырком улетел в воду под мой крик.
Макар ушел с головой под воду.
Сережа вскочил, начал раздеваться. Скала обогнал меня на пути к воде и как был в одежде, так и прыгнул в воду. Большой, словно ледокол, он вошел воду и появился уже спустя метров десять от берега.
Над поверхностью воды появилась голова Макара.
Я замешкалась на берегу. Мне тоже нырять? Или я только помешаю?
Сережа, наконец, скинул свою рубашку и штаны и тоже нырнул. Матвей рыдал так, что у меня закладывало уши даже на берегу. Я умоляла небеса, чтобы хотя бы он не додумался прыгнуть в воду.
Скала с невероятной скоростью оказался рядом с младшим сыном. Обнял его сзади, и они так вместе поплыли к берегу. Сережа сначала поплыл за ними, потом обернулся на оклик Матвея и устремился к катеру.
Когда Скала взял на руки Макара на мелководье и стал выходить из воды, я забежала в воду навстречу. Забрала сына к себе на руки и прижала так крепко, как могла.
– Мам, – прокряхтел Макар. – Мне дышать нечем.
– Прости! – Я поставила его на ноги на берегу, опустилась на колени и сама прижалась головой к его груди. – Ты как? Нахлебался воды?
– Не успел. Испугался только. – У младшего стучали зубы.
– Пойдемте к машине? Там есть плед и сменная одежда. Пусть и великовато будет, зато сухо, – сказал Скала.
– Спасибо! Я уже столько раз благодарила тебя за все.Я подняла на него взгляд:
– Не стоит, – Скала потрепал Макара по голове и в шутку подколол: – Кувырок зачетный, но мама чуть не поседела. Где жилет забыл?