Табу (СИ)

Нина подслушивала.– Но мы видели, как ты по стене забирался! – крикнул Макар, а я покосился на дверь в детскую.
– На вы надо говорить, – шикнул на брата Матвей.
– Мне можно на ты, ребят. Так даже проще.
Парнишки серьезно кивнули и требовательно уставились на меня. В абсолютном молчании прошла минута. Я понял, что мне нельзя врать.
– Ладно, вы меня раскусили – это я лазил по стенам, – заявил я.
И Матвей с Маком дали друг другу пять:
– Я так и знал!
– Да!
– Но я не человек-паук, – дополнил я.
– Все равно круто! – Макар так близко стал рассматривать меня, что говоря – плюнул в лицо.
Я не стал смущать мальчика и вытищать каплю с щеки – сделал это, когда он повернулся к брату:
– У него волос вообще нету. И ресниц. И в носу даже нет – я посмотрел!
Когда меня молодым вот так обсуждали и рассматривали, я дико бесился. Но сейчас это было забавным. Вот только охающая за дверью Нина немного сбивала.
Похоже, она не выдержала – постучала в дверь:
– Мальчики, пойдемте пить чай.
От этих слов меня окатило такой волной теплоты, что я не мог подняться несколько секунд.
Мальчики… Она говорила про сыновей и меня.
Я часто-часто заморгал, чтобы, не дай медвежий бог, дать слабину. Не размазня же!
За чаем ребята болтали без умолку. Они рассказывали мне наперебой обо всем, но особенно – о тех супергероях, о которых знали, и хитро посматривали на меня.
Макар даже подошел ко мне и шепнул вопрос на ухо:
– А мама знает?
С этого момента у нас появился секрет.– Пока нет.
А когда мальчишки убежали, чтобы взять из комнаты свои мечи и показать мне, Нина обратилась ко мне шепотом:
– Не надо было поддерживать эти фантазии.
Я повернулся к истинной. Мы были так близко друг от друга. Как тут соврать.
– Это не фантазии. Я действительно могу лазать по стенам. Конечно, если есть за что зацепиться.
И Нина заливисто рассмеялась. В этот момент она выглядела такой привлекательной, что я не выдержал и потянулся к ней.
Замок в двери щелкнул.
– Нина! – СерОжа зашел и тут же посмотрел в сторону кухни.
Увидел меня и заметно напрягся.
– И почему вы оба не отвечаете на телефоны?
Если он сейчас наедет при мне на Нину, я не сдержусь.
Будущий бывший скинул ботинки, прошел на кухню и внимательно осмотрел нас и стол с четырьмя кружками чая.
– Нехорошо прерывать сеанс на звонки, – ответил я внешне миролюбиво, а сам мечтал дать с ноги.
Не за то, что муж моей пары, а за то, что от него пахнет пивом. Пусть и слегка – скорее всего выпил бутылочку, – но все же снова влил в себя. Не знаю, заметит ли Нина, но с моей чуйкой я поймал запах алкогольных паров издалека.
Нина мгновенно стала другой с ним. Отчужденной, собранной, она словно смущалась из-за моего присутствия.
СерОжа посмотрел на меня, нахмурившись так, что кожа на лбу собралась гармошкой.
– И что это было? Почему ты уехал?
– Нине нужна была пауза. Я дал ее, – ответил я, с вызовом поднимая брови.
Муж бегло осмотрел мою фигуру, отодвинул стул и сел между мной и Ниной.
– Можно было и предупредить, – пробормотал он, а потом задумчиво помолчал и добавил: – И, вообще, мы уже нашли психолога, Скала. Прости. В твоих услугах не нуждаемся.
– Нет, тот психолог нам не подходит, – возразила девушка.
Вот умничка. Только муженек ее так не думает. Я по взгляду понял, чего он больше всего боится. Не того, что я с Ниной окажусь в отношениях, нет. СерОжа трясется над тем, чтобы я не ляпнул про машину.
Так вытащим этого черта из табакерки прямо сейчас!
– Как машина после моего колдовства с ней? Я, вроде, не сильно приложил. Эксперт тоже выглядел адекватным. Какое заключение сделал?
СерОжа тут же посерел лицом. На Нину даже не посмел смотреть, а вот она от него взгляда не отрывала.
– Что ты сказал, Скала? Кто и что сделал с машиной?
– Скала посоветовал мне способ. Я же тебе говорил. Теперь мы проходим по страховой, – тут же включился СерОжа.
Я улыбнулся, решив косить под дурачка:
 
– Еще бы они не приняли. Я все рассчитал: и место подходящее нашел, где береза рядом. И дверью вашей царапины на стволе оставил. И об бетонный блок немного бампер кокнул, чтобы вмятины правдоподобные были, а на преграде краска осталась.
Нина не моргая смотрела на мужа, а тот смотрел на меня с досадой, поджимая губы. Выражение лица было такое, будто он сейчас готов был получить по затылку сковородой.
И тут Нина посмотрела на меня и поблагодарила:
– Спасибо, Скала.
Я думал, что она сейчас при мне опустит мужа, втопчет его в землю, расскажет, что он приписал себе все заслуги, но она ни слова против не сказала. Только взгляд стал невыносимо пустым. И это разрывало меня изнутри.
– Прости, Скала. Давай продолжим в другой день, у меня голова разболелась, – попросила Нина и, не дожидаясь ответа, ушла, волоча тапками по полу, словно старушка.
Я посмотрел на придурка, именуемого мужем, и сжал руками колени.
И тут кулак этого хлюпика полетел мне в лицо.
Благодаря быстрой реакции, у меня было время подумать, прежде чем реагировать. Уклониться или принять удар? Ответить или проигнорировать?
– Братан, мы с тобой в разных весовых категориях. Ты должен понимать, что если психолог разобьет тебе лицо – твоя ситуация безнадежна.Я поймал его кулак в воздухе и сказал:
Зверь во мне рычал, рвался порвать на части этого суслика. Я ощутил, как когти вырвались из пальцев и тут же отпустил руку гаденыша. По пути на выход я схватил обувь, и вышел в общий коридор.
Плечи уже раздались. Еще чуть-чуть, и не руки будут, а лапы.
Я нажал на кнопку лифта и вошел, успел нажать на этаж ниже и обернулся в зверя.
Вот это я не рассчитал! Вот это попадос.
Если сейчас меня кто увидит, не просто испугается – может и жизни лишиться от страха. Я тот еще обаяшка в своей настоящей форме – абсолютно лысый медведь. Видели когда-нибудь?
Одежда лоскутами осыпалась на пол лифта, и оставлять ее так было нельзя. Не представляю, о чем подумает Нина, если вдруг соберется выйти в магазин или на прогулку со своим собакеном. Я не видел пса, но чуял. Малыш знал, кого бояться, в отличие от своего хозяина, и лапами не размахивал.Ближе всего подойдет сравнение с огромной мощной крысой с обрубком хвоста. Я внушал страх врагам одним только видом. Что уж говорить об обычных людях?
Да, так будет лучше. А то мало ли. Я мог и ошибаться с бабулей. Вдруг, она ни черта не видит, и мои лапы принимала за темные пятна зрения? Может, у нее слабоумие?Я кое-как собрал одежду и обувь зубами, осторожно вышел на этаж ниже и задумался. Может, стоило ехать на пять этажей ниже к Лесе?
Я зашел обратно в лифт и нажал на Лесин этаж. Как хорошо, что она еще не переехала! И как хорошо, что мне никто не встретился!
Вот только у двери девушки я четко уловил запах Буры. Они были внутри. И я очень не хотел мешать, чего бы там не происходило.
Что же делать?
Раздался шум в соседней квартире – семья собиралась на прогулку. И я дал деру к лифтам. Поехал на бабулин этаж и подошел к ее двери.
Выдержит старушка или нет? Выбора-то у меня нет. Как бы я не старался успокоиться и обернуться – зверь сейчас пьянил невыплеснутой силой и не давал. Был бы я дома, то выплеснул энергию пробежкой по лесу, подрал бы несколько деревьев. Здесь же я заперт в бетонных коробках – никакого выхода энергии для зверя.
Остается надеяться, что бабулина психика выдержит. Или она придумает оправдание чудовищу в своей квартире.
Я встал на задние лапы и нажал носом на дверной звонок. Бабуля открыла спустя долгую минуту. Ровно в этот момент повернулся замок в квартире напротив.
– Милок! – только и успела сказать старушка, как я проскочил внутрь.
Я бросил свои вещи и обувь в коридоре и посмотрел на нее. Ну что, сердечный удар или ничего?