Табу (СИ)

– Хорошо, если это не проблема, не пей. Сможешь?
– Совсем? Я тебе что, алкаш, чтобы в завязку уходить?
– Ты сам себя слышишь? Одно мое предложение отказаться от алкоголя выводит тебя из себя. Если ты не можешь отчего-то отказаться – ты от этого зависим.
– А ты, значит, независима от семьи, раз можешь от нее отказаться из-за какой-то фигни? Готова развестись со мной на пустом месте? А ты о детях подумала? Как ты им объяснишь это?
Я не выдержала и сказала правду, которую давно держала при себе:
– А ничего особенно у них не изменится, Сереня. Просто папа будет ночевать в другом месте. Все.
– Чего?
– Неприятно слышать? Но так и есть. Ты когда последний раз проводил с ними хотя бы пятнадцать минут? Все, что они от тебя слышат, это как ты гаркаешь на них, когда они расшалятся. Все!
– Я работаю!
– Я тоже.
– Я устаю!
– Я тоже.
– Что ты от меня хочешь?
Я уже промолчала о том, что в идеале – это он должен хотеть изменить свою жизнь. Что мое желание не сдвинет тяжеловоз с места. Но я должна использовать для начала хотя бы это.
– Давай сходим к психологу. Если он скажет, что все нормально – больше никогда не придем.
– Ни один психолог тебе такого не скажет. Обязательно найдет, как вытянуть деньги и обеспечить себя заработком на несколько лет наперед.
– Пусть так. Давай сходим.
Сереня сжал челюсть и посмотрел на меня. Его лицо говорило нет, его поза говорила нет, но он открыл рот и сказал:
– Давай.
Я решила на психологе не экономить. Вечером, отправив последнюю на сегодня клиентку домой, я перелопатила тонну информации и нашла кандидата для спасения нашего брака. Мужчина располагал к себе внешне, имел хороший послужной список, много положительных отзывов и даже вел свой видео-канал. Я послушала несколько его роликов и поняла, что мои мысли созвучны с его.***
Решила показать Серене.
– Мне он не нравится. Полупокер какой-то. – Муж покосился на экран, скривив лицо.
– Тебе с ним детей не крестить.
Разве это не попытки со стороны Серени оттянуть, а то и отменить обещанное?
– А разве психолог не должен вызывать симпатию? – возразил муж.
– Он не должен вызывать антипатию.
– Вот именно. А мне эта рожа сразу не понравилась.
– Подозреваю, что тебе никто не понравится.
– Почему же? Предложи еще!
Я вспомнила, что видела еще одну женщину, которая мне понравилась, но из-за ее яркого образа я сделала выбор в сторону ее коллеги мужского пола.
– Вот, смотри! – Я показала фотографию милейшей женщины в возрасте с ярко-розовыми волосами.
– Это что за клоунесса? – Сереня округлил глаза. – Ей самой психолог нужен.
– Да ты послушай, что человек говорит. Вот этот ролик мне понравился! – Я не успела включить, как муж выключил.
– Я уже ее не воспринимаю. Следующий.
– Может быть, тогда сам подберешь, вместо того, чтобы постики читать?
Я видела, что сначала он хотел отказаться, но потом задумался и кивнул своим мыслям.
– Хорошо.
– Давай обозначим сроки, – предложила я.
Знала, что если этого не сделать, то и через год на прием не попадем. Муж у меня живет под девизом: “Благие намерения важнее добрый дел”. Не отказывает, соглашается, просто не делает.
– А вот давай без этого давления! – Сереня сразу встал на рога.
– Сроки обозначишь ты. Нам просто нужна дата, до которого мы точно определимся.
– Мне нужно два-три месяца, чтобы подобрать нормального.
Да это же много! Слишком долго. Но если я сейчас начну возмущаться, мы точно ни к чему не придем. Тут главное не спугнуть.
– Слишком обтекаемо. Давай обозначим конкретную дату.
Представляю, сколько пятниц пройдет, пока три месяца минует. Четырнадцать – я посчитала.
Подождите-ка, это что, я время пятницами измеряю? Докатились!
– Тогда вот эту! Три месяца ровно с сегодняшнего дня.
Конечно же, Сереня взял максимально далекую дату.
– Нет. Слишком долго, – сказала я, осознав, что я не выдержу.
– Сама же сказала мне выбирать.
– Сказала. И поняла, что не выдержу столько пятниц. Три месяца в ЗАГСе дают на то, чтобы передумать разводиться паре с детьми. Это огромный срок.
 
Сереня злился:
– Сначала говоришь одно, потом другое. Ты уж определись.
– Скажи спасибо, что я еще вообще борюсь. Любая другая бы давно развелась.
– Из-за чего? Ты кератином надышалась? Другим только не говори, а то засмеют. Придумай причину посущественней.
– А для меня она очень существенная, Серень. И мне становится все больше все равно, что скажут другие. Я на пределе. Поэтому выбирай дату на следующей неделе, договаривайся о встрече, раз взял инициативу на себя, и вперед.
Муж долго смотрел на мой профиль, а я не могла повернуть голову и взглянуть ответ потому, что тогда я бы точно не сдержала весь мат, на котором кричала моя душа.
Я держалась из последних сил. И, кажется, муж это увидел.
– Хорошо, – наконец согласился он. – На следующей неделе пойдем, но только один раз.
Я промолчала, хотя хотелось сказать: “Сходишь сколько нужно раз, если хочешь спасти брак”.
Будни понеслись чередой клиенток. Вроде, только наступило утро – оп! – уже вечер. Но кое-что отличительное на этой неделе настало. В среду вечером Сереня пришел с настольной игрой и мы всей семьей целый полтора часа играли вместе.
Вот он – поступок, которого я ждала. Шаг навстречу нашему счастью. Работа над собой.
Мне очень хотелось спросить мужа, нашел ли он нам психолога, но я решила не дергать черта за хвост. Он же уже кое-что сделал! Маленький, но такой важный шаг, от которого мальчишки просто в восторге. Правда, на следующий день Сереня отказался играть, потому что слишком устал.
Наступила пятница. Муж не пришел вовремя с работы. На телефон не отвечал.
Я уже стала думать страшное, ведь у нас давно был уговор. Не важно, в каком состоянии, но надо ответить на телефон, чтобы я знала, что с ним все хорошо. Что он жив. И что доберется до квартиры.
А телефон мужа был недоступен.
***
Скала
Я устроил настоящий пункт наблюдения у дома Нины. Разочарованию не было предела – она почти не показывалась. Зато утром и днем я видел сыновей истинных, которые посещали школу.
Я смотрел на каждого мужика, как на потенциального конкурента. Кто он – муж моей Кудряшки? Этот пузан? Или этот дрищ? Может, конкурент по лысине?
Я слышал через потолок его голос, но когда мужчины выходили из квартиры – они же не болтали налево и направо.
Мне звонил Леон:
– Ты совсем забыл про свои розы?
– Полей.
– Я еще жить хочу.
– Тогда не поливай.
– У тебя там все так серьезно? Ты дома два дня не ночевал.
– Угу, серьезно. Ремонт делаю.
– Чего? Где?
– У одной милой бабули, – я покосился на старушку, смотрящую телевизор.
Я подтянул петли на кухонных шкафах, заменил краны, а сейчас менял заднюю стенку в старом шкафу.
– Разве ты не охотишься за истинной? – недоумевал Леон.
– Именно.
Только там – недалеко от нее, я мог контролировать зверя. Правда, мысли о том, что она спит с мужиком в одной кровати, причем на законных основаниях, клинила мозг.
– Так при чем тут какие-то старушки?
– Долго объяснять.
Я представил, как начну объяснять, в чем дело. Все равно никто не поймет, как это – помогать бабуле за свой счет.
– И что, даже розы забросишь? Я, конечно, не заглядывал к тебе, но, подозреваю, что скоро все будет печально.
Ага, не заглядывал. Знаю я этого котяру. Все он уже разнюхал. Ему просто дико любопытно, что происходит и какой у меня прогресс с парой.
– Сашка польет. Я с ним договорился.
– О-о-о, – многозначительно протянул Леон.
И в этом “о” было спрятано так много. И вопрос, какой ценой, и почему, и как я мог доверить свою цветочную страсть пацану. В этом “о” даже чувствовалось, что Леон уже был в курсе, кого оставили ответственным за цветы.