Стюардесса
- Я лучше пацанам своим отвезу, - сказал водитель, пряча огурец в карман комбинезона.
Охотник улыбнулся Ольге Ивановне, но та не заметила его. Как только парень в куртке откупился от водителя, она взяла его руки в свои и вновь потеряла окружающее.
Охотник заглянул в буфет: маленький, грязноватый, с пустыми коробками печенья и шоколадных наборов, с запыленными бутылками из-под "Наполеон бренди", с засохшим сыром и опасной колбасой, с броским объявлением: "Пива нет". Но что-то хорошее в буфете все же было, потому что у стойки толпились пассажиры и слышались международные возгласы: "Чао!", "Поехали!", "Со свиданьицем!". Охотник вышел из буфета Ольга Ивановна и ее друг все так же держались за руки. И тут послышался зычный голос второго пилота
- По местам, товарищи!
От самолета отъехал бензовоз, первый пилот принял немногочисленную корреспонденцию, все несложные дела сделаны.Из буфета дружно повалили пассажиры, что-то дожевывая на ходу.
Ольга Ивановна немного задержалась. Она шла к самолету одна и все время оглядывалась назад. В последний раз она оглянулась уже поднявшись на борт самолета.
- Спасибо, Петя, - сказала она второму пилоту.
- Чепуха.. - он убрал трап, задраил дверь.
Ольга Ивановна глянула в иллюминатор. Почему-то из круглого самолетною оконца фигура парня показалась очень маленькой, как у ребенка. А за ним виднелся игрушечный грузовичок. Когда же самолет побежал по взлетной дорожке, фигура парня в кожанке умалилась до жалкости, а затем враз исчезла, как только колеса оторвались от земли.
- Теперь понятно, почему вы так привязаны к этой трассе, - заметил Агасфер, - поздравляю, вы умеете устраиваться.
- Да, я, как говорили в старину, оборотистая особа
- Что он делает в этой дыре... ваш юноша?
- Мой юноша ищет нефть... - и она добавила насмешливо, - но не предлагайте ему место в главке, он все равно откажется.
- С чего это вы взяли?.. - грубовато спросил Агасфер.
- Ольга Ивановна взяла подносик с конфетами из рук бортмеханика, протянула Агасферу.
- Вы же добрый человек со связями. И, судя по всему, любите покровительствовать незнакомым людям.
- Мое покровительство вашему другу не грозит.
- И слава Богу!..
Снова стюардесса присаживается на ручку свободного кресла возле охотника. Короткое ее возбуждение спало, лицо утомленное, печальное.
- Это ваш жених, Ольга? - спросил охотник.
- Не знаю... Просто любимый человек, - ответила та тихо.
- Так это из-за него?... Стюардесса кивнула
- И давно?
- Второй год... Он ищет нефть, я ищу его. Так и живем...
Самолет сильно тряхнуло, еще раз и еще. Заплакал ребенок.
- Здесь всегда болтает, - побледнев, сказала бортпроводница, - сплошь - озера...
Все, что могло шевелиться, качаться, подпрыгивать, пришло в движение. Подпрыгивали в сетках свертки, шляпы и кепки, раскачивались на крючках пальто и плащи, ерзали в хвосте чемоданы, и пассажиры, не отставая от своих вещей, тоже ерзали, подпрыгивали, болтались на своих местах.. С обезумевшим видом, зажав рот рукой, в туалет промчался юноша-ненец.
- Воды! - простонала беременная женщина Ольга Ивановна бросилась исполнять ее просьбу.
- Пакет!.. Дайте мальчику пакет!.. - попросила другая женщина.
Из туалета на ватных ногах вышел молодой ненец.
- Я много летал, на Таймыр летал, на Диксон летал, в Нарьян-Мар летал, но такого... - он не договорил и, зажав рот, кинулся назад в туалет.
- Товарищи пассажиры, пакеты перед вами, в сетках! - крикнула Ольга Ивановна.
А старый ненец, откинув голову на спинку кресла, вдруг запел пронзительным, тонким голосом:
Пароход - хорошо, самолет - хорошо,
А оленя - лучше!
Именно этот тяжелый момент полета выбрал восточный человек, чтобы подкрепиться. Не обращая внимания на творящееся вокруг него, он домовито постелил скатерку на свободном месте, достал банку с жирной бараниной, всевозможные травы и приправы, разломил чурек, извлек бутылку с добрым сухим вином и, пожелав самому себе "доброго здоровья", хлебнул из горлышка и принялся с аппетитом за еду
Его сосед, старичок, похожий на врача, с отвращением поглядел на это пиршество, что-то сердито проворчал и отвернулся.
Пароход - хорошо, самолет - хорошо,
А оленя - лучше.
- пел старый ненец.
Ольга Ивановна поддерживала голову одного из мальчиков, ласково уговаривая:
- Потерпи, миленький, немножко потерпи, скоро болтанка кончится, - но впечатление было такое, будто она сама нуждается в утешении.
Восточный человек чавкал, отрыгивал, облизывал жирные пальцы. Старичок, похожий на врача, глянул в его сторону и, позеленев, сорвался с места. Ольга Ивановна поспешила к нему со стаканом воды. Старичок жадно выпил воду, его отпустило.
- Отведите меня... подальше от этого... вурдалака, - жалобно попросил он.
Ольга Ивановна усадила его на свободное место впереди.
Болтанка не утихала. Казалось, самолет не летит по воздуху, а ковыляет по ухабистому проселку. Ольга Ивановна совсем сбилась с ног. Пытаясь облегчить страдания пассажиров, она без устали обносила их водой, дольками лимона, какими-то лекарствами, подавала пакеты, провожала в туалет, успокаивала ребятишек. То и дело слышалось:
- Ольга Иванна!..
- Товарищ проводница!..
- Стюардесса!.
Она по-солдатски несла свою службу и даже нашла в себе силы пошутить, когда восточный человек, закончив трапезу, спросил с беспокойством:
- Как поживает багаж, дочка?
- Багаж в порядке, его не укачивает.
Но в какой-то миг, оказавшись в хвосте самолета, она без сил уткнулась головой во чье-то пальто. Охотник кинулся к ней.
- Ольга Иванна!.. Ольга, что с вами?..
Стюардесса повернула к нему меловой бледности лицо с темными подглазьями и капельками пота на лбу.
- Я совсем... совсем не переношу болтанки...
- Дайте я вам помогу!
Испуганным движением она прижала палец к губам.
- Что вы!.. Меня не допустят к полетам!..
- Ольга Иванна!.. - раздался чей-то жалобный крик. Стюардесса взяла себя в руки, вытерла влажный лоб и, тонкая, прямая, собранная, поспешила на помощь.
Все кончается на свете, кончилась и болтанка Пассажиры в томном изнеможении откинулись в креслах. Ольга Ивановна разбитой походкой подошла к своему старому месту возле охотника.