Полюби меня заново (СИ)

— Я знаю, — перебил Катю Стас, улыбнувшись. — В среду. Она ходит сама, потому что центр от вас через дорогу. А из школы возвращается с одноклассницей и её мамой, которые живут в соседнем подъезде.
— Угу. Ты их видел вчера, девочку зовут Соня, а маму…
— Может, и видел, но я не особенно смотрел на остальных. Только на вас с Никой.
Стас постарался сказать это мягко и искренне — как чувствовал. И ощутил, что Катю тоже проняло. Иначе почему она отвела взгляд?
— Ясно, — ответила тихо и, резко допив чай из своей чашки, предложила: — Может, поедем? Пока доберёмся назад, Галина Ивановна с ума сойдёт. — Катя запнулась, изменилась в лице, будто что-то вспомнив, а потом неожиданно поднялась с кресла, буркнула: «Я сейчас», и куда-то побежала, на ходу доставая из сумки телефон.
Стас смотрел ей вслед, чувствуя, как его заливает жаркой ревностью, и очень надеялся, что Катя в эти минуты звонит не другому мужчине…
20
Катя
После разговора с бывшим мужем мне срочно требовались две вещи.
Первая — ледяной душ.
Вторая — Артур и горячий секс.
Можно в обратном порядке, но точно и то, и другое. Причём второй пункт не обязательно только один раз…
В общем, я решила позвонить Галине Ивановне, как Артур и просил, и договориться, что она побудет с Никой до завтрашнего утра — утром Артур меня обычно отвозил домой часам к шести-семи, чтобы я успевала проследить, как дочь собирается в школу. Ника, увы, пока была ещё «рассеянной с улицы Бассейной» и могла забыть положить в портфель всё что угодно.
Галина Ивановна, как я и ожидала, согласилась, но без удовольствия. Точнее, поначалу она обрадовалась, подумав, что я решила остаться на ночь со Стасом, но, когда поняла, что не с ним, расстроилась. Выговаривать мне ничего не стала, просто вздохнула и сказала:
— Конечно, Катюш, я побуду с Никой.
Я с облегчением выдохнула, положила трубку и решила быстренько на дорожку наведаться в туалет. Сходила, а когда вернулась к Стасу, по его лицу сразу поняла — Галина Ивановна позвонила и всё ему рассказала. Наябедничала, в общем. Какая нехорошая Катя, Стас приехал к ней из Питера, хочет вернуться, просит прощения, а она вместо того, чтобы кинуться к нему в объятия, собирается к любовнику.
Я ожидала, что Стас как-нибудь прокомментирует всё это, — видела же, что его задевает моё поведение, — поэтому чуть не упала, когда он спокойно произнёс — так, будто ничего особенного в его предложении не было:
— Куда тебя отвезти? Ты же не домой сейчас, как я понял. Давай подвезу, куда нужно.
Я потёрла ладонью лоб, вновь чувствуя дикое удивление из-за всего происходящего со мной, и уже начала качать головой, намереваясь отказаться — Артур написал, что сам приедет и заберёт меня, нужно было только назвать адрес, — но потом подумала…
Я прекрасно знала, где находится квартира Артура — к «Астре» она была ближе, чем наш с Никой дом, но ехать всё равно далеко.
— Спасибо. Да, было бы неплохо, если бы ты меня подвёз. До квартиры Артура не обязательно, можно просто до метро, а там я сама доеду.
— Значит, его зовут Артур… — пробормотал Стас, на миг потеряв невозмутимость и превратившись просто в ревнивого мужика. Я даже ему немножко посочувствовала.
— Да, его зовут Артур. Мы полгода встречаемся, и у нас всё хорошо. — Я мгновение подумала и решила уточнить: — И, если ты вдруг начнёшь вмешиваться в эти отношения или настраивать против них Нику, я на тебя очень обижусь.
— Я не буду ни вмешиваться, ни настраивать Нику, — произнёс бывший муж решительно, но я ему не поверила. — Пойдём, я тебя всё-таки не до метро довезу, а сразу до дома Артура. Зачем тебе в транспорте кататься, если можно на моей машине?
— Что, — я хмыкнула, разгадав замысел Стаса, — хочешь посмотреть на Артура?
— Конечно, хочу, — не стал отрицать бывший муж, и я, вытащив из сумки мобильный телефон, быстро напечатала:
«Я доеду до тебя. Спустишься, когда подъеду? А то тут кое-кто изъявил желание на тебя посмотреть».
Артур ответил тут же:
 
«Не верит, что у тебя есть другой мужчина?»
«Да вроде верит».
«Значит, мазохист. Ладно, договорились, спущусь».
Я кинула телефон обратно в сумку, подняла глаза на Стаса, который уже вновь превратился в обычного уверенного себя, и сказала:
— Всё, можем ехать.
21
Катя
Я точно помню: когда мы встречались, а потом и жили вместе, Стас всегда был гладко выбрит, он не позволял себе даже небольшую щетину. Почему — я и не спрашивала, предполагая, что раз бреется — значит, не любит бороду. Зато теперь я уже вторые сутки видела Стаса небритым — нет, не заросшим, но с щетиной примерно недельной давности.
И я вдруг поймала себя на мысли, что мне интересно прикоснуться к его щеке. Никогда я не трогала небритых мужчин: что Стас из моего прошлого, что Артур из настоящего гладко брились. А больше у меня никого и не было.
— Кать, — сказал бывший муж, когда мы уже выезжали с территории торгового центра, — я хочу ещё раз уточнить один момент, который задел меня в нашем с тобой разговоре… Мне даже кажется, что это самое важное из всего, что мы обсуждали.
— Да? — я насторожилась. Что у него там «самое важное»? Как по мне, то единственное важное, что осталось между нами, — это Ника.
Выяснилось, что Стас со мной солидарен, и это не могло не радовать.
— Ты сказала: я не думал, что будет с твоими отношениями с Никой. И… знаешь, это правда, я действительно не подумал, что она может обидеться. Она очень хочет, чтобы мы сошлись.
— Если бы ты её не обрабатывал соответствующим образом, она бы ничего подобного не хотела.
— Да, — кивнул Стас. Уверенно, даже почти нагло. Непрошибаемый! — Но я не «обрабатывал», как ты выразилась, я говорил, что чувствую и чего хочу. Честно говорил. Просто не учёл, что… мои чувства и желания могут не совпадать с твоими. И если так и останется, то Ника будет переживать. В общем… Катюш, я обещаю: я сделаю всё, чтобы она на тебя не обиделась.
— Всё — это что? — хмыкнула я, не впечатлившись этим обещанием. Хотя, разумеется, это было лучше, чем если бы Стас захотел провернуть обратное мне назло. Но нет, он на подобные поступки не способен — всё-таки мой бывший муж не гад и не сволочь, и не из тех, кто отыгрывается на детях. — Я не представляю, что ты можешь сделать…
— Я тоже пока не представляю, — честно признался Стас, и я замолчала, удивившись этой откровенности. Он будто говорил мне сейчас: да, я слаб, и я это знаю. — Но ты ведь что-то делала, чтобы Ника не обиделась на меня три года назад? Откроешь секрет?
— Да тут нет никаких секретов, — я вздохнула, вспоминая то время. Как же мне тогда было плохо! Стас словно выбросил меня со скалы, а потом, убедившись, что я не разбилась окончательно, ещё потоптался по мне ногами. — Я просто постоянно говорила Нике, что ты её любишь. Не только, конечно, было много и других слов, но основные — именно эти. Она должна была поверить в то, что ты её любишь, принять это как аксиому, не требующую доказательств. Но кстати… возможно, если бы ты тогда не начал сам звонить и регулярно приезжать, Ника в результате и не поверила бы.
— Да, скорее всего… — пробормотал Стас и задумался.
Он молчал так долго, что я в итоге закрыла глаза, намереваясь хотя бы чуть-чуть расслабиться и подремать — до дома Артура было ещё целых полчаса, — и каким-то образом умудрилась крепко уснуть.
22
Стас
Когда Стас остановил машину возле дома, в котором жил Катин новый ухажёр, она всё ещё спала, откинувшись затылком на сиденье. Во сне черты её лица разгладились, исчезла тревожность, и Катя стала как никогда похожа на себя в те годы, когда он был её мужем.
Не торопясь будить бывшую жену, Стас повернулся к ней, вглядываясь в знакомые и родные черты, и даже чуть подался вперёд, намереваясь… нет, не поцеловать, просто быть ближе. Услышать дыхание, ощутить запах волос — Катя раньше мыла голову кокосовым шампунем, и от волос всегда тонко и сладко пахло кокосом, — возможно, кончиками пальцев коснуться щеки… Хотя нет, рискованно, лучше не касаться. Но как же хочется… Её хочется — всю и себе, и как можно скорее.