Выбор сердца (СИ)

Придерживая Ладу за руку, Константинов взял курс к скамьям.
Очередная группа завершила свое катание. Вот сегодня его Лада точно получила полное удовлетворение от ледяной прогулки. Учитывая, с какой скоростью они с Константиновым-старшим удалялись с час назад, вряд ли тот где-то сбавлял темп. Коньки для него тоже были в первую очередь спортом. И выкладывался, во время хода — максимально. Димка каждый раз ждал, что Лада сдастся и «сойдет» с дистанции, вернувшись с «пробежки» раньше свёкра. Нет, упрямства в ней хватало…
— Возвращаю твое сокровище, — обращаясь к сыну, сообщил Алексей, помогая молодой особе переступить со льда на твердую почву. — Коньки хорошенько для другого раза проверьте, а то у нас тут кто-то сегодня фигурным катанием решил заняться, — добавил он, присаживаясь на скамью и начиная переобуваться. На мгновение замерев, оглянувшись на сына с Ритой, с настороженностью поинтересовался, — А, что такое напряжение?
— Холод сковал, — выдала Рита первое, что пришло в голову.
— Замерзла? — с беспокойством прозвучал его вопрос.
Вот о чем не следовало забывать, так это об особом отношении данной личности к температурному режиму. Она же просто постаралась отвлечь его внимание от Димы, сделав попытку избавить их всех от объяснения на пустом месте.
— Я бы тоже не отказалась от горячего кофе, — напомнила о своем присутствии Лада.
А, возможно, пришла на помощь по спасению ситуации. Константинов сдержал усмешку. Вот чего всеми силами стремился избежать — так это женского заговора. Но, по всей видимости, именно таковой и созрел на сегодняшний день в его же семье.
— Ты как? — убирая коньки в сумку и глянув на сына, полюбопытствовал Алексей.
— А я, как и ты, в данном случае — без вариантов, — пожав плечами, отозвался тот, забирая из рук Лады сумку с её коньками. — Если дама хочет кофе…
— Значит, пьем кофе, — подвел итог Константинов, поднимаясь со скамьи. — Здесь есть одно местечко. Отличный кофе и замечательные десерты. Если, конечно, за фигурами никто не следит.
Беспокоило состояние Риты. Казалась слишком напряженной. Хотя, вряд ли проблема — в Димке. Парень, действительно, был настроен по отношению к пассии отца достаточно благодушно. Если только не устала. Припоминал он, что как-то, в самом начале их знакомства, она говорила о проблемах, связанных с длительным пребыванием на воздухе…
4
Санкт-Петербург. Они провели вместе еще пару часов. Вместе вернулись к дому Константинова-старшего. Вот только в квартиру подниматься молодые не стали, тактично сославшись на собственные дела. А Рите показалось, что просто не захотели мешать их с Алексеем совместному вечеру. И мысленно их поблагодарила в тот момент, когда забралась под горячий душ. Усталость… Откуда только взялась. Впрочем, если вспомнить, сколько времени провела на свежем воздухе…
Слегка просушив волосы и натянув вместо сорочки — футболку Константинова, Рита, не обнаружив хозяина квартиры в кухне, заглянула в гостиную. Тот, лишь кивнув ей и сдержанно улыбнувшись, оставаясь в пол оборота сидеть на широком диване, продолжил с кем-то разговаривать по телефону.
По отрывкам фраз, поняла, что разговор касается Никиты. Кажется — проблема решалась с серьёзной пробуксовкой. Во всяком случае, выглядел Алексей не просто озадаченно, а заметно встревоженно. Короткие вопросы, лаконичные уточнения. И, судя по всему — столь же не многословные ответы. И поймала себя на мысли, что боится, как бы не произошло еще чего.
Забравшись рядом с ним на диван, сомкнув в «замок» руки на поясе его брюк, прижалась к спине. Свободной от телефона рукой Алексей накрыл ладонью ее пальчики, слегка те сжав. Словно мысленно просил немного потерпеть, пока освободится и сможет уделить ей время. Сможет. Непременно. И она это тоже прекрасно понимала.
— Я могу спросить, с кем говорил? — тихо прозвучал вопрос, когда телефон, наконец, был выключен.
А вот задумчивость Константинова слегка встревожила. Еще недостаточно хорошо знала этого человека, чтобы просчитывать последствия дурных новостей.
 
— На счет Никитки, — обронил он, отбрасывая в сторону телефон и продолжая над чем-то размышлять, — Новости, — задержав на ней взгляд, в котором успела заметить сомнение, добавил, — В деле задействована еще одна структура. Существует канал по вывозу детей за границу. Находится в разработке и на особом контроле. Не хочу верить, а не верить не получается, всплыли там два имени. Петрова и… Никитка. Очень хочу ошибиться, но, так понимаю, объяснение тому, как смогла вывезти мальчишку, довольно простое. Она всего лишь выжидала…
— И это — мать… — и сама не поняла, как фраза вырвалась. В какой-то момент испугалась за реакцию Константинова. По крайней мере взгляд его совсем не понравился. — И что теперь?
— Продолжаем жить, работать и ждать, — выдал три составляющие Константинов, продолжая над чем-то размышлять. — По крайней мере, Никитка до сих пор с ней. А значит, в относительной безопасности, — хотя и этот факт его не слишком успокаивал. Достаточно хорошо знал бывшую, чтобы всерьез не беспокоиться за ребенка. — Ладно, по факту изменить на данный момент всё равно ничего не можем, — и, словно очнувшись, внимательно посмотрел на притихшую Риту. Как не хотелось не загружать собственными проблемами, не получалось. — Ты как себя чувствуешь? — и тон стал совершенно другим. А Рита в первое мгновение даже растерялась от такого перехода. — Как Димка уговорил тебя на колесо обозрения?
Вот от такой новости сам оказался в шоке. Точно помнил, что высоты его маленькая Рита боится. И вряд ли Димка затащил её в кабинку насильно.
— Захотелось красоту сверху увидеть, — призналась Коташова, ничего не придумывая. — Действительно — красиво. Весь круг разговор поддерживал, — продолжала она, позволяя себя обнять. — Тактичный, внимательный. Твоя копия.
— Еще бы характер посговорчивее, — проворчал Константинов, глянув на притихшую, в его объятиях, Риту. — Может, мне завтра все же попробовать день скорректировать? — предложил он, возвращаясь к разговору, который был начат, пока поднимались в квартиру.
— Леш, в самом деле, не случится со мной ничего, — высвобождаясь из его объятий, заверила Коташова. — Или, так важно отследить каждый мой шаг?
А вот сейчас почувствовал опасность для благополучного завершения отлично проведенного дня. Так уж сложилось, что опыт семейной жизни был в целом не велик, но общения с прекрасной половиной человечества к сорока семи годам — хватило. И как чудесная женская логика с легкостью может перевернуть всё с ног на голову, представление имел.
— Значит так, хорошая моя, следить я за тобой не собирался и не собираюсь, — заверил в своей слегка саркастической манере. А вот взгляд был теплый, успокаивающий. — Мы говорили о доверии. Для меня это не просто, но очень постараюсь. Проблема здесь в другом, — продолжал он, изучающе наблюдая за своей гостьей. — Не хочу, чтобы ты почувствовала себя брошенной.
— Алеш, давай так, я прилетела без предупреждения. Хорошо уже то, что ты в Питере эти дни. Не надо из-за меня кроить график, — предложила она, чуть увеличивая между ними расстояние. — Где ты должен быть? В театре, на съемках? — а вот до обсуждения данного момента дойти не успели. Её отправили в душ, а ему как раз позвонили.
— Спорт зал и ночные съемки, — дал максимально честный ответ. — Где-то часов с шести вечера и до полуночи. Снимаем в промзоне, поэтому может получиться и до утра, там некому мешать. Спорт зал — в два. То есть, по факту, где-то с полудня, чуть позже, останешься одна.
Его что-то беспокоило. И точно, не ситуация с Никиткой. В последнем случае от него ничего не зависело. Если только какой сюрприз не мог ожидать её. Димкин визит уже вряд ли удивит. Впрочем, завтра у всех — рабочий день. Так что до вечера ребят точно не будет. Оставались… А кто, собственно, еще оставался…
— Отлично, — заверила Рита. — Почувствую себя хозяйкой. Помнится, кто-то меня будущей женой представил. Начну вживаться в роль. Поверь, найду, чем себя занять. Или могут быть сюрпризы?