Коша. История одной дороги (СИ)
— Да ладно тебе, — усмехнулся управляющий. — Что они нам? Одной больше, одной меньше. Справимся.
— Ага, — Гриб поправил очки и попрощался с другом, похлопав того по плечу. Ему не терпелось попасть домой и забыться. В голове вертелось слишком много мыслей, а значит, необходимо было дать им время улечься, как пыли во время дождя.
***
Костя смог выдохнуть лишь тогда, когда дозвонился до матери. Голос ее на той стороне был бодр и весел. В него вернулась жизнь. И Коша радовался этому всем сердцем, и даже морозный воздух, влетевший в раскрытую форточку и облизавший голые ступни, не омрачил его настроение.
— Как ты, милый? Где ты пропадал? Почему мне звонили из больницы? — тут же засыпала его вопросами мать.
— Все хорошо, мам. Я в порядке. Случилось небольшое недоразумение, но теперь уже все исправлено.
— Что с тобой было, почему ты угодил в больницу? — продолжала допытываться она.
— Всего лишь маленькое сотрясение, мам, подрался, с кем не бывает?! — усмехнулся Шарапов, пытаясь донести до матери смысл своих слов.
— Ты уверен? — она не верила, хоть голос сына и звучал правдиво. — Я скоро приеду и сама смогу убедиться, что ты мне врешь.
— Да что ты в самом деле, мам. Я в полном порядке. Мое здоровье как у быка. Лучше расскажи, как ты себя чувствуешь? Тебе там нравится?
Еще немного повозмущавшись, Шарапова начала длинный монолог о том, как замечательно она проводит время, как много вокруг нее галантных и обходительных мужчин, а также о том, как она безнадежно скучает по своим любимым, оставшимся в этом холодном городе.
— Мам, раньше лета не жду. — Напоследок предупредил Костя и отключился. Она лишь рассмеялась ему в трубку и попрощалась, отправляя воздушные поцелуи.
На часах было всего три, а на улице уже загорелись первые фонари. Набравший обороты снегопад, разрушил множество планов, которые строили люди на выходные. Все дороги занесло, и работники коммунальных служб принялись за свое любимое дело — разводить руками в непонимании, как решать сложившуюся ситуацию. К счастью, у Коши не было планов на этот вечер, поэтому он мог спокойно смотреть в окно или валяться возле телевизора, тестируя новые игры на приставке.
Когда в дверь позвонили, кот, свернувшийся рядом на теплом пледе, вздрогнул и вылупил огромные круглые глазищи на хозяина. Его уши шевелились, как локаторы, определяя, кто же притаился за дверью. К сожалению, у Коши не было такого замечательного слуха и для того, чтобы узнать, кто же навестил его столь неожиданно, пришлось вставать с дивана и идти к двери.
— Ого, какие люди, — тут же заулыбался он, открывая дверь и уже предвкушая теплый вечер в компании милой и смешной Мариши, что решила заглянуть в гости. Однако когда его взгляд уперся в синие вельветовые штаны, а затем поднялся и к такого же цвета глазам…
— Сомов?
— Здорова, — мужчина в черном пальто снял перчатку и протянул руку для рукопожатия.
— Какими судьбами? — не спешил впускать гостя хозяин квартиры. Мариша же уже забежала и спешила стянуть с себя отяжелевший от лишней влаги пуховик.
— Костя, впусти его, пожалуйста, у него к тебе разговор. — Мягким голосом попросила девушка. Шарапов сжал дверцу пальцами, недовольный, что она просит за другого. Однако поспешил выполнить просьбу.
— Ну проходи. — Сомов протиснулся мимо и также как и Мариша до него поспешил избавиться от мокрой одежды.
— Чай, кофе? — попытался быть радушным хозяином Шарапов. Однако в голове он все старался понять, что эти двое делают в его квартире. Вместе. Нет, Маришу он, конечно же, был рад видеть. Причем, в любое время. Но Сомов. С каким делом пришел он?
— Я бы выпила чай. — Поспешила разрушить напряжение девушка. Она распустила волосы, которые тут же облепили щеки и плечи. Ее лицо все еще розовое после мороза светилось изнутри не только здоровьем, но и внутренней силой, какой-то уверенностью. Костя не мог оторвать взгляд от розовых губ, которые она сейчас неосознанно покусывала, волнуясь от происходящего.
— У меня припасен горячий шоколад. Могу заварить его. — Попытался выдохнуть и успокоиться мужчина.
— Я только за. Пойдем? — она нерешительно замялась, не желая оставлять двух не друзей наедине.
— Да, конечно. — Коша сделал первый шаг и направился в кухню. Ему нужно было чуть-чуть прийти в себя.
— Думаю, вам надо поговорить наедине, я побуду в гостиной. — Отозвался гость и скрылся в недрах квартиры. Коша устало потер лоб и выдохнул.
— Кость, — Мариша подошла ближе и дотронулась до его руки. — все хорошо? Извини, если я сделала что-то не так. Просто Женя сказал, что это важно. Если хочешь, мы тут же уйдем. Я не думала, что это тебя так взволнует. Ты сердишься… Это правда было глупое решение. Я не… — но договорить она не успела. Костя просто дернул девушку за рукав и прижал к груди, укутывая своей нежностью.
— Я не сержусь. — Ему хватило лишь одного вздоха, чтобы запах ее тела распространился по организму и разбудил спящие до этого моменты чувства. Нежность захлестнула мужчину с головой. Дуреха думала, что может его разозлить. Нет, не может. Коша даже удивился тому, что не ревновал. Ведь она пришла с другим мужчиной. Да мало ли откуда они пришли, и что делали до этого. Но нет. Ревность спала, уютно свернувшись клубочком где-то под сердцем. Он не ревновал. Просто потому что вот эти серо-зеленые глаза напротив не могли лгать. А сейчас в них плескалась самая настоящая любовь и забота.
Поцелуй вышел легким и трепетным, словно маленькая бабочка опустилась на губы. Но быть грубым и напористым он не хотел. Не с ней. Только не с ней.
Приготовив теплые напитки, они расселись на диване. Мариша подогнула под себя ноги и прижалась к мягкой спинке, удовлетворенно прикрывая глаза. Сомов же расположился в кресле, широко расставив ноги и покачивая в руках кружку, которую принесла ему девушка. На его лице не было ни единой эмоции. Он был спокоен и умиротворен даже не смотря на то, что находился в невыгодном для себя положении, на территории врага. Коша также не выдавал беспокойства. Он оперся локтями на спинку дивана и следил за тем, как Мариша борется с волнами сна, что нападали на нее, как голодные волки. Ему одновременно нравилось и пугало, что она такая беззащитная и ранимая. А еще он боролся с желанием выгнать непрошенного гостя и уединиться со своей нежной гостьей за просмотром какого-нибудь бессмысленного фильма, прижимая ее к себе.
— Пойдем на кухню. Пусть спит. — Наконец, решил хозяин квартиры и накрыл задремавшую Маришу пледом. Кот поспешил занять теплое местечко рядом с гостьей и громко замурлыкал, свернувшись клубком у нее под боком. Костя вздохнул.
— Ну что, рассказывай.
В кухне было тесно. Причем не физически. Когда двое мужчин встречаются на чьей-то территории, они непременно становятся больше — это будто бы защитная реакция — пошире расставить ноги, посильнее сжать кулаки, побольше занять места, демонстрируя свою значительность. От этого не уйти. И даже витающие в воздухе запахи шоколада и кофе не давали привычного уюта.
Сомов глотнул кофе и со стуком поставил чашку на стойку. Звонкое «клак» разбежалось по комнате и остановилось на против носа Коши. Он чихнул. Тик-так, — прошептали наручные часы. «Кап» — пропела капля, падая из горлышко крана. И тишина.
Сомов прокашлялся прежде чем начать.
— Я предупреждаю. Тебе лучше сначала выслушать, а потом спорить. — Коша кивнул. — Хорошо. Тогда начну с самого начала…
Главы 21 — 23
21
Сомов как обычно сидел за рабочим столом на втором этаже мастерской. Это место нравилось ему тем, что здесь была отличная шумоизоляция, и редко заглядывали непрошенные гости. А значит, можно было собраться с мыслями и подумать. Перед глазами мелькали цифры, счета заняли, казалось бы, половину поверхности стола. Однако Сомов все никак не мог понять, как умудрился пойти в минус. Ведь все мастерские были выведены на отличный уровень, количество постоянных клиентов росло, и даже оборудование уже сменили на новое. Откуда же взялся убыток?