Коша. История одной дороги (СИ)

Проходивший мимо доктор, тут же вмешался в конфликт, разгоняя драчунов. А я поспешила к палате. Сил ждать не осталось. Я должна была хотя бы глазком взглянуть на Шарапова и убедиться, что он в порядке. В палате оказалось довольно просторно. Однако серые стены не внушали оптимизма, да и пиликающий прибор над кроватью больного больше нервировал и пугал нежели настраивал на позитивное мышление. Все внутри сжалось в маленький жгутик, но я упрямо приблизилась к постели и, опираясь на ее бортик, наконец, взглянула в лицо пострадавшего.
Он был бледен. Лицо опухшее, а под глазами засели синяки. Они удобно расположились под нижним веком, спускаясь до самого носа. Лицо опухло, а сухие губы потрескались. В левую руку был вставлен катетер. Я сжала пальцы, стараясь привести себя в равновесие.
— Девушка, а вы кто? — послышался незнакомый мужской голос из-за спины. Я повернулась, встречаясь взглядом с серыми глазами доктора.
— Марина. Мне позвонили вчера…
— Аааа, слышал-слышал, — расслабился доктор и приблизился к висящей над больным конструкции. Что-то проверив в записях у себя в руках, он подкрутил капельницу и сделал пометку в бумагах.
— Что с ним? — еле удалось выдавить.
— Ничего страшного. Больной просто отдыхает. Ему дали успокоительное около шести утра. Надеемся, что до обеда проспит.
— Он в поправится?
— Конечно. Травма головы несильная. Полежит недельку-другую в больнице, оклемается, наберется сил и вернется домой.
Со стороны кровати раздался сухой смех.
— Ну вы загнули, доктор. Я здесь настолько не задержусь.
— А вот и наш пациент. — Доктор развернулся к Косте и принялся спрашивать его о самочувствии. А я застыла, пораженная, удивленная и обрадованная одновременно. Он жив, — билось в мыслях. Однако тело не отпускало нервное оцепенение.
— Ласточка, — пробилось сквозь огромный завал мыслей. Я подняла голову, отводя взгляд от белой в простыни и встречаясь с яркими карими глазами. — Ты выглядишь так, будто тебя позвали в морг.
Я испуганно оглядела палату, не замечая доктора.
— А где доктор?
— Ушел. А ты что же, ради него сюда пришла? — щуря глаза, поинтересовался красавчик-больной.
— Нет. К тебе. Как ты? — я отпустила многострадальную кровать и убрала руки в карманы джинсов.
— Отвратительно. Но жить буду. Как ты?
Я пожала плечами, не зная, что сказать.
— Я ждал. До утра ждал…а потом эти канавалы в меня что-то влили. — Он сморщился, видимо припоминая вкус той субстанции.
— Мне сказали, что до утра никого не пускают.
— Ласточка, — я вздрогнула от прозвища, что он мне дал. — Подойди сюда.
Сделала пару шагов, оказываясь рядом. Протяни руку — и дотронешься до сильной ладони. Сглотнула, избавляясь от напряжения.
— Опять все идет не по плану. — Возмутился мужчина про себя и протянул ко мне руку. — Я тут в больницу угодил, ласточка. Поэтому пока ухаживать не могу. Но! — он выделил последнее слово интонацией. — От своих обязанностей не отказываюсь. Будут тебе и цветы, и рестораны, и заунывные баллады под окном. Могу кота для этого напрячь. Он в таких делах мастер. Вот только позже и если ты согласишься подождать. Ты же согласишься? — уточнил, всматриваясь в изумленное лицо.
— Да, — ответила, не раздумывая. Он переплел свои пальцы с моими и потянул их на себя, приподнимаясь над постелью и целуя острые костяшки. А я расплылась в улыбке, еще до конца не понимая, что сейчас произошло и как это повлияет на наши отношения. Но уже заранее радуясь и забывая обо всем.
Через пару часов, когда больной совершенно устал от разговоров и бесконечного числа посетителей, что какой-то неконтролируемой волной навалились на палату, доктор попросил всех покинуть больницу и дать Косте отдохнуть. Я уходила последняя.
Притянув за руку, мужчина мечты запечатлел горячий поцелуй на моей руке, проходясь губами по костяшкам и замирая на миг над ними.
— Спасибо, что пришла, Ласточка, и вытерпела весь этот ужас, состоящий из моих друзей.
— Спасибо, что позвал. Они были милыми, в основном.
Коша усмехнулся.
 
— Знаешь, если тебе не сложно, можешь заглянуть в мою квартиру? Я совершенно забыл про кота.
Я напряглась от его просьбы. Зайти в его квартиру? Накормить его кота?
— Извини, если это слишком неожиданно. Но у меня, правда, из головы все вылетело.
— Да, конечно, я зайду. Ты, главное, поправляйся.
— Конечно.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Ласточка. Буду ждать тебя завтра.
Я улыбнулась и покинула палату, осторожно прикрывая за собой дверь. Отвернувшись, я с легким сердцем оглядела коридор. Совершенно беззаботные, легкие мысли витали в голове до того, как взглядом уперлась в спящей на скамейке Сомова.
— О боже, — пробормотала себе под нос и двинулась в сторону мужчины. Он сидел, закутавшись в свое пальто и спрятав нос в воротник. Его длинные ноги были вытянуты вперед, а руки сложены на груди для лучшего равновесия. — Женя. — Позвала я.
Мужчина не откликнулся.
— Женя, — повторила погромче и потрясла его за плечо. Он вздрогнул, сощурился, вглядываясь в мое лицо и узнавая его.
— Ну что, наговорились? Мы можем уже ехать? Я дико устал.
Я улыбнулась.
— Ты все это время сидел здесь?
Сомов почесал головой, растрепав длинные пряди, и широко зевнул.
— Да, места получше не нашлось.
И как на этого мужчину вообще можно было злиться? В этот момент я готова была простить ему даже пьяную выходку. Однако ее тоже стоило обсудить…когда-нибудь. Сейчас же, находясь под впечатлением от хороших новостей, я придвинулась к Сомову ближе и обняла его за плечи. Мужчина сначала замер, а затем обнял в ответ.
— Жаль, что ты выбрала его. — Раздалось возле самого уха.
Я напряглась.
— Ты же понимаешь, что… — начала я. Но он перебил.
— Т-с-с, я понял, что это всего лишь чувства. Однако я все же рассчитываю на твою дружбу. Для меня это важно.
— Конечно.
— Итак, — Сомов встряхнулся, прогоняя сонливость. — Теперь мы можем ехать домой?
— Извини, что так задержала тебя. Наверняка у тебя были и свои дела. — Затараторила я.
— Все в порядке, Мариш.
— Но тебе все равно нужно домой. А я еще заскочу в квартиру Кости… — я с опаской посмотрела на Женю. Но тот отреагировал хорошо. Он будто просто капитулировал, не желая воевать. И я очень оценила этот жест.
— Ну хорошо. Поехали. Я знаю, где его квартира.
— Откуда? — спросила уже по пути.
— Я знаю все о своих конкурентах. — Припечатал он и вышел на воздух. Морозный ветер дунул нам в лицо, ослепляя и лишая желания двигаться. Однако стоящая неподалеку машина манила теплом своего салона, и мы со всех ног бросились к ней. Я даже пуховик застегнуть не успела, а мы уже сидели в автомобиле и ждали, пока согреется печка и двигатель.
— Жень, — не смогла не задать главный вопрос я.
— Что?
— Это ты виноват в том, что случилось с Костей? — я наблюдала за его реакцией пару секунд до того, как он рассмеялся.
— Серьезно? Чем я заслужил такое мнение о себе? Я не трогал этого идиота. Зачем мне это? Чего бы я этим добился? Устранил конкурента? Да у нас даже сфера работы разная. Мы крутимся в разных кругах и чаще всего, полезны друг для друга.
— Но кто же тогда?
Сомов пожал плечами.
— У его отца было много врагов. Да и сам Коша не ангел.
Я вздохнула и отвернулась к окну. Поверила ли я Жене? Определенно. Ему и правда не за чем было бы убивать Кошу и его людей. Так сказал и сам Шарапов. Однако я должна была спросить и удостовериться.
Подъехав к знакомому подъезду, мы поднялись на этаж и зашли в квартиру, ключи от которой мне вручил ее хозяин. Кот встречал на пороге. Завидев нас, он поднялся навстречу и принялся крутиться у ног, пока мы разувались.
— Бедная голодная животинка, — я погладила пушистика по голове и направилась в сторону кухни, порылась в ящиках и, отыскав кошачий корм, насыпала его в миску.
— А ты неплохо ориентируешься в квартире. — Сомов привалился к дверному косяку и сложил руки на груди.