Блюдо подают холодным (СИ)
Айла сделала несколько неуверенных шагов назад, испуганно глядя на меня. Неудивительно… Поскольку она, вероятнее всего, хотела увидеть во мне того молодого и мечтательного паренька, оказавшегося, как и она, заложником ситуации. Того Давида, который не замечал очевидного, творящегося вокруг него… Но вопреки ожиданиям, она увидела только пустое и бездушное существо, покрытое внешней оболочкой двадцатилетнего парня… Существо, нещадно и бесповоротно утягиваемое в бездну…
* * *
— Первым был деревенский житель… Обычный трудяга-лесоруб, который не сделал никому и ничего плохого, — сказал Давид, едва я согласилась выслушать его «послужной список». — Если память не подводит, то его звали Болог…
Темноволосый юноша в странных одеяниях… Так вот о ком говорили деревенские… Странные одеяния — это земные джинсы и свитер, в которых я отпечатала Давида в своей памяти. Получается, что именно оттуда начался его путь? Но как он попал туда? Что вообще произошло в том проклятом Лабиринте⁈
— Вижу, что ты задаешься вопросом: как же я там очутился? — предугадал ход моих мыслей Давид. — Верно?
— Да… — кивнула я.
— После того, как меня с сестрой поглотила та тварь, — начал он, — я провел долгие два года в ее чреве… Та паскуда питалась вовсе не так, как обычные пауки, Айла… — продолжал Давид свой рассказ. — Она питалась единственной эмоцией… Ты же знаешь, о чем я, не так ли?
— Отчаяние… — предположила я, хотя это и так очевидно, исходя из названия той твари.
— Верно! — подтвердил парень. — Моя сестра исчезла прямо на моих глазах, Айла… Поддавшись этому… Отчаянию…
Ужасно… Почему? Я тебя спрашиваю, БОГ! Почему ты вынудил его терпеть столько боли и ужаса? Что он тебе сделал? За что⁈ Он единственный, кто был честен и добр со мной… Он хороший человек… Так почему же⁈ Не понимаю… Я не понимаю…
— В общем, переварить она меня так и не смогла, — нарушил тишину Давид, продолжив рассказ. — Догадываешься из-за чего?
Я отрицательно помотала головой, хоть и догадывалась о причине… Она только одна и сильно предсказуема… То, что и сделало тебя таким… Ненависть!
— Догадываешься… По глазам вижу, Айла…
— Что произошло потом? — сменила я тему.
— Явился наш дружок-пирожок — «Бог отчаяния» собственной персоной! — прорычал парень. — Я немножечко надавил на него, и он согласился меня сюда перенести!
Надавил? Ничего себе… Я невольно улыбнулась, представляя себе лицо той твари, которая оказалась в недоумении от наглости Давида. Хотела бы я видеть его в тот момент. И без сомнений, я бы нанесла свой удар по той наглой и самодовольной харе! Ведь я больше не боюсь смерти, ублюдок…
— Спустя долгих два года я вновь ощутил запах листвы, Айла, — вновь нарушил молчание Давид. — Я услышал пение птиц… Я почувствовал на себе легкий ветерок… Я проголодался, в конце концов… Представляешь? Два года я ничего не ел… И не пил… Я выпал из реальности, словно вовсе перестал существовать на время…
— Ужасно…
— И первое, что я сделал, явившись в этот мир, это то, с чего я и начал свою историю… — проигнорировал он меня, продолжив рассказ. — Убил лесоруба Болога… Знаешь почему я так поступил?
— Нет…
— Ради интереса! — проронил Давид, от чего мне стало не по себе. — Я хотел узнать, что же я почувствую, убив человека… И знаешь что? Ничего! Тогда у меня не проявилось ни единой эмоции, словно я перестал быть человеком! Впрочем, так оно и есть…
Чтобы ты мне не говорил сейчас, Давид… Я знаю и вижу… Глубоко внутри тебя… Я вижу! За своим ледяным и мертвым взглядом ты прячешь ту частичку себя… Я это знаю!
— Следующим был Джон… — донеслось до меня сквозь пелену раздумий. — Разумно оценив наши с Синдией шансы, я придумал план с огром! Изначально я лишь хотел проверить уровень Джона, но…
— Накачанный препаратами огр оказался слишком силен для него, да?
— Верно, Сиднейский сыщик! И вот тогда-то продолжилось мое падение вниз… Ведь помимо Джона и его прихлебателей, в лагере пребывали в заточении невинные пленники… — донес Давид уже известные мне факты. — А огр особо не разбирается кто есть кто…
Никакие наемники так бы не поступили. Мое предположение оказалось верным с самого начала. Для чего им это идиотское шоу с огром, верно? А здесь же все просто… Уровень Давида и его спутницы был недостаточным для того, чтобы бесшумно убить Джона в лагере. Не говоря уже про похищение, что в разы сложнее… И они прибегли к такому методу… Умно и безумно одновременно… И печально, если вспомнить о пленниках…
— Поймав израненного Джона, я заставил его потерять сознание и приволок в склеп, где с ним поразвлекались гоблины и широкощек! — ухмыльнулся Давид. — Прямо как он с Миленой… Прямо как он с теми девушками, которых эта тварь обманывала, либо силой тащила в свой лагерь, пользуясь своим статусом и неприкосновенностью! Ха… — выдохнул Давид, выпустив пар. — После представления мы с Синдией прикончили его… Тогда-то мы и получили наш титул, который ты видишь у меня в статусе, Айла… «Убийца героев»!
Я только молча кивнула, мысленно понимая кого он назовет следующим в своем списке… И кто там еще был, помимо нее… Очередная слеза невольно пустилась по щеке. Я не могла поверить в это… Давид не такой… Он не может быть таким… Нет!
— Пожалуй, пропустим нашу следующую цель, Айла, — пробубнил Давид, глядя на мои слезы. — Перейдем к третьей… А ко второй вернемся позже, ведь я сам от этого не в восторге…
— Третьей стала Манами?
— Манами? Нееет…. Вовсе не она! — ответил парень.
— Тогда кто? — удивилась я.
— Граф Гефест де Грейс! Вместе с его сыночком — Юлием де Грейсом! — гордо произнес Давид. — Те самые твари, которые обрекли Синдию и ее маму на смерть… Именно из-за них они оказались в лапах у Джона… Именно из-за них погибла ее мать, которую попросту изнасиловали до смерти… Прямо у Синдии на глазах… — опустив голову, с трудом выдавил из себя темноволосый юноша. — Я не смог это так оставить… Заручившись поддержкой одного из баронов, выступающих против графа, я сокрушил Убийцу в ночи!
— А⁈ — опомнилась я, услыхав знакомое название. — Госпожа Серес⁈
— Точно… Ты же ее знаешь, ведь она также с Храма Сумрака, верно? — предположил Давид. — Без посторонней помощи мы бы ее не победили… Но воспользовавшись памятью Синдии, а также людьми барона Гроте, мы одолели Серес, — сухо откинул парень. — А затем казнили Гефеста, насадив на стул с раскаленными пиками, а также его сына — брата Синдии, которому мы провели обряд «Скафизма», использовавшийся в древнем Египте!
«Скафизм»? Мне доводилось слышать о таком, но подробностей я не знаю… Да и не хочу знать, если честно… Ведь Давид для меня все еще тот самый парень… Все еще он!
— Следующим был матрос на судне капитана Дароса! — обронил парень. — Кирч его звали, если не ошибаюсь!
На судне капитана Дароса⁈ Так вот о ком говорили те двое моряков в доках, которых я невольно подслушала, пока выходила в город. Та пара, арендовавшая «Строптивую куртизанку», были никем иным, как Давидом и Синдией? Вот уж не думала, что мир бывает настолько тесен… Впрочем, наткнуться на них в этой деревне — лишний повод опровергнуть мои доводы…
— Эта тварь последней насиловала мать Синдии перед тем, как та испустила дух, — донес до меня Давид. — И я, опять же, не смог остаться в стороне. Помогли мне в этом наши друзья, которые встречаются почти повсеместно в морях и океанах Земли… Акулы! — рыкнул он. — Насытились они знатно такой тушей! — с улыбкой безумца проговорил Давид.
Ты не заставишь меня поверить в то, что он мертв… Как бы ты не старался, Давид! Ты не сможешь… Я знаю, что он жив… Не заставишь… Не выйдет!
— Следующей на очереди была наша «Айдол»! — улыбнулся темный маг. — Ну, так она себя называла, когда я ее встретил. Японка Манами!
— Айдол? — вскинула брови я. — Это же не про нее…
— И я о том же! Да и Синдия это подтвердила, едва узнала значение этого слова! — вторил мне Давид. — В общем, она дала нам приватный концерт! На специальных инструментах, которые мы ей приготовили…