Буду твоей Верой (СИ)

— Очень рада с Вами познакомиться! — лепечу точно Настенька из «Морозко». Ну какой же голос противный!
— Я тоже, дорогая! — улыбается мама Киры, а потом сцепляет руки в замок на груди. — Девочки, у нас мало времени, поэтому давайте поторопимся! За мной! — смешливо командует Диана, а Кира подталкивает меня в спину, чтобы я, наконец, перестала подпирать их тяжелую, устойчивую без моей помощи, дверь.
Мы проходим вдоль больших сверкающих зеркал, и я шугаюсь, отшатываясь на полметра. Из идеальной зеркальной поверхности на меня смотрит нечто пытающееся, видимо, установить связь с космосом. Мои волосы от шерстяной шапки наэлектризовались и торчат во все стороны точно многочисленные антенны.
Вот эту жертву электрического разряда мама Киры назвала хорошенькой?
Кажется, меня уже ничего и никто не сможет спасти, потому что я — врожденная неудачница!
Но когда я вижу перед собой его, я забываю обо всем на свете, даже собственное имя…
* * *
Дом, в котором живет наша Дива, находится недалеко за МКАДом в коттеджном поселке. Добраться сюда на такси, которое за меня вызвали и оплатили, под мое негодование, не составляет труда, потому что московские коммунальщики работают как проклятый Папа Карло!
Пока я еду, ощущение всё той же Золушки так и не отпускает.
Моя личная сказка сбылась в волшебных руках сказочной феи Дианы и ее помощницы Киры, но только с небольшой разницей в том, что везет меня не карета, а такси, мой кучер — не полевая мышь, а мужчина с орлиным носом, на мне не пышное бальное платье, а миниатюрное платьице, в котором я ощущаю себя практически голой, на ногах Кирины кожаные укороченные ботинки без каблука фирмы, о которой даже подумать страшно, не то, что носить. Поэтому, я с полностью уверенностью могу их назвать хрустальными! Вся сказка заканчивается чудесной встречей с Принцем на балу, а у меня — в адовом чистилище с ненавистным лжепринцем.
Я очень нервничаю.
Такие разительные изменения меня пугают. По телу вверх-вниз пробегает холодок, а ладошки наоборот потеют.
Я боюсь выглядеть нелепо и неуверенно.
Перед выходом Кира сказала: «Давай, куколка, надери Карине задницу!».
И я пообещала, что именно так и сделаю, но уже сомневаюсь в себе и в своих силах, потому что здесь — ее территория, ее друзья и она — здесь хозяйка.
Прищуриваюсь, чувствуя небольшой непривычный дискомфорт.
На расчищенной подъездной дорожке много дорогих и не очень машин, а так же такси, которые периодически подъезжают и высаживают, очевидно, гостей этого притона всякой нечисти. Молодые ребята в причудливых костюмах быстро скрываются за распахнутыми воротами дома, из которого даже отсюда, с противоположной от входа стороны, доносится грохочущая басами не тематическая музыка, а обычный клубняк.
Я снова стою как вкопанная, осознавая, что роскоши и дороговизны за сегодняшний день — как-то ту мач.
Дом Карины — двухэтажных особняк, и в таких домах мне не приходилось бывать тоже.
Да мне вообще не приходилось бывать на вечеринках.
Какой-то невероятный день первооткрытий!
У меня начинают от мороза покалывать уши и мне хочется втянуть их в ворот пуховика, но вовремя вспоминаю — нельзя.
Рыскаю по небольшим группкам ребят, столпившихся у входа в ворота.
Я никого не знаю в этих совершенно безумных костюмах и диком окрасе.
Но одну, стоящую неподалеку фигуру, я всё-таки узнаю.
Бестужев оказался прав, когда говорил, что я смогу без проблем его распознать.
Его костюм выигрышно выделяется среди толпы, потому что Бестыжев — БЕЗ КОСТЮМА!!!
Даже в вечерних сумерках под распахнутой нараспашку спортивной курткой можно легко разглядеть однотонную черную толстовку с капюшоном.
Черные брючные джинсы, заправленные в черные высокие тяжелые берцы, черная бейсболка, прикрывающая половину опущенного в телефон лица — он что, пришел на похороны? Хотя, возможно для Хэллоуина такой выбор одежды вполне оправдан!
И если честно, я не представляю Бестужева в каком-нибудь костюме Дракулы или Смерти с косой!
 
Тихо ступая по примятому снегу, обхожу парня сбоку и встаю аккурат сзади.
— Бу! — решаю подшутить.
Но снова встречаюсь с непрошибаемым бестыжевским спокойствием, когда ни один мускул не дергается на его расслабленном лице. Этот парень хоть иногда проявляет какие-нибудь эмоции? Вот как так можно существовать в мире ортодоксального пофигизма?
— Привет, — машу варежкой, которую я все-таки выцыганила у Киры, потому что шапку и шарф у меня отобрали, чтобы ничего не помять. — Не замерз?
— Привет, — рассматривает мой макияж и причёску,а я не могу понять, нравится ему или снова «У меня такой девушки не может быть». — Пока нет, — бродит по лицу, залипая на моих губах.
— Нуу…пошли? — что-то я смущаюсь его вот этого совершенно нового для меня взгляда, полного неподдельного интереса. Мне хочется одернуть короткую фатиновую юбку платья и прикрыть голые плечи руками, но вовремя вспоминаю, что я в пуховике.
Не знаю, как буду его снимать.
Потому что под ним для Веры Илюхиной — чересчур!
— Слушай, — отмирает мой застывший на морозе парень и крутит по сторонам головой, словно кого-то выискивая. — Я тут кое-кого жду, — мнется Бестужев, — давай я тебя позже на вечеринке найду?
Эээ… что? Он что, хочет бросить меня одну там, в логове Карины и ее нечисти?
Совсем офонарел?
Мозги что ли отморозил?
— Бестыжев, ну ты и свинья! — возмущаюсь и горю адским желанием набрать хорошую горсть холодного снега и залепить прямо в эту бесстыжую рожу.
— Вера? — неверующе заглядывает в лицо глупый спортсмен.
— Нет. Почтальон Печкин, принес посылку для вашего мальчика! — старательно злюсь я, чтобы не испортить макияж.
Неужели и правда не узнал?
— А что с твоими глазами? — присматривается.
— Так, это…линзы, — сообщаю очевидное и дико хочу почесать левый глаз, который начинает слезиться.
Мне жутко непривычно и не удобно. Я никогда в своей жизни ими не пользовалась. Один раз мы с мамой решили попробовать, но идея провалилась с треском, потому что я их даже аккуратно подцепить не смогла, не то, чтобы каким-то невероятным образом засунуть себе в глаз.
Пробовали совать все: и мама, и папа, и даже Ромыч, уверяя нас всех, что на них нужно плюнуть, чтобы увлажнить.
В общем, я и плюнула!
Плюнула на линзы и покончила с этой идеей раз, но, как оказалось, не навсегда.
На втором этаже салона мамы Киры располагается магазин элитной оптики. И каким-то поистине волшебным образом владелица салона для очкариков оказалась подругой Дианы. Таким же волшебным образом, с легкой руки подруги и убедительными уговорами Дианы, в моих глаза очутились линзы бледно-голубого цвета, которые кажутся практически прозрачными. Самое то для эффекта фарфоровой куклы, которой сегодня мне и предстоит быть!
— Очень…- задумывается, — впечатляюще, — выдаёт Бестужев.
Ну какой сегодня день, а!
И первый снег, и первый в моей жизни салон красоты, и первая вечеринка, и первый…эээ….комплимент от Бестужева?
Что еще должно произойти в этот вечер впервые?
Мне уже стоит переживать?
— Эмм, спасибо, — тушуюсь я, не зная, что нужно ответить. — У тебя тоже весьма оригинальный выбор костюма, — киваю на его черный прикид.
— А что не так? — сбрасывает с плеч куртку и делает разворот, демонстрируя на мощной спортивной спине черной толстовки, белый огромный череп. — Кажется, в тематику попал!
Ндаа…кажется, бестужевские мозги не только заморозило, их, очевидно, вообще через уши выдуло.
— Ну это же не костюм! — качаю головой и возмущаюсь.
— Другого у меня нет, — пожимает плечами.
— Ну надел бы свою спортивную форму гандболиста, — как вариант предлагаю я.
— И кем бы я был? Идиотом? –хмыкает Егор и о, Боже! Неужели я действительно вижу, как слегка изгибается уголок его верхней губы, что-то отдаленно напоминающий улыбку? Или это новые линзы искажают реальность?