Развод. Она будет моей (СИ)

— Что ж, вам удалось обвести меня вокруг пальца. Но только не сломить, — шиплю сквозь зубы. Замахиваюсь, в отчаянном порыве сломать ему хотя бы челюсть, в отместку за мое сломанное сердце.
— Давай, Гордеев, ударь меня, — подначивает, ехидно улыбаясь. — Ударь. Вот только это может отразиться на твоем личном деле. С тебя каким-то чудом сняли обвинения о пропаже Дианы. А в следующий раз может не прокатить.
— Пошел ты, — злобно отрезаю, опуская кулак.
— Как дела у сестренки? — глумится убллюдок, а в голосе так и слышится открытый сарказм.
— Не смей о ней даже говорить! — взрываюсь я, снова напирая на него.
— Кстати, чуть не забыл, — едко усмехаясь, отрезает Марк. Подходит к шкафу, и достаёт оттуда белый лист бумаги. — Подпишешь сам, или помочь? — протягивает мне заявление о разводе. Резко выхватываю бумагу из его рук, одним коротким движением ставлю подпись и буквально впечатываю листок ему в грудь.
— Подавись, — глухо выдаю. Хотел бы сказать что-либо еще, но слова застревают в горле.
— А теперь убирайся! Убирайся, и никогда больше не появляйся! И сделай одолжение, забудь о Лере также, как она уже забыла о тебе, — бросает вслед с вызовом. Не найдя, что ему ответить, молча ухожу, громко хлопнув дверью.
Я разбит, потерян, опустошен. Не знаю какими еще совами можно описать мои чувства.
«Забудь о Лере так же, как она уже забыла о тебе».
Это единственное, что мне остаётся сделать. С разбитым сердцем, с больной душой и заполняющей пустотой внутри.
  
Глава 12.2
 
Лера
Я чувствую, что Марк раздевает меня. Чувствую его липкие прикосновения к своей коже. Мне жутко хочется укрыться, спрятаться, убежать отсюда. Только лишь бы быть подальше от него. Но я сейчас полностью в его власти. Не могу пошевелиться. Мысли становятся несвязными. Сознание размыто.
— Вот так, умница. Послушная девочка, — с довольным видом заключает Марк.
— П…подонок… — все, что могу прохрипеть.
— Ну-ну, не стоит так, любимая… Однажды ты мне скажешь спасибо за это, — ложится рядом, жадно поглощая взглядом все мое тело. Неужели он хочет меня изнасиловать? Воспользоваться моей беспомощностью? Как это низко и подло! Если бы я только могла дать отпор…
Мои тревожные опасения по поводу близости с Марком не оправдались. Потому как дальше плотоядного любования мной дело не дошло. Но умом, пускай он сейчас затуманен и не может мыслить во всю силу, понимаю, что Марк это затеял не спроста.
Пьяный морок затягивает меня, отчего я проваливаюсь в дремоту. Урывками слышу голос…Максима.
— Лера! Лера, ты здесь? — звенит в ушах голос, полный боли и тревоги.
«Я здесь! Помоги мне!» — хочу закричать я, но сил на это у меня, увы, нет. Все, что я могу — лишь тихо промычать.
— Не веришь? Можешь убедиться лично, — ненавистный голос Марка разлетается в подсознании, заполняя этим шумом меня всю полностью. Я, лежащая голая на кровати, и Марк… Отголоски здравого смысла твердят о том, что меня жестоко подставили.
Я ощущаю будто на физическом уровне его приближающиеся шаги. Затем тишина. Тяжелое, рваное дыхание. Надсадный вздох. И полный боли выдох.
— Как ты могла…
«Нет! Все не так!»
Пытаюсь послать мысленный сигнал Максиму. Мыслить — все, что я могу сейчас. Потому как под действием неизвестных мне веществ я даже не могу в полной мере осознать происходящее. Мне и хорошо, и плохо одновременно.
— Кстати, чуть не забыл… Подпишешь сам, или тебе помочь?
Хруст бумаги. Еле уловимый звук пишущей ручки.
— Подавись!
Я так хочу, чтобы это все было просто ночным кошмаром. Чтобы я проснулась, а рядом лежал мирно спящий Максим. Обнять его, поцеловать, и понять, что все, что сейчас со мной происходило — всего лишь глупый и страшный сон. Но, к сожалению, чудес не бывает. Это все реальность. Суровая, жестокая реальность. Очнувшись, прошедшие события медленно впиваются в сознание. И если до этого я не ощущала боли, то теперь же, кажется, не могу сделать даже вдох. Сердце останавливает свою функцию. И весь мой организм переходит на аварийный режим. Под ребрами жжет нещадно. Даже не представлю, что сейчас с Максом! Я причинила ему такую боль… От этого самой становится невыносимо горько.
 
Нужно ехать к нему. Немедленно! Все объяснить! И тогда есть шанс, что Максим поверит мне, поймёт и простит!
Вскочив с постели, ощущаю легкое головокружение. Плевать! Мне нужно выбраться отсюда. Кое-как натянув на себя одежду, уже собираюсь выйти из комнаты, но откуда ни возьмись доносятся крики. Кажется, это отец.
— Я не просил, чтобы ты напоил мою дочь невесть чем! Нельзя было придумать что-то более избирательное? — голос звучит с упреком. Тот факт, что папа тоже замешан в этой жестокой подставе невероятно больно ранит! Это просто удар в спину! В самое сердце! Как же так…
— Не переживайте, проспится до утра и придет в себя. При однократном применении препарат не несет никаких побочек, — от ехидного голоса Марка меня и вовсе начинает тошнить. Я не хочу…я не хочу это все больше слушать! В отчаянном порыве зажимаю уши. Вот только как мне теперь проскочить незамеченной?!
— Ладно. У меня к тебе другой теперь вопрос — я тут нашел кое-что в твоей машине. Ничего не напоминает? Я, конечно понимаю, что ты имеешь полное право проводить время с женщинами, здесь вопросов нет. Но почему, нахрен, здесь, на этом кулоне, красуются инициалы пропавшей Дианы Авериной и виднеются явные следы крови?!
  
Глава 13
 
Лера
Медленно шагаю в коридор, осторожно прикрыв дверь. Меня не должны услышать. Этот разговор мне совсем не нравится… Боже мой, откуда у Марка в машине вещь пропавшей девушки?!
— Где вы ее взяли?! — раздраженно цедит Марк.
— Повторюсь, в твоей машине, Марк, — папин тон становится угрожающим. — Я правильно понимаю, что ты причастен к ее пропаже?!
— Черт! — выругивается Марк и я слышу, как что-то разбивается. — Я не хотел ее убивать! Это вышло случайно!
— Твою мать, Марк…Как это произошло? — гремит отец отчаянно. От ужаса прикрываю рот ладонью. Хватаюсь за стоящую рядом тумбу, так как ноги подкашиваются и, кажется, вовсе меня не держат.
— Эта девка неадекватная! Да она меня просто вывела! Я не сдержался и…ударил ее. Откуда я мог знать, что этот удар окажется смертельным?! — негодует Марк. И самое страшное, что в его голосе не ощущается ни доли чувства вины…
— Ты вообще понимаешь, что натворил?! — взрывается папа и его голос переходит на оглушающий крик. Съезжаю по стенке, обхватив колени руками. В одну секунду моя жизнь превратилась в самый страшный кошмар…
— Мне правда жаль! Еще раз говорю, я не хотел…
— Ты должен пойти в полицию, — настаивает папа. И, несмотря на то, что безумно зла на него, нет, не зла, я его презираю после того, что он наделал! Но…сейчас он поступает правильно. И это даже с какой-то стороны неожиданно.
— Издеваетесь?! Меня же посадят!
— Рано или поздно правда вскроется!
— Нет! Я спрятал труп в укромном месте! В лесополосе на выезде, в самой глуби. Никто и никогда не подумает ее там искать. Я тщательно замел все следы.
В этот момент мне и вовсе становится дурно. Все плывет перед глазами, а к горлу подкатывает тошнота. Господи, какое же он чудовище!
— Марк, как бы я хорошо к тебе не относился, но после услышанного я не могу просто сидеть в стороне и молчать. Ты должен сделать чистосердечное признание, — тон папы становится уже более спокойным, будто бы пытается тем самым успокоить и Марка.
— А как же Лера?! — дрожащим голосом выдает.
— Прости, я не выдам свою дочь замуж за убийцу, — хладнокровно произносит папа.
— Не говорите так! — голос Марка переходит на рев. На несколько минут воцаряется давящая тишина. И я уже порываюсь встать и выйти к ним обоим, но испуганный голос папы останавливает меня:
— Марк, убери пистолет…
Я словно оказываюсь в фильме ужасов… Глушу рыдания ладонью. Нет, нельзя больше оставаться в стороне!