#Бояръ-Аниме. Романов. Том 14 (СИ)
Игорь Михайлович кивнул, наполняя бокал заново. Жидкость плескалась в полной тишине покоев. Великий князь Невский вернулся к наблюдению за внутренним двором Кремля, я откинулся на спинку кресла.
— Пожалуй, для начала я поговорю с ними, — уже приняв решение, заговорил цесаревич. — Я ведь знаю, что тому же Ивану Михайловичу государь предлагал перейти в род Милославских.
— И он отказался, — кивнул я. — И на самом деле я поддерживаю такое решение. Чем меньше будет носителей царской крови гулять по Русскому царству, тем меньше шансов на очередное восстание. Год не прошел, а мы участвовали в двух крупных войнах, подавили два вооруженных мятежа. Стране нужен покой и стабильность.
Игорь Михайлович улыбнулся.
— И тебе нужен, Дмитрий, — заметил он.
Я не стал отрицать, просто кивнул.
— Я видел наработки князя Романова, — посчитал нужным сообщить великий князь Невский. — Если дать ему время и ресурсы, он действительно возвысит Русское царство над всем остальным миром. Вопрос в том, дадут ли нам возможность предоставить князю Романову это время?
Цесаревич осушил бокал и вновь повернулся ко мне.
— Я освобожу тебя от домашнего ареста, — произнес он. — Емельян Сергеевич, дай бумагу.
Великий князь Невский отошел к столу и, вытянув ящик, достал все необходимое для письма. Игорь Михайлович быстро набросал отмену указа и, поставив на него оттиск печати, вручил мне.
— Передашь слуге, который вел тебя сюда, — распорядился наследник престола, а теперь уже почти царь. — И из Кремля езжай в посольство Франции. Я обещал Бернару де Дамартену, что вы поговорите, и ты должен исполнить мою волю. Тем более что к смерти государя ты официально никакого отношения не имеешь.
Я принял документ и поднялся на ноги.
— Что ж, тогда буду ждать вызова. Если понадоблюсь, — произнес я, склоняя голову перед биологическим братом, как перед государем.
* * *
Разговоры.
— Это что же получается, наш русский князь лекарство делает, чтобы безнадежных, считай, с того света вытаскивать, а немцы его портят и государя насмерть травят?! — спросил в воздух боярич.
— Все верно, — кивком подтвердил стоящий рядом молодой человек. — Немчура уже давно нам жить не дает.
— Так, может быть, нам следует нанести, так сказать, ответный визит? — произнес боярич. — Не спустим же им с рук?
— Тише, господа, — произнес подсевший к ним за столик невзрачный мужчина.
Он отодвинул полу плаща, демонстрируя удостоверение ЦСБ. Оба отдыхавших третий день боярича тут же притихли, разглядывая нового участника беседы.
— Опричник, — выплюнул первый. — Где ж вы все были, когда царя великий князь предал?!
Сотрудник Царской Службы Безопасности покачал головой.
— Жизни за царя отдавали, — ответил он. — И о том у цесаревича бумага на посмертное награждение есть. А вот вы где были, когда страна в вас нуждалась во время последних войн, господа?
Оба уже нетрезвых молодых человека заметно побледнели.
— Ты, боярич Семеновский, справочку себе оформил, что в аварии пострадал и лекари в бой не пускают, — продолжал опричник, не скрывая презрения. — Но я смотрю, сейчас ты выздоровел и на фронт рвешься. Не волнуйся, не пропустишь, о том твоему отцу приказ сейчас везут. Поступаешь на службу в пехоту с завтрашнего дня. А ты, боярич Анисимов, — повернулся мужчина ко второму молодому человеку, — в это время в Испанской Америке на солнышке жарился. Полиглот, значит, раз за границей отдыхать изволишь с комфортом. Пойдешь в корпус войск специального назначения переводчиком. Там таких ценят. Сделаем и из вас героев Русского царства, — положив руки на плечи двум бояричам, с усмешкой заявил опричник. — А посмертно или при жизни — уже от вас самих зависеть будет.
И раньше, чем его руки стряхнули с плеч пришедшие в себя благородные люди, сотрудники Царской Службы Безопасности поднялся из-за стола и растворился в толпе.
* * *
— Ваше святейшество, — поклонившись, заговорил помощник, — только что объявили, государь скончался.
Отец Мефодий, до того спокойно сидевший за своим рабочим столом, вздрогнул. Почудилось ему вдруг, как суровые руки Царской Службы Безопасности опускаются на плечи и давят, давят, прижимая к земле за все грехи, которых он совершил немало.
Михаил II умер. А значит, и его протекция исчезла вместе с ним. Удержаться Патриарху Московскому и Всея Руси без поддержки правителя будет практически невозможно. И соперники времени даром терять не станут — мигом понесут докладывать, где его святейшество оступался, поддаваясь соблазнам.
Чувствуя, как земля качается под ногами, отец Мефодий перекрестился.
— Господи, прости, — прошептал он и решительно поднялся на ноги. — Ну? Чего ждешь, срочно выезд в Кремль мне организуй!..
Допустить, чтобы какой-то другой церковник оказался рядом с цесаревичем, которому сейчас как никогда нужна поддержка духовника, его святейшество не мог.
* * *
— Господа, — произнес князь, оглядывая собравшихся вокруг него сторонников, — похоже, что пришло время признать, других претендентов на престол мы не нашли.
— А как же слухи о царских детях? — уточнил кто-то из группы людей рядом.
— А вы всерьез хотите поддержать никому не известного человека? — переспросил князь. — Одно дело, когда государь мог своей волей вопрос закрыть. Отменил бы невыгодные для нас решения цесаревича, и совсем другое — с новым царем бодаться влиянием. Нет уж, увольте, я прямо заявляю, что ни в какие дела подобного толка больше не полезу. За мной и так уже везде машина ЦСБ катается, забитая боевиками, как та бочка селедкой.
— Это бесспорно, — вклинился третий собеседник. — Лучшее, что мы можем предпринять сейчас — всеми силами поддержать Игоря Михайловича. Вы сами видите, Дмитрий Романов всецело на его стороне. А я не хочу умирать, насмотрелся уже, как князь Красноярский с врагами Милославских расправляется.
— Раньше, господа, вы были увереннее. Даже если мы оставим наше дело, не факт, что кто-нибудь другой не захочет воспользоваться ситуацией, — покачал головой тот, кто спрашивал о царских детях. — Но из уважения к памяти государя нашего Михаила II я тоже ничего делать не стану. Не заслужил наш царь того, чтобы мы против его сына выступали, еще даже самого государя не похоронив.
— Тогда расходимся, господа.
* * *
Резиденция посольства Франции в Русском царстве. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.
«Монстр» подъехал к запертым ажурным воротам, и створки разъехались раньше, чем внедорожник замедлил ход. Первая машина сопровождения оставалась снаружи территории посольства, вторая вкатилась вслед за нами.
— Дмитрий Алексеевич, — обратился ко мне Виталя, подъезжая к крыльцу, — наши люди готовы, если что.
Я улыбнулся Слуге и кивнул.
— Со мной пойдет Марина Кирилловна, — ответил я. — Этого будет достаточно. А если что и случится, так лучше сидите в машинах. Так мне будет намного спокойнее.
Виталя скосил недовольный взгляд на меня через зеркало заднего вида. Впрочем, спорить, естественно, не стал.
Помощницу свою я забрал в уже опустевшем приемном зале. Гостей оттуда выпроводили слуги Милославских, пока я вел разговор с цесаревичем. Так что теперь действительно не собирался расставаться с «Оракулом» в юбке.
На крыльце уже стоял слуга в цветах Франции. Он поспешил спуститься по ступеням и, распахнув передо мной дверь, заговорил на русском с характерным акцентом:
— Добро пожаловать, Дмитрий Алексеевич.
Я кивнул и дождался, когда мужчина поможет выйти из машины моей помощнице, пошел вперед. Пышной встречи нам никто, разумеется, не устраивал — и визит не официальный, и обстоятельства не подходят.
Так что, шагая по богато украшенным залам огромного особняка, я подмечал, что работа в посольстве кипела. Сотрудники двигались по коридорам, занятые своими делами. И если бы не суматошно бегающие глаза, я бы и не заметил, что здесь царит какое-то нездоровое оживление.