#Бояръ-Аниме. Романов. Том 14 (СИ)

И ведь Хранители должны были озаботиться тем, что перед ними — неведомые технологии неизвестного происхождения. И как минимум их нужно обслуживать, а значит, и развивать технологии. Понятно, что для людей семнадцатого века лаборатория далекого будущего должна была казаться натуральным храмом. Но теперешнее поколение Хранителей должно быть достаточно просвещенным, чтобы понимать, откуда ветер дует.
И заботиться о своем наследии хотя бы ради того, чтобы передать его следующему поколению общества Януса Двуликого.
Дверь камеры виртуальной реальности открылась, и я перешагнул порог. Стеклянная створка встала на место, а я повернулся к коридору, из которого вышел. Заодно осматривая главный зал лаборатории тщательнее.
— Обнаружен новый пользователь, — произнес такой знакомый голос, что у меня комок к горлу подступил. — Запускаю процедуру проверки доступа к базам данных. Архив запущен.
Я моргнул, и тут же оказался посреди открытого космоса. Естественно, это было лишь вступление, загрузочный экран, который в шутку поставил Роберт, всегда мечтавший побывать в открытом космосе. Но для аборигена подобный шаг, наверное, должен был быть шокирующим.
— Отклонений от нормы человеческого тела не зафиксировано. Аугментации отсутствуют. Обнаружен примитивный нейроинтерфейс, заблокирован.
Я не сдержал грустного вздоха. По меркам моего прошлого мира то, что у меня есть сейчас, действительно крайне примитивно. Но я ведь только начал, а с учетом доступа к лаборатории сингуляров мои успехи — не за горами.
Но пора было кончать с этим цирком.
— Анна, панель администратора, — приказным тоном распорядился я, прервав голос системы. — Я есть Альфа и Омега, начало и конец.
Последняя фраза была моим личным паролем к доступу наивысшего уровня. Установить его так, чтобы никто об этом не знал, было делом плевым. Особенно с учетом того, что именно я Анну и создавал. И «Оракул» — это даже на данный момент ее младшая, более слабая и простая версия. Ни одна копия моего сознания об этом не знала — я сознательно удалил этот фрагмент памяти из всех записей.
У каждого из нас были такие моменты, которыми мы ни с кем не желали делиться. Кто-то удалял их совсем, кто-то оставлял для себя. Возможно, позднее мы и стали бы друг для друга открытой книгой или вовсе превратились бы в равноценные копии, неотличимые один от другого. Но как бы там ни было, а в копии записывалось не все.
Кто же знал, что учетная запись, которую я создавал на случай необходимости провести отладку, пригодится мне вот так?
— Доступ предоставлен. Права высшего администратора выданы. С возвращением, Создатель! — радостно отозвался голос, и я сжал зубы, переживая очередной приступ ностальгических чувств.
— Анна, полная диагностика, — приказал я.
Передо мной тут же появился каскад окон, сообщающих о состоянии лаборатории. И чем дальше я читал отчеты, тем яснее становилось, что оборудование доживает свои последние годы. Если не заняться восстановлением систем, уже лет через двадцать все здесь придет в окончательную негодность.
— Какой назначен список задач? — спросил я, смахнув окна состояний.
Новое окно повисло прямо передо мной, и я вчитался в установки, оставленные моими бывшими коллегами.
— Анализ кандидатов на соответствие установленным параметрам: человеческий биологический вид, отсутствие аугментаций, отсутствие психических заболеваний и повреждений мозга, — озвучила система. — Наделение кандидата доступом к функционалу системы «Хранитель». Поддержка работоспособности систем лаборатории. Техническое обслуживание ключей доступа к системе «Хранитель». Обнаружение сингуляра.
Ключи — это как раз и есть те самые артефакты, которые позволяют Хранителям настроиться на способности Основателей. Вероятно, так и родились «ключники», а Януса Двуликого к ним уже прикрутили для создания мистической базы. С людьми семнадцатого века требовалось объясняться на доступном им уровне мышления. Так что римский бог был выбран намеренно.
Что касается здоровья — как физического, так и ментального — то тут тоже все просто. Подобное оружие нужно доверять только адекватным операторам.
 
— Как проходит проверка на сингуляра? — уточнил я.
— В меня загружена копия сознания. Каждый новый пользователь проходит процедуру сравнения с этой копией, — пояснила система. — При соответствии кандидата записанному сознанию я обязана оповестить всех Хранителей.
Что ж, простой метод. Хотя, конечно, разночтения обязаны быть, ведь я не все загружал в свои дубликаты. Однако сам факт наличия участка, который помнит о моей Земле, говорил бы о том, что в камеру виртуальной реальности шагнул бывший сингуляр.
— Можно ли отсюда получить доступ к системе «Хранитель»? — спросил я.
— Связь отсутствует, — ответила Анна. — Мне не предоставили доступ к системе «Хранитель», только техническое обслуживание ключей.
Понятно, защита от дурака. Иначе какой-нибудь сошедший с ума Хранитель мог бы попытаться залезть в настройки и сломать систему. А так — не знаешь, как добраться до управляющих магией блоков, никак им и не повредишь. Я бы, если честно, тоже так сделал — не дело необразованным аборигенам копаться в столь сложных вещах.
В целом, я получил даже больше, чем хотел. Лаборатория, конечно, потрепана временем, однако сама по себе представляет огромную ценность.
И хорошо, что «Оракул» сейчас заблокирован. Доверять такие знания я пока что не готов никому.
— Каким образом ты отмечаешь подходящих кандидатов? — задал я новый вопрос, возвращаясь из планов на будущее к проблемам сегодняшнего дня.
— Отчет предоставляется на экраны в комнату охраны, — ответила Анна.
— Выдай мне такую метку, — распорядился я.
— Готово.
— Конец сеанса, — велел я.
Панель администратора тут же свернулась. Я остался висеть в космосе, но уже через несколько секунд вновь оказался в камере виртуальной реальности.
Убивать Хранителей сейчас я был не готов. Они-то ждали вердикта Анны во всеоружии. Бесспорно, я могу забрать с собой кого-то из ключников. Однако всей гурьбой они меня однозначно прикончат. Впрочем, я мог их обмануть.
Кроме того, я знаю, что где-то существует оборудование, обеспечивающее работу магии на Земле. И следует разобраться, где оно установлено.
Потому как в отличие от местных людей, я смогу переписать ее так, как мне угодно. Вплоть до выдачи всей возможной мощи одному-единственному носителю.
Или же просто исправить то, что сделали другие сингуляры. И превратить магический мир в технический. Естественно, без последствий в этом случае не обойдется. И с наскока этот вопрос не решить, здесь нужно тщательно все обдумать.
И это не говоря про то, что мне еще предстоит найти само оборудование и получить к нему доступ.
Дверь камеры отъехала в сторону, и я шагнул наружу. Василий был совершенно прав: с момента, как мое сознание было погружено в виртуальную реальность, прошла от силы секунда. Для стороннего наблюдателя мое пребывание внутри камеры было очень кратким. Однако результат сейчас светился в комнате охраны на дисплеях, и Хранители могли видеть, что я полностью удовлетворяю критериям.
И при этом не являюсь сингуляром.
Дав немного времени ключникам, чтобы обсудить результат испытания, я прошелся по главному залу, рассматривая оборудование. Что-то я еще мог бы починить, но в большинстве своем технология была безвозвратно утеряна. Вся необходимая информация мной уже получена из отчетов Анны о состоянии лаборатории, но, как Дмитрий Алексеевич Романов, энтузиаст высоких технологий, я не мог бы пройти мимо подобного места.
Мне чертовски повезло на самом деле. Если бы я не стер в своем мире воспоминание про учетную запись Создателя, сейчас бы, скорее всего, уже бился насмерть с Хранителями. Все мои показатели, как физические, так и ментальные, отличаются от человека, ставшего сингуляром. Но копия памяти — это копия памяти. Первый же обнаруженный факт существования воспоминаний о прошлой жизни послужил бы причиной для подписания смертного приговора.