Дара. Наследие волчицы

Тяжело вздыхаю, втягивая ее запах и опять дурею.
– Я слышу, как ты возбуждаешься, – шепчет хриплым, сонным голосом и раздвигает ноги.
– Рядом с тобой я никогда не смогу быть спокойным. Мои штаны вечно будут торчать, – отвечаю, скользя рукой по ее животу туда, где хочу соединить нас и никогда не входить из бархатистой глубины. – Не болит? – поглаживаю набухшие половые губы.
– Нисколечко, – хватает мою руку и давит на нее.
Когда сонная нега отпускает окончательно и мы собираемся вылезти из кровати, Дара резко садится и смотрит на меня большими глазами.
– В чем дело? Милая? – она внезапно начинает плакать, и сквозь эту эмоцию я ощущаю ее злость.
– Моя сестра… Моя Рина… – всхлипывая отвечает. – Как вы могли врать о ней? Как могли так со мной поступить? Вы все… Алан… Как вы посмели позволить мне забыть ее?
Я опустил голову и когда она встала, не решился останавливать.
Видимо, она полностью отошла от ночных перемен и вернулась в свой разум вместе с воспоминаниями.
Дара остановилась у окна, так и не одевшись, которое мы все же закрыли и надолго замолчала.
Я не решался мешать ей думать и не пытался прочесть мысли.
– То, что там произошло, не то, что думаете вы. Сорина никогда бы не причинила боль мне или кому-то из клана.
– Твой отец это знает. Мы все знаем, Дара, – она обернулась и посмотрела с удивлением.
– Знаете?
– Да. Арон почти сразу это понял, но нам нужно было, чтобы враги были уверены в том, что у них вышло нас запутать. И что мы отказываемся искать предательницу, изгнанную из клана.
– Рину изгнали? Папа не мог этого сделать… – голос сорвался на визг, а после, на хриплый шепот.
– Эй… милая, – подошел к ней и обнял содрогающееся от слез тело любимой. – Все хорошо…
– Хорошо? – она отпрянула и посмотрела с видимой злостью. – Моя сестра изгнана из клана. Это ты понимаешь? Изгнание – это когда ты не можешь вернуться ни при каких условиях, – пытается выпутаться из моих рук, но я держу ее крепко и ни за что не отпущу.
– Твой отец – мудрейший человек из всех, кого я встречал, – прижимаю к себе мою девочку и целую в висок. – Он знает, что делать.
Дара сдается и, освободив руки, которые были в тисках между нашими телами, обнимает меня, скользя теплыми ладонями по моей спине.
– Как ты? – задаю вопрос, потому что чувствую волнение и смятение исходящие от нее.
– Не знаю. Словно не было этого года и в то же время… Не знаю… Пока что я ощущаю себя странно. Сейчас была вообще какая-то вспышка агрессии.
– Успокойся. Ничего необычного не происходит, вы с ней долго были порознь. Твое совершеннолетие прошло без волчицы, вам обеим нужно время. Это нормально чувствовать потерянность.
– Ладно, я поняла. Ты кушать хочешь? – тон ее говорил не о еде, точнее, не о той, что для утоления аппетита желудка. О другого рода голоде, явно.
– Не откажусь, – мои руки заскользили дальше вниз и через секунду, она уже обхватывала мой торс ногами и терлась о живот своей промежностью, тяжело дыша.
– А чем мы займемся потом?
– Чем угодно, только с тобой. У нас чертов медовый месяц.
Мы впились в губы друг друга и выпивали остатки самообладания. Готовые сожрать друг друга прямо тут на месте. Но Дара остановилась.
– Алан?
– М? – кое-как сдержал недовольный рык, потому что она отняла у меня свои губы.
– Ты же видел моего зверя? Как она тебе? – ее вопрос сначала меня в некотором роде застопорил неожиданностью. Разве она могла думать, что я был не в восторге? Но я понял и то, что ей важен мой ответ.
– Она самая прекрасная волчица, которую я когда-либо видел. С длинной, мягкой шерстью, грациозной походкой и статным телом. И я и мой волк навеки ваши.
Дара хихикнула и позволила вновь ненадолго поиграть с ее вкусными губами.
– Пойдем кушать, я не могу держать мужа голодным, – спрыгнула и, сверкая голой задницей, ушла в ванную.
– Ты издеваешься? – застонал и поплелся по пятам.
После вкусного обеденного завтрака, учитывая время, в которое мы вышли на кухню, было принято решение позвонить родителям.
 
Все волновались и уверен, ждали вестей от нас. Неизвестность, как известно пугает, но в данном случае мы все боялись именно за Дару.
– Алло? – на той стороне трубки слышалась паника. Они не подозревали о том, что я могу сказать.
– Всем привет.
Я сделал конференц-связь, чтобы сразу всем сообщить приятные новости.
– Алан, – начал мой отец, – как вы с Дарой? – и прямо зазвенела тишина.
– Боже, Алан, – вмешалась пара. – Всем привет, я хорошо. Мой зверь теперь со мной.
Коллективное дыхание вызвало смех, а затем пошли общие поздравления.
– Остаток ночи прошел нормально? Не было никаких происшествий?
– Все в порядке. Удивительно тихая ночь.
– Согласен. Границы никто не нарушал. Будто… – Арон недоговорил, но все мы знали, что последовало бы за этим словом.
– Будто выжидают. Дара вполне контролирует себя. Но пока что мы не знаем, как будут объединяться между собой силы волка и магии. Эта ночь была воссоединением. Полнолуние уже прошло.
– Будьте осторожны, – отвечает отец. – Если что зови меня или Дилана.
– А где Коби?
– Он уехал уже, – слышу голос мамы.
– Так рано? Он как минимум две недели мог пробыть с нами дома.
– Алан, – Дара шикнула на меня, и я замолчал, а по тут сторону трубки раздался смех.
– Теперь все решат, что я под каблуком.
– Будто мы этого, итак, не знали, – слышу, как орет брат.
– Когда собираетесь в клан? – спокойно спросил мой отец и все поняли, что этот вопрос скорее пожелание, чтобы это произошло в ближайшее время.
– Полагаю, что нам можно пробыть здесь неделю, не так ли?
– Хорошо, неделю, – дал добро и быстро попрощавшись все отключились.
Мы с женой молчали какое-то время.
– Нам грозит опасность? – заглянув в глаза, спросила проникновенно Дара.
– Думаю, ты знаешь ответ. Но я все же отвечу. Да, опасность существует, и она не маленькая. Когда вернемся домой к моим родителям, мы обо всем поговорим. Здесь, я хочу громко наслаждаться тобой, – толкнул ее на спину и стал подниматься вверх, задирая зубами платье, под которым не было ничего. – О да…
К ночи мы так и не расцепились и постоянно целовались, обнимались и занимались сексом. Поэтому вырубились, как только стемнело. Но посреди сна я ощутил, что в моих руках нет никого и место рядом просто ледяное, а значит, Дара не вышла на пару минут в туалет. Ее нет довольно долго.
Обошел весь дом и, не найдя ее, выскочил из него, неся лапы вглубь леса, зовя ее ментально, но не получая ответа.
 
Глава 4
 
Я бежал так быстро, как только мог. Спустя минут десять я стал чувствовать ее запах. И ринулся по следу, стремительно пробуксовывая в выпавшем за эти два дня снегу.
Она была рядом. Я это ощущал. Пытался проникнуть в ее голову, но там стоял блок. Звал, но она молчала. И я понял, что она в трансе. Том самом, что впадала она когда были ее видения.
Плохо. Это очень плохо. Потому что я знал, что бегу к обрыву.
«Давай, приятель… Наша девочка в опасности», – взмолился к своему зверю, который все больше наращивал темп.
Мы подбежали к тому самому месту, где совсем недавно после воскресного костра, я нашел ее и поставил метку принадлежности.
Но в этот раз, появление здесь было иным. И когда я увидел ее, встал как вкопанный и не мог пошевелиться.
За секунду поднялся на ноги человеком и стал подходить ближе к Даре, объятой пламенем и балансирующей на краю. На чертовом краю пропасти, где внизу острые скалы.
Ебучая магия подвела, потому что сегодня она сияла не синим, а красным.
Я боялся произнести слово и боялся дотронуться. Понятия не имел, что делать и что с ней вообще происходило. И судя по тому, что она голая, она пришла сюда не в этом обличии.