Вниз по течению 2 (СИ)

На том и попрощались. Мира пошла к жене Гая, волосатики упрыгали в неизвестном направлении.
Подойдя к крыльцу, она увидела, что дверь приоткрыта.
Может в Элсаре так принято, но, всё же, приоткрытые двери всегда вселяли в неё тревожность. Мира поднялась на крыльцо, не заходя, заглянула внутрь. На стенах комнаты висели пучки высушенных трав и полки, на которых теснились горшочки всевозможных размеров; в полу курился обложенный камнями круглый очаг, несколько головёшек ещё слабо тлели, другие потухли. Недалеко от него стоял большой непокрытый стол, заставленный скудной посудой; несколько табуретов. Поперёк комнаты было натянуто полотно, которое делило её на две. Мира вспомнила, что жена Гая знахарка. Наверное, за ширмой у неё что-то вроде кабинета для приема больных.
Людей видно не было, может, Магда как раз сейчас лечит больного? Мира прислушалась, но из-за ширмы не раздавалось ни звука.
Она неуверенно постучала в дверь. В доме по-прежнему висела тишина.
— Добрый день! — крикнула Мира. — Есть кто дома?
Похоже, никого.
— Ты ко мне? — раздался за спиной сиплый женский голос.
Вздрогнув, Мира обернулась. К крыльцу приближалась худая сутулая женщина лет сорока с некрасивым лицом и сильно вьющимися волосами. В руках она несла вязанку толстых веток. Неужели это и есть жена Гая?
— Здрасьте. Вы Магда? — она запоздало подумала, что не сказала «вода-жизнь», но теперь говорить его было не в тему.
— Угу, — женщина кивнула и, окинув Миру пристальным взглядом, спросила: — Тебя кто так исцарапал?
— На улице напали, — тихо ответила девушка.
— У. Ну, заходи в дом, что на пороге разговаривать?
Мира вошла, остановилась у стены. Бросив ветки возле очага, травница повернулась к ней и вытерла руки о подол своего, не отличающегося чистотой, платья.
Нужно было что-то сказать.
— Меня прислал к вам Маркело, — неуверенно начала Мира.
На лице женщины выразилось недоумение, граничащее с непониманием.
— Глава общества лодочников, — пояснила Мира, затем подумала, что на лбу у Маркело не было написано, кто он, и смущенно добавила: — Кажется, глава.
Магда вопросительно подняла брови. Мол, продолжай.
— Он просил меня передать вам газилиннов. Вы их заказывали. (Травница перевела взгляд на её пустые руки). Но в пути меня обокрали. Простите, — скорбно закончила Мира.
— У тебя отобрали газилиннов? — переспросила Магда.
Мира кивнула и часто заморгала, делая вид, что сейчас расплачется.
— Простите, — всхлипнула она. — Они напали вчетвером. Я ничего не могла сделать… Не знаю, как теперь быть и что сказать Маркело. Он придёт к вам завтра за оплатой.
Представив, как всё будет, когда Маркело узнает, что она профукала газилиннов, Мира на самом деле едва не заплакала.
— Ладно, ладно, успокойся, — сказала травница.
Подошла к Мире, с неожиданной силой надавила на плечи, так что девушка против воли опустилась на табурет. Травница пристально рассматривала её колючим, холодным взглядом, будто гостья была неведомым в природе сорняком. Тут же у Миры появилось странное ощущение, что она ранее встречалась с этим взглядом. Магду видела впервые, а взгляд — нет. А ещё у неё сложилось впечатление, что потеря газилиннов не опечалила травницу от слова совсем.
Мира подумала, как бы перейти к истинной цели визита. Сказать напрямик, что Гай был её наставником и приказал в случае победы искать у Магды помощи? Или пойти окольными путями?
— Ты плохо выглядишь, — заметила травница. — И, по-моему, дело не только в нападении бандитов. Здесь не обошлось без магии.
Мира опустила голову, глядя на травницу исподлобья. Ничего-то от неё не скроешь.
— Я недавно прошла обработку, которой подвергают всех мокрозяв, победивших в турнире, — сказала она, решив, что лучше рассказать всё, как есть.
Магда смотрела на неё, прищурив холодно блестящие глаза.
— Возможно, ваш муж рассказывал обо мне, — продолжала Мира. — Он был моим наставником при подготовке к турниру.
Травница хмыкнула:
— Выходит, ты и есть та самая мокрозява.
Мира подняла голову и прямо глянула ей в лицо:
 
— Да, это я.
Она только собралась сказать, что Гай приказал в случае победы прийти к нему, чтобы стать его помощницей, но Магда перебила:
— Понятно. Значит, ты опробовала действие магической обработки. Хотела подраться с кем-то из азарцев?
— Она первая начала, — угрюмо произнесла Мира. — Я всего лишь спросила название улицы. А она… Чокнутая какая-то!
Травница взяла со стола кружку, протянула Мире:
— Вот, выпей. К тебе вернутся силы.
Мира заглянула внутрь кружки: она была на две четверти полна голубой жидкостью, от которой почему-то пахло рыбой.
— Мне уже лучше, — попыталась отказаться она.
— Мира, не будь ребёнком. Пей, — женщина всучила ей кружку. — Действие магической обработки так просто не проходит. Если не остановить её, тебе станет хуже.
Они встретились глазами.
— Насколько хуже? — спросила Мира дрогнувшим голосом.
— У тебя могут полностью отказать ноги.
Мира взяла кружку и выпила.
Делая последний глоток, подумала, что не называла травнице своего имени. С другой стороны, раз Гай обсуждал с женой подготовку к турниру, он и называл имя ученицы.
Вновь взглянув на травницу, Мира увидела, что та подобрела. Сейчас самый подходящий момент остаться у неё до возвращения Гая. Медленно поставив кружку на стол, она сказала:
— Я знаю, Гай уехал. Но перед отъездом он пообещал, что после победы в турнире возьмёт меня к себе помощницей… Вот я и пришла… Можно я останусь? Пока его нет, могу вам помогать. Вы же знаете, какая сейчас беда с лодками: на всех не хватает. Я стала лодочницей, но для меня нет занятия.
То ли от сильного волнения, то ли от усталости, Миру вдруг начало клонить в сон. Да так сильно, что глаза закрывались сами собой. Широко зевнув, она добавила:
— Я очень усердная и старательная.
Магда смотрела на неё с насмешкой. У Миры появилось дурацкое ощущение, что сейчас травница, как персональщицы в её прошлом мире, скажет: «Мы рассматриваем на эту должность и других кандидатов. В случае, если остановим выбор на вас, я перезвоню».
Сонливость накрыла её, будто душное одеяло, перед глазами поплыло. Мира тряхнула головой пытаясь вернуться к разговору, но каждое движение давалось с трудом и думалось об одном: «Поспать. Хоть пять сек». Она обнаружила, что уже положила руки на стол.
«Она дала мне снотворное, — осенило её: — Но зачем?!»
Она в недоумении посмотрела на травницу. Та довольно улыбалась.
— З…зачем? — с трудом выдавила Мира.
Внезапно дверь распахнулась, и в дом, с корзиной полной трав, вошла ещё одна Магда. Она остановилась у порога как вкопанная, корзинка выпала из руки, и травы рассыпались по полу.
— Кто ты? — хрипло спросила она, глядя на первую Магду.
Та оскалилась в подобии улыбки, глаза были злющими, ненавидящими.
Мира с силой ущипнула себя за руку — нужно проснуться, понять, что происходит. Боль немного привела в чувство.
— Кто ты такая, тебя спрашиваю! — хрипло повторила вошедшая.
Первая Магда рассмеялась, высокомерно ответила:
— Уже неважно. Тебя не было ровно столько, сколько нужно.
— Для чего нужно? — тише спросила вторая и перевела взгляд на Миру, будто только что её увидела. В лице травницы что-то дрогнуло. Коснувшись пальцем своей брови, она указала на бровь Миры и через силу произнесла: — Ты?!
Затем её взгляд упал на кружку, из которой пила Мира. Травница метнулась к столу, заглянула в кружку. Она бросила на Миру испуганный взгляд, торопливо спросила:
— Ты это выпила?
Девушка кивнула.
 
— Всё кончено, — улыбнулась первая Магда, глядя на вторую. — Особенно для тебя.
— Не знаю, что ты такое, но, — не договорив, вторая Магда бросилась к очагу, выхватила тлеющую головню и с криком напала на первую.
Та быстро отклонилась, но головня всё же ударила её по плечу. Колдунья зашипела, словно дикая кошка, в воздухе запахло палёным. От удара головня сломалась, и вторая Магда отбросила её в сторону. Женщины бросились друг на друга, упали на пол, стали пинаться и кусаться. Мира перестала различать, кто из них кто. К тому же, её вновь накрыла волна сонливости — более сильная, чем прежняя.