Невольница для жестокого (СИ)

Амин
Маленькая дерзкая русская сучка. Что она провернула? Знала, что ее ждёт. Смотрит с вызовом, огонь в глазах. Она без боя не сдаться. А меня крыть начинает от неповиновения, от ее своенравности! Никто так не ведёт себя со мной.
Тамерлан молчит, он не решается сказать что — то. Отходит от Лизы и опускает глаза в пол. Медленно подхожу к девчонки, я чувствую ее страх, он такой вкусный. Зверь во мне хочет порвать ее на кусочки, чтобы раз и навсегда запомнила, что бывает с теми, кто не подчиняется.
Подхожу вплотную, пятерней за подбородок беру, чтобы на меня смотрела, чтобы прочитала приговор в моих глазах. И она смотрит. Дерзко с вызовом. Я хватаю ее за волосы и затаскива в комнату. Она кричит, пытается выбраться. Но я так сильно зол, что могу просто переломать ее одной рукой.
Запихиваю блондинку внутрь, она падает на пол и смотрит на меня снизу вверх. Я подхожу ближе и замахиваюсь на нее, чтобы ударить. Девушка зажмуривает глаза и моя рука останавливается в миллиметре от ее нежной кожи. Вместо того, чтобы ударить ее, выбить нах*й всю дурь, я глажу ее по щеке. Я на физическом уровне не могу сделать ей больно. Больше не могу.
Лиза медленно открывает глаза и удивленно смотрит на меня. Я вижу, что она ожидала другого. Признаюсь, я тоже.
— Зачем? — глухо спрашиваю и отхожу от Лизы, наливаю виски в стакан и залпом осушаю.
Слышу, как она поднимается с пола.
— Потому что это не правильно.
— Мы, бл*ть, живем в неправильном, еб*нутом мире, Лиза! Она понесет наказание.
— За что?
— За то что она родственница Хассана и за то что сбежала.
— Она совсем еще девчонка! Нельзя так, понимаешь?! Нельзя просто взять и сломать жизнь человека, потому что тебе так захотелось! — кричит в ответ.
— Ты сейчас о ней или о себе? — холодно спрашиваю.
А сам жду ее ответ. Мне важно знать.
— Я не о себе говорю, Амин.
— Но я же испортил и твою жизнь, да? Я тот, кто купил тебя.
— Ты спас меня, — отвечает без колебаний. — И дал все это, — разводит руки в стороны.
— Но я никогда, слышишь, никогда не смогу жить по твоим законам.
— Я тебя заставлю.
— Нет.
— Лиза, не провоцируй меня, я нахожусь на грани.
Она невесело смеется и подходит ко мне ближе.
— А, что ты сделаешь Амин? Накажешь? Убьешь? Изнасилуешь?… Я так устала жить в страхе…, — краем глаза вижу, как она берет нож со стола. — Я отказываюсь и не буду больше жить в страхе! Ну же убей меня!
Берет мою руку в свою и давит себе на живот, на молочной коже появляется капля крови.
— Ты обещал убить меня быстро, помнишь? Не тяни. Я готова умереть, лишь бы не жить в мире, где ты убиваешь невиновных…
Внутри такая буря от ее слов, перехватываю нож, а Лиза снова глаза закрывает. С рыком валю ее на кровать.
— Убить?! — нависаю над девушкой. — Ты, бл*ть, еще не поняла? Я сам сдохну, но ты будешь жить!
С этими словами, как в первую нашу ночь, ножом срезаю ее одежду. Только теперь это я стою на коленях! Эта маленькая русская девушка поставила меня на колени.
— Амин…, — с придыханием, со стоном.
Я медленно слизываю каплю крови на ее животе и спускаюсь ниже. Оставляю влажные дорожки на теле девушки. Лиза приподнимается на локтях и в ее глазах мелькает понимание, она догадывается, что я собираюсь сделать.
— Ноги расставь шире, — командую, Лиза молниеносно подчиняется. Раздвигает ноги в откровенной позе.
Я стою на коленях у ее ног и мне открывается идеальный вид на ее лоно. Розовая, невинная, только моя. И пахнет она ох*енно. Я обхватываю ее бедра и спускаю ниже на кровати.
Не отводя от девушки взгляда, пробую ее на вкус. Как я и думал, она охрененно вкусная. Провожу между ее розовых складок снова и снова, пока Лиза не начинает захлебываться стонами. Проникаю языком глубже, ласкаю откровенней, тяну губами клитор. Лиза сходит с ума. Притягивает меня за волосы сильнее к своей промежности, подмахивает бедрами, сама насаживается на мой язык. Жадно раздвигает ноги, приглашая вылизать каждый миллиметр ее плоти, что я и делаю. Мне нравится ее лизать.
 
— О, боже… Амин… Боже…, — повторяет, словно заведенная.
Ее оргазм неумолимо приближается, стоны становятся громче и бесстыдней. Я щелкаю языком по ее клитору и чувствую, как она начинает кончать… Целую ее там, пока остатки оргазма не стихают. А затем переворачиваю на живот и трахаю сзади. Коротко и быстро, яростными толчками, вдавив ее лицом в подушку и сжав ее шею.
После оба обессиленные лежим на кровати. Лиза водит руками по контурам моих татуировок.
— Что дальше, Амин? — тихо спрашивает.
— М?
— Что будет с Хадией?
— Ты настолько переживаешь об этой девке?
— Да…
— Хорошо.
— Что?
— Ничего с ней не будет, — отвечаю.
— Правда? — такая настороженность в глазах.
— Да.
— Обещаешь.
— Лиза.
— Ну скажи, что обещаешь, тогда я поверю! Ведь ты никогда не нарушаешь свое слово!
— Обещаю.
— Спасибо! — бросается мне на грудь и начинает целовать в губы. — Спасибо, спасибо, дорогой!
Я застываю на месте.
— Как ты меня назвала? — смотрю в ее глаза, и она краснеет, пытается отвести взгляд. Но я не позволяю, ловлю за подбородок и заставляю смотреть на себя.
— Дорогой, — тихо произносит.
Я улыбаюсь и целую уголок ее рта.
— Мне нравится. А теперь пошли, — шлепаю ее по голой заднице.
— Куда?
— Посмотрим, нашли ли девчонку.
Спустя двадцать минут мы спускаемся вниз. Хадию нашли.
— Отведите девчонку в комнату Лизы, — отдаю приказ. Охранники удивленно смотрят на меня.
— Я не ясно выразился?
Они тут же подхватывают плачущую девчонку под руки и уводят прочь. Лиза собралась пойти следом, но я удержал ее.
— Сегодня вы не выполнили мой приказ, — холодно говорю, чувствую, как Лиза вздрогнула рядом со мной.
— Я сказал, чтобы вы никого не пускали к девчонки. За это вы понесете наказание.
— Амин, они не виноваты, это я…, — начала блондинка, но закрыла рот под силой моего взгляда.
— Каждый из вас виноват.
— Согласен, — говорит Тамерлан. — Но прошу учесть тот факт, что они просто не знали, как себя вести в этой ситуации.
— Да, — киваю соглашаясь. — Поэтому наказание понесешь ты один, Тамерлан. Это ты виноват во всей этой ситуации.
Вижу, как по лицу начальника охраны побежала тень. Ему не нравится, что я опускаю его перед его же людьми. А мне пох*й. Сегодня прольется кровь.
— Но я разрешаю тебе самому выбрать себе наказание.
Тамерлан молчит, только смотрит на меня напряженно, а затем добавляет.
— Я выбираю ночь в карцере.
— Да будет так, — благосклонно киваю.
Тамерлана связывают по рукам и ногам. Я подхожу и разрезаю ему ногу ножом, из пореза начинает течь кровь. Его уводят.
— Зачем ты порезал его? — обеспокоено спрашивает Лиза.
— Он выбрал ночь в карцере, а там водятся крысы, им же надо чем — то питаться, — отвечаю.
Девушка смотрит на меня в ужасе.
  
Глава 17
 
Лиза
Он спал. Его рука прижимала к себе так сильно, было сложно дышать. От его горячей груди невыносимо жарко.
Сейчас мне не хотелось быть здесь с ним. Но разве Амину когда — то было интересно, чего я хочу? И о чем думаю?
В который раз пробирал озноб от того, насколько он жесток. Бросить в подвал, к крысам раненого человека, а потом полночи заниматься любовью, не думая ни о чем…
Сегодня я не была с ним. Несмотря на то, что тело мое было как и всегда в его полном распоряжении, мыслями я была с другим человеком. С Тамерланом, в том темном подвале, на ледяном полу из цемента и грязи. Я держала ему рану, я успокаивала его… Я буквально чувствовала его боль.
А еще я думала о Хадии. Как она там? Амин распорядился оставить ее в моей комнате. И я буквально секунды считала до того момента, когда увижусь с ней.