Ведьма для Инквизитора. Любовный приворот (СИ)

— Это будет долгий разговор, — предупредила я представителя местной власти.
— Как видите, я никуда и не спешу, — ответил он, разведя руками.
Весь вид господина Ламберта кричал о том, что мужчина напряжен и склонить его на нашу сторону будет очень непросто.
— С чего бы начать, — растеряно произнесла я, почесав лоб.
Говорить едва пришедшему в себя мужчине о том, что его сначала приворожили, а потом сняли приворот, и все это время он вел себя неадекватно, мне было боязно.
— Все приходится делать самому, — тяжко вздохнул Селим и уселся прямо перед господином Инквизитором.
— Значит, дело было так, — начал кот деловито, — Вчера утром вы заявились к нам в лавку с кольцом и букетом наперевес. Начали петь песни, мол, люблю не могу, жениться хочу. А мы с Эли люди честные. В ратушу тащить вас не стали, сразу поняли, что дело тут нечисто. Приворожили вас, в общем, — резюмировал фамильяр, — Если вы еще не поняли. И это сделали не мы, хвостом клянусь. Нам между прочим ночью перед этим вообще землю могильную под порог подложили. Вот мы ведьму искать и начали.
— Но не нашли, — вставила я слово.
— Да, не нашли, — кивнул Сел, — Но это пока не нашли. Решили сначала заняться вашим приворотом. И тут мы собственно его и снимали, как-то так, — закончил фамильяр, нервно оскалившись.
Кратко же Селим историю изложил, зато сразу в лоб. Я бы еще полчаса ходила вокруг да около, пытаясь сгладить углы.
— Но вы, наверное, нам не поверите, — протянула я, — Ведь ведьма в городе я одна, по крайней мере официально.
— Почему же? — возмутился господин Инквизитор, — Вполне поверю.
Настал наш с Селимом черед удивленно взирать на местного представителя власти.
— И вы ни капельки не расстроены и не удивлены привороту? — протянул кот недоверчиво.
— Расстроен, удивлен и все еще пребываю в состоянии замешательства, — ответил ему господин Ламберт, — Но в то, что этим не вы двое занимались, я вполне могу поверить.
— Почему? — удивилась я.
— А вам так не терпится попасть в казематы Инквизиции, госпожа Мурай? — усмехнулся блондин.
— Вовсе нет, — парировала я, — Но вы какой-то слишком доверчивый для Инквизитора.
— Долго объяснять, — выдохнул мужчина, поднимаясь с земли, — Но у меня есть свои резоны, чтобы подозревать в этом кого-то другого. Вот только зачем было использовать приворот? — протянул мужчина, отряхиваясь.
— Нас мучает тот же вопрос, — деловито отметил Селим, который понял, что опасность нам пока не угрожает, и заметно осмелел.
— Есть у меня одно предположение, — произнесла я осторожно.
И оба мои спутника уставились на меня внимательно, ожидая продолжения.
— Приворот был слишком явным, и одним из самых сложных и энергозатратных, — пояснила я, — Ваше поведение не вызывало сомнений в том, что вы были не в себе. Во-первых, приворот невозможно было скрыть от окружающих. И тогда они бы сразу подумали, что это я вас приворожила. А, во-вторых, после снятия приворота вы бы подумали точно также. По крайней мере, это было бы ожидаемо.
— Считаете, от вас хотели избавиться? — сделал верные выводы господин Инквизитор.
— Это очевидно, — кивнула я, — Но только я не могу понять причины.
— Врагов среди ведьм у вас нет? — задал новый вопрос мужчина.
— Да откуда у нее враги, — отмахнулся кот, — Сидела себе спокойно в своем Университете, грызла гранит науки и никого не трогала.
— Значит все куда серьезнее, чем мне казалось на первый взгляд, — туманно произнес господин Ламберт, поджав губы.
— А это вы о чем? — напряженно поинтересовался фамильяр.
— Поговорим об этом завтра, — произнес блондин, — Сейчас я бы хотел прийти в себя и отдохнуть, с вашего позволения.
— Конечно-конечно, — тут же любезно закивал Селим.
— А в какую сторону идти? — протянул мужчина, оглядевшись по сторонам.
Пока мы объяснялись с господином Инквизитором, луна успела скрыться за тучами, и теперь над лесом была кромешная тьма.
— Вся надежда на Селима, — произнесла я беспомощно.
Из нашей троицы только мой кот обладал ночным зрением.
 
— Кажется, мы повернули направо, когда вошли в лес, — протянул фамильяр, — Но я в этом не уверен.
Последнее, чего бы мне сейчас хотелось, это проводить ночь в незнакомом лесу. Но, кажется, мои желания мало кого волнуют в этой жизни.
Глава 10
Понять, что этот день просто не мог закончиться хорошо, мне стоило с самого начала. Сперва мы пошли в том направлении, что указал нам Селим, но вскоре поняли, что лишь продвигаемся вглубь леса.
Ситуацию омрачало то, что ни я, ни господин Инквизитор местного леса не знали, а представитель местной власти находился еще и в весьма скверном состоянии после проведенного ритуала.
— Если вы не выведете нас отсюда в течение получаса, то я запру вас в столичных казематах, — недовольно пригрозил блондин моему фамильяру.
И уж не знаю, то ли на кота так угроза подействовала, то ли он сумел вспомнить верную дорогу, но к назначенному господином Ламбертом времени мы действительно вышли к окраине города.
— Я проведу вас до дома, — произнес господин Инквизитор, когда мы ступили на одну из улиц Иствиля.
— Это бы вас провожать, — покачал головой фамильяр, — А то дойти до дома не успеете, как схлопочите еще один приворот.
Слова Селима звучали логично, и я уже собиралась согласиться с котом, когда господин Инквизитор произнес:
— Во-первых, реальная опасность грозит не мне, а вашей славной парочке, — выдохнул мужчина, — А, во-вторых, нам все равно по пути.
Второй аргумент мы с фамильяром приняли куда охотнее, чем первый, и молча зашагали следом за господином Ламбертом. Несмотря на плохое самочувствие, двигался он достаточно бодро. И у меня могло даже сложиться впечатление, что чувствует себя представитель местной власти хорошо, если бы не его изнеможенный внешний вид, побелевшее лицо и появившиеся круги под глазами.
— Ты посмотри, какой мужчина, — выдохнул с восхищением Селим, когда мы немного отстали от господина Инквизитора, — Еле на ногах стоит, а виду не показывает.
Всю обратную дорогу фамильяр топал на своих четверых. Просить блондина, с которого мы уже сняли приворот, тащить его в корзинке, кот, по всей видимости, побоялся. Наверное, еще свежи были в его памяти угрозы столичными казематами.
— Если ты еще раз скажешь что-нибудь подобное при господине Инквизиторе, — предупредила я Селима, — Он точно разуверится в том, что к привороту мы не причастны.
— Эх, Эли, — выдохнул кот с досадой, — Умеешь же ты испортить удовольствие.
Всю оставшуюся дорогу до нашей лавки, мы с Селимом шли в тишине. Господин Инквизитор тоже не собирался прерывать возникшего молчания.
Заговорил мужчина лишь тогда, когда мы уже свернули к дому:
— Я бы хотел зайти и осмотреть дом.
— А что может случиться с домом? — удивилась я, — К тому же, я еще вчера повесила защитные амулеты везде, — на последней фразе я осеклась, посмотрев на входную дверь в лавку.
На ней кровью была нарисована пентаграмма, в центре которой была приколочена соломенная кукла с моей лентой для волос.
— Случиться может примерно это, — кивнул господин Инквизитор на дверь, — Теперь вы позволите мне войти?
— Конечно-конечно, — затараторил испугано Селим, который уже успел спрятаться за господином Ламбертом.
Иногда мой фамильяр поражал даже меня своей трусливостью.
— Только мне сначала нужно разобраться с последствиями этого ритуала, — со смесью усталости и раздражения выдохнула я.
Не могли они хотя бы дождаться завтрашнего дня, чтобы продолжить свои пакости? На дворе уже глубокая ночь, а мне теперь еще и с пентаграммой возиться.
Но больше кровавого ритуала меня тревожила другая вещь. Кто-то уже в который раз устраивает что-то подобное, когда я покидаю лавку. И этот кто-то определено знал о том, что покидала я дом вместе с господином Инквизитором. И это уже куда большая проблема.
— Это же ритуал, призывающий скорую смерть? — поинтересовался господин Инквизитор, когда мы подошли ближе к входной двери в лавку.