Древний. Зов небес (СИ)

— Почему ночью?
— Могут быть те, кто всеми силами желает убить тебя из-за зависти и поломанных яичек…
 Глава 13 
Под покровом ночи толстяк Ки припёрся к дверям моего дома словно вор. Он даже был полусогнут, чтобы не привлечь лишнее внимание. Не успел он подойти к дому, как я раскрыл дверь и вышел оттуда. Я посмотрел на него с сомнением и, почти раскрыв рот, был остановлен толстяком:
— Тише-тише! Пойдём, нужно быстро покинуть секту незамеченными, пока у нас есть такая возможность.
Я ничего не ответил и пожал плечами, его идея о скрытном покидании секты была странной. Я был уверен, что куча учеников видели, как он брал миссию, и если они не полные глупцы, то сложить два плюс два смогли бы.
Но раз таково желание Ки, то мне не оставалось выбора, кроме как согласиться с ним.
Мы прошмыгнули между домов учеников внешней секты и совсем скоро добрались до ворот, где стояли те же самые охранники. Они странно посмотрели на нас, но ничего не сказали.
Воздух за пределами секты был совершенно другой. Теперь, когда я провёл внутри приличное время, я мог ощутить эту разницу.
— Свобода… Она даже пахнет иначе, — сказал толстяк. Казалось, он чувствовал тоже самое.
Я оглянулся в поисках старой лачуги, где мы со стариком Доном провели большее количество времени, но к своему удивлению, не обнаружил здесь вообще ничего. Лишь голый пустырь и примятая трава. Казалось, что здесь вообще не было никакого потрёпанного домишки.
— Ки, а где дом? — неуверенно спросил я.
Он тоже посмотрел на то место, где он должен быть и удивлённо округлил глаза.
— Может кто из стражи убрал? Вообще удивительно, как он стоял всё это время прямо перед главным входом в секту, — но он лишь пожал плечами.
Действительно, если задуматься, то какая-то лачуга стояла перед сектой бессмертных, и никто из стражи или учеников не задавался вообще никакими вопросами. Будто бы так и нужно было…
— Где находится твой дом? — поинтересовался Ки.
Я прикинул в памяти и указал пальцем.
— Примерно десять километров на юг. Да, там находится мой дом, — в какой-то момент меня начало преследовать очень странное чувство. Мне казалось, что вернувшись на родную землю, я ничего там не найду. Прямо как дом, где жил старик Дон.
— Кстати. Я могу на какое-то время решить твою проблему с огромной силой, что ломает тренировочные мечи, — неожиданно для меня, толстяк достал из кольца хранения небольшой меч. Это оружие было очень маленьким и практически полностью помещалось на раскрытую ладонь.
— Что это? — спросил я.
— Осколок оружия отца. Когда-то это был его любимый меч, но в битве со зверем на стадии зарождения он сломал его. Я не большой любитель использовать мечи, поэтому на время могу отдать его тебе. Но будь с ним осторожен! Даже если это и осколок, острота меча не то, с чем сможет справиться твое тело, — он передал мне в руки осколок меча отца, и я любезно его принял.
Убрав его в кольцо хранения, мы продолжили путь в чащу леса. Мы быстро прибыли к месту, где меня схватили братья Ли — буквально за час, а то и два.
Уже на подходе к небольшой деревушке я почувствовал удушающий запах разлагающийся плоти. Этот смрад распространялся на километры вокруг места бойни.
Я неуверенно замер на месте, мне было страшно идти дальше. Я не хотел видеть их изъеденные червями тела.
Толстяк Ки был очень понимающим другом, поэтому он не стал жаловаться, а просто тихо стоял со мной.
«Отец… Смогу ли я… Подойти?» — мне было невыносимо страшно, больно и одиноко. Сердце разрывалось на тысячи частей, а душа тонула в непроглядной тьме.
Сцена смерти людей до сих пор была жива в моей памяти, и только череда сумасшедших событий могла приглушить этот ужас.
Да, на какой-то момент я был даже рад, что оказался в секте, ведь это помогло справиться с прошлым, которое шло за мной по пятам.
— Идём, — сквозь зубы прошипел я. Нужно было идти и похоронить отца, людей. Даже если я не знал многих из них, я провёл лучшие годы своей жизни в этом месте.
 
И всё, что я мог сделать, так это проводить их со всеми почестями.
Я прошёл мимо того места, где впервые нашёл золотую безделушку и вышел на выжженный пустырь, где раньше мы жили с отцом. Вдали от остального мира — только мы и наш небольшой скотный двор. Свиньи, куры, козы и огромные кучи дерьма.
Тогда мне казалось это отвратительным, и я постоянно сбегал в лес, игнорируя просьбы отца о помощи, но теперь…
Теперь мне хочется дико плакать, ведь я даже не попрощался с ним как следует. Я просто сбежал, как последний трус, оставив его умирать.
— Брат, здесь ничего нет, — мягко сказал толстяк Ки. Слёзы потекли по моему лицу. Я упал на колени и упёрся лбом в чёрную землю, от которой несло прогорклым запахом. Он разъедал мои ноздри, щекотал горло, но мне было плевать на это.
— Отец… Прости, твой сын бросил тебя одного… Почему я не умер с тобой?
Я бился головой о землю. Слёзы стекали по моему лицу, а глаза раздирало от жгучей боли.
Я провёл целый час, стоя на коленях перед моим бывшим домом. Самые лучшие сцены нашей жизни выстроились перед моими глазами, но в один момент их перекрыли ухмыляющиеся лица братьев Ли.
— Если бы вы были живы, то я снимал бы кожу с ваших тел по кусочкам. Слушал ваши крики, упиваясь вашей болью! — я с силой ударил кулаками, проминая землю на несколько сантиметров.
— Брат Эраст, стань сильнее! Не допусти, чтобы кто-то из своей прихоти забрал у тебя самое ценное…— раздался голос толстяка за моей спиной. Я вытер слёзы краем рукава и медленно встал.
— А разве у меня осталось хоть что-то ценное? — я посмотрел на него и вдруг резко закрыл рот.
— Да, брат Ки, я стану сильнее! Сильнее, чем когда-либо! Каждый из ублюдков, что позарится на моё, окажется без всего! — я хлопнул кулаком по его груди и вымученно улыбнулся.
— Я похороню людей с деревни, а ты пока постой в сторонке, — продолжил я.
Я сорвался с места и быстрым темпом достиг деревушки, что была не так далеко от нас.
Каждый из домов в ней был построен из дерева, поэтому меня встретили выжженные угли и искалеченные тела. Но я не испытывал никакой брезгливости — наоборот, мне казалось, что это лучшее, что я сделал в своей жизни.
Я достал осколок меча, подаренного мне толстяком Ки и вложил порядочно силы из моря Ци. Кусок меча засиял ярким красным светом и, спустив его на землю, он выдолбил громадный кратер диаметром чуть более полутора метра.
Я поднимал с земли обгорелые тела и аккуратно спускал их в яму. Из-за того, что моя сила поднялась до небес по сравнению со мной прошлым, мне не понадобилось много времени для того, чтобы собрать практически все останки деревенских жителей.
— Стой, брат! Нельзя их просто так хоронить! Остановись! — раздался голос толстяка. Я перевёл на него взгляд, и он достал что-то из кольца хранения.
— Их нужно сжечь, чтобы отпустить все страдания. Иначе это место сгниёт от темной Ци, — я кивнул на его слова, и он подошёл к братской могиле. Толстя Ки бросил что-то в яму и та всполыхнула, практически ослепив нас.
Громадный язык пламени вырвался прямо в небеса, освещая это мрачное место.
— Да переродитесь вы в лучшем мире, в лучшем месте…— прошептал толстяк, и я повторил за ним.
Я присыпал землей воронку, в которой было много праха усопших, и повернулся к толстяку Ки.
— Пойдём, не будем больше задерживаться.
Он кивнул, и мы сорвались с места словно ошпаренные. Местность протекала перед нами словно плавный речной поток. С пройденный расстоянием картинка практически не менялась. Только сырость лесного воздуха обдавала нас с ног до головы, принося с собой слабую дрожь тела.
Ловко перепрыгивая ветки и торчащие из-под земли камни, мы словно две обезьяны маневрировали между деревьями. Казалось, что ни одно препятствие не может остановить нас. В прошлом терновые кусты резали меня, но теперь… Они даже пощекотать не могут мою кожу.