Другой мужчина (СИ)

— Вот скотина! — прошипела, разглядывая засос.
— Кто?! — округлила глаза Альбина.
— Немирский! — что делать? Сводить, это займёт время, кто-то может увидеть ещё, или замаскировать искажением обзора, а потом, дома, убрать?
Чертёжница снова ахнула:
— Насть, ты что, спишь с ним?
Ой.
Вот оно и есть — сболтнуть лишнего.
Так, спокойно. Деймос всё равно требовал, чтобы она всем рассказала. Вот, сейчас — самое время.
— Да.
— Да? — глаза ещё огромные.
— Да.
— Настя! — всплеск бурной радости не просто ошарашил, женщина не успела ничего понять, как сияющая Альбина обняла её и побежала в коридор.
Дверь закрылась.
Настя вздохнула.
Видимо, тоже сделала ставку. На Деймоса.
Узнает, кто это затеял — в живых не оставит.
Ей как раз подопытные нужны.
В течение трёх оставшихся часов ей доставили три бутылки Рисонского вина.
Все — анонимно и без объяснений.
После первой Настя пришла в ярость. Это уже больше, чем наглость. Даже Немирский себе такого не позволял. Ладно, устроили отвратительное пари. Ладно, выиграли. Сидите и стыдитесь!
А они — фактически издеваются.
К счастью, у неё хватило ума спрятать их подальше, когда зашёл Андрейчев.
— Настя, мы сегодня закончили. Давайте поужинаем где-нибудь?
Она натянуто улыбнулась. Встала.
— Выйдем на минуточку?
Когда закрылась дверь, отделяющая от сотрудников отдела, Настя почувствовала себя уверенней. Но — всё равно было стыдно.
— Алексей, понимаете… Я встречаюсь с Немирским. Это некорректно — ужинать с вами в нерабочее время, Деймос возражает.
Замминистра смотрел на неё молча, выжидающе.
— Понимаете, ничего не должно выйти за рамки этой проверки.
— Понимаю, что вы хотите сказать. А вы меня — не понимаете. Вы зависите от меня. Весь «Эфир». Решение — не за мной, но я предоставлю данные, от которых оно зависит. Не в ваших интересах мне отказывать. Вам ведь дорог «Эфир»? Последствия могут не ограничиться простым проигрышем тендера. Я вас жду в кафе на Мербе, там же, где и в прошлый раз. И, да, ваши отношения с начальником — очень большой минус в репутацию компании, лучше бы их прекратить.
Весь настрой ушёл мигом. Настя сидела за столом АРМ и равнодушно отвечала на прощания коллег. Рабочий день уже закончился, но — проблемы только начались.
4 октября
Немирский.
На вызов отвечать не хотелось.
Фактически, из-за него всё получилось. Может, для «Эфира» он и неплох, но для Насти — просто яд. Теперь у неё плохие отношения с коллегами, по крайней мере, с Настиной стороны, проблемы с работой, — слишком мало нормальных исследований и много административной нервотрёпки. А ещё эта проверка — результат висит на волоске.
А в личной жизни — двое мужчин, каждому из которых наплевать на её мнение.
Думать не хотелось. Хотелось просто плакать. Порыдать, и чтобы все проблемы решились сами.
Какая разница, в конце концов? Что Немирский, которого интересует только секс, чтобы он там не говорил про «люблю». Нет слов, отличный секс — но отношений на нём не построишь. Что Андрейчев, которого непонятно что интересует, но только не Настино мнение.
Ну их обоих. Пусть сами разбираются.
Настя включила связь и вызвала Немирского.
— Малышка, ты ещё в «Эфире»? — Кажется, у него хорошее настроение. Как бы его испортить? — Я зайду за тобой. Пойдём ко мне домой, посмотрим твои мелодрамы… Хочешь?
— Нет, не хочу, — она вздохнула, набираясь решимости. Как это лучше сказать? — Я сказала Андрейчеву, что мы с вами встречаемся.
Наверное, если Деймос сам задаст вопрос про реакцию замминистра, будет легче.
Но Деймос слишком самоуверен, чтобы задать такой вопрос.
— Малышка, ты у меня умничка. Жди, я сейчас подойду.
— Деймос, стойте! — почти в отчаянии крикнула Настя. Сейчас он отключится, и что? Она останется наедине с проблемой, которая никого не интересует?
Правильно, с чего Настя взяла, что Немирскому интересно подобное?
— Что, Настенька?
— Он поставил условие… Он не согласен, чтобы… понимаете, он сказал, что… то есть намекнул, что если я ему откажу, то проверка может закончиться плохо для «Эфира».
 
Голос собрался сорваться, и она замолчала.
Деймос некоторое время молчал, потом закусил губу.
— Насть, — сказал он наконец, — зайди ко мне на АРМ. Сейчас.
Он ждал у дверей. Обнял Настю, ласково улыбнулся и завёл внутрь.
— Садись.
Кресло мягко обняло тело, подстраивая форму и температуру. Деймос встал рядом, опираясь на стол и скрестив руки на груди:
— Ну, что он тебе наговорил?
Настя несчастно посмотрела снизу вверх:
— Что «Эфир» зависит от него и не в моих интересах ему отказывать. Что может что-то похуже тендера. И что мой роман с начальником вредит репутации «Эфира». Думаете, я его неправильно поняла?
— Думаю, правильно, — сердито ответил Немирский. — И что ты ответила?
— Ничего. Я не знаю, что можно ответить. Это противно, но вдруг он и правда угробит «Эфир» из-за меня?
— Вот и не отвечай ничего. Не думай об этом. Ты не записывала разговор?
— Нет. Я же не ожидала… Что теперь делать?
— Ничего, — подошёл к ней ближе и погладил по голове. — Не отвечай и вообще с ним не разговаривай. Я разберусь.
— Как?
— Неважно. Это не твои проблемы.
— Как раз — мои! — возразила Настя.
— Детка, это — не твои проблемы. Забудь. Я с ним сам разберусь. Ну, не грусти. Всё будет хорошо. Пошли. Вставай. Смотрела когда-нибудь танцы в невесомости? На «Мирный» прилетели с выступлением танцоры. Пойдём, посмотрим. А потом — ко мне домой.
— А мне можно будет потом узнать, как меня поделили? — устало как-то получилось.
Деймос рывком поднял её с кресла и крепко обнял, прижав к себе:
— Насть, я не собираюсь тебя ни с кем делить. Я буду защищать тебя от всех, кто захочет обидеть. Теперь у тебя есть я. Со своими проблемами приходи ко мне.
— А «Эфир»? — пролепетала она.
— Я помню, что компания тебе дорога. Но то, что предлагает Андрейчев — нет, такого не будет. Ни за что. Найду другой выход. Забудь и доверься мне.
— Но я сама должна решать свои проблемы…
— Я тоже могу решить твои проблемы. И знаю — как. Пойдём. Всё, не спорь. Пойдём.
Но, несмотря на заверения, Насте было очень тревожно.
Деймос осторожно, стараясь не разбудить, развязал Настю. Времени ещё мало, но пусть спит, так пока лучше.
Встал, накинул халат и вышел. На самом деле рабочий кабинет у него в доме есть. Там можно и подумать тоже.
По правде говоря, он понятия не имел, как решить Настины проблемы.
Глупая девочка, Андрейчеву не надо было выдавать вот так, в лоб. Нужны были намёки, отговорки, маленькие якобы промахи… Малышка никогда не умела обращаться с мужчинами.
Что теперь делать? Разумеется, добиться того, чтобы решение по «Эфиру» не зависело от согласия Насти. Назойливые ухаживания и приставания сами по себе — не слишком опасны. Если ей неприятно, Деймос сам может разобраться. Никто не имеет права использовать его методы!
А вот решение по госзаказу — другое дело. Здесь, разумеется, действовать они будут вместе. Но уже по готовому плану. Малышка слишком устала, столько на неё свалилось! Ещё не оправилась от похорон мужа… Нет, любимых теряют и другие, с ужасной регулярностью. Но Настя и Леонид не просто любили друг друга — они были друзьями, товарищами по интересам, коллегами, буквально половинками одного целого.
И только одно не устраивало Леонида в их отношениях. Одно, но главное.
Что же, сам виноват, не делал ничего, чтобы это исправить.
Деймос исправил. Правда, их отношениям с Настей не хватает почти всего, что было у неё в браке. Но ведь это поправимо? Сегодня ей явно понравилась прогулка. С интересом смотрела, восторженно обсуждала танцоров. Только потом перешла на несовершенство технической поддержки концертного зала. Инженер — он и на отдыхе инженер.