С любовью, бухгалтерия (СИ)
Они вышли из-под моста, прошлепали босыми ногами по бережку, время от времени с отвращением наступая на пластиковые стаканчики и рваные полиэтиленовые пакеты и старательно обходя битые бутылки, ощерившиеся острыми краями и зловеще поблескивающие в тускнеющем свете фар экскаватора.
С этой стороны берег укрывали заросли кустарника: то ли ивняка, то ли орешника – в темноте не разберешь, оставляя лишь узкую песчаную полоску у воды.
Зашли в пруд, доплыли до середины. Вода была стоячей, липко-тягучей, пахла плесенью и почему-то прогоркшим растительным маслом. У берега она показалась теплой, но на глубине неожиданно обожгла холодом.
- Сейчас на смарт-часах подсветку включу, - буркнул Аллигатор, клацая браслет.
- Мысль! – согласился Васька. – Аналогично.
Они несколько раз нырнули, брезгливо отплевывая болотную жижу и старательно подсвечивая друг другу заваленные мусором глубины пруда. Наконец, Аллигатор вытащил из-под коряги айфон.
- Работает? – поинтересовался Васька.
- Что ему будет! – отмахнулся Олег и провел пальцем по экрану – тот засветился: – Водонепроницаемый. За те деньги, что за него отдал, он еще удовлетворять должен. Сексуально.
Васька невольно поморщился:
- Ок, гребем к берегу.
Уверенные взмахи рук ворвались в липкую тину.
Внезапно раздался странный звук – то ли тяжелый вздох, то ли всхлип – и свет погас. Но небо над вековыми деревьями уже начало светлеть. Следом опять что-то пискнуло – пронзительно, на высокой ноте.
- Светлый, это что? – пробормотал Васька, прислушиваясь.
- Что-что… - ехидно хмыкнул Аллигатор. – Аккумулятор у экскаватора сдох.
- Я не про то. Кричал вроде кто-то. Голос женский. У тебя зрение хорошее? Глянь что оно там?
Аллигатор подплыл ближе к берегу.
- Кажись, молодежь развлекается, - загадочно сообщил он, вглядываясь в предрассветную тьму. – Три парня и телыча. Эх… групповушка на свежем воздухе. Что может быть романтичнее?
- Судя по воплям, барышня против, - задумался Васька.
- Да… - с философской грустью согласился Аллигатор. – Где нынче отыщешь истинную романтику? И мужики вялые какие-то: больше трендят, чем действуют. Аж смотреть стыдно, прямо как на наш футбол.
- Светлый – опять загоняешь?! Скажи просто – да или нет.
- Демон – ты дурак?! – снисходительно усмехнулся Аллигатор. – Расклад: их трое, молодые, стриженые – вояки походу. Нас двое, мы старые и пьяные.
- Я почти трезвый, - удивленно сообщил Васька. Девушка на берегу опять закричала, заставляя его вздрогнуть: – Волшебный пруд, точно. То есть, ты - нет?
- А смысл? Может, у них там по любви – вишь, как долго уговариваются. А если и нет… Объясни, на кой фиг мне чужие проблемы?
Они как раз выплыли на мелководье и коснулись ногами скользкой подушки дна.
- Это с тремя сразу по любви? - буркнул Васька, выпрыгивая на берег в тени кустов. – И, думаешь, мне прямо охота в это лезть? Тоже тихо надеюсь, что оно само собой разрулится - в положительном ключе. Но жизненный опыт утверждает обратное. Затем, Светлый, что Земля имеет форму чемодана – что положишь, то и возьмешь. Сколько раз уже убеждался.
- Может, у тебя и так, - лениво согласился Аллигатор, ступая на песок. И тряхнул головой, разбрасывая сонм мелких брызг. – А в мой, что не пихай, он все равно без ручки.
- Значит, ты не со мной? Твое право.
- Все-таки дурак ты, Демон! – усмехнулся Олег, и в первых лучах зари блеснули его ровные, идеально белые зубы. – Весь вечер задаешь тупые вопросы. Точь-в-точь, как девка первый раз на сеновале: любишь – не любишь. А что я, по-твоему, делаю, блин?
- Прости, Светлый… - проговорил Васька, глядя ему в глаза. - Больше не буду, честно. Старый стал, мусора в башке, что на дне этого пруда. Прости, брат.
Аллигатор дернулся и резко закусил нижнюю губу:
- С-с-собака! Ты реально демон! Так меня только один человек называл. И… его уже нет.
- Для реального демона харизмой не вышел. – Васька пригнулся и бесшумно нырнул в кусты, пытаясь разглядеть происходящее на другой стороне полянки. – Но ад повидал.
- И че оно? – Аллигатор, осторожно раздвигая ветки, прокрался к нему.
- Дерьмище, - сплюнул Васька себе под ноги. – Ничего красивого и притягательного там нет.
- Верно! – улыбнулся Аллигатор.
- Но иногда окольной тропинки, чтобы обойти его, не заляпавшись, не существует.
- И это верно! – его улыбка стала еще шире.
На полянке еще больше рассвело. И даже Васькиного неидеального зрения хватало, чтобы оценить обстановку. Двое парней ухватили девушку за руки, а третий начал расстегивать на ней одежду: узкие брючки-стрейч и трикотажную кофту на пуговицах.
- Наконец-то! – ехидно прокомментировал Аллигатор себе под нос. – А то прямо не насильники, а умирающие лебеди какие-то.
И обернулся к Ваське:
- Оки, Демон, погнали кошмарить молодежь! Какой мальчишник без мордобоя?
Девушка опять заорала – теперь по-настоящему: громко, протяжно, отчаянно.
- Можем к первому акту балета и не успеть! – пробормотал Васька, невольно скользнув взглядом на мост. Одежда обоих осталась там. Вся: – Пока добежим, пока оденемся. Потом обратно…
- А зачем? – невинно отозвался Аллигатор. – Давай так. Так – успеем.
- Блин, Светлый… - натурально растерялся Васька. – Голыми что ли?! Ты точно извращенец!
- Ох, Демон! – картинно вздохнул Аллигатор. – Прямо, как маленький. Да, мазохист. А ты нет?
- Иди ты… в смысле, есть немного. На старости лет нарываться. Надеюсь, хоть не суицидник.
- Мы, как древние воины - берсерки! – воодушевленно начал Аллигатор. - Без страха и комплексов, открытые всем ветрам и неукротимые в праведном гневе!
Но потом поймал Васькин красноречивый взгляд и вытащил из-под куста длинный кусок плотного черного полиэтилена, очевидно, бывший ранее мешком для строительного мусора.
- Ладно, я тоже стесняюсь, - и рванул пакет, раздирая вдоль на две длинные, но не особо широкие полосы. – Не берсерки! Легендарные богатыри-титаны – минимум одежды, максимум мускулов и брутальности. Сойдемся с врагом в эпической битве времен и покроем себя неувядаемой славой на века!
Васька взял из его рук полиэтиленовую полоску и обвязал себе вокруг бедер:
- Знаешь, Светлый, я пока такси на остановке ждал, объявление видел: «Принимаем лом титана. Дорого».
- Или так, - невозмутимо согласился Аллигатор, сооружая себе набедренную повязку. – В масштабах вечности большой разницы нет.
- Ой, мамочки… - выдохнула Галина и прижалась губами к сильному Васькиному плечу, с наслаждением ловя яркий, чувственный ответ.
Васька под болотным соусом все равно оставался Васькой: родным, любимым и желанным до дрожи в коленях.
Перед глазами возникла красочная картина, четкая, будто наяву.
Двое. Светлый и темный, с удивительно красивыми тренированными телами, в мягкой рассветной дымке … сильные, смелые, неудержимые.
Крики, нецензурная брань, звуки ударов. Стук сердца - горячий, бешенный, отчего-то прямо в горле. Соленый пот, застилающий глаза. Боль. Привкус крови на губах.
И над всем – аромат чайной розы. Нежный такой. Тонкий.
Галина вдруг почувствовала, как ладони сжались в кулаки, и дыхание стало частым-частым. Конечно, причина была в Ваське. В том, что он рядом. Но не только.
Пространственное мышление – вещь коварная. Или просто за любимого человека всегда волнуешься, словно за себя? А, может, и сильнее?
- Вы победили, да? – больше утверждая, чем спрашивая, уточнила Галина.
- Да, - осторожно согласился Васька. – Сомневалась?
- В тебе? Ни секунды!
- Мне бы так… Я сомневался, я реалист. Но знаешь как – глаза боятся, руки делают. Один, правда, удрал, отхватив волшебной пиндюлины. Мировой рекорд по бегу установил, наверное. А двоих мы укатали.
- А голова?
- Ерунда… - Васька застенчиво отвел взгляд. – Дубиной прилетело, по касательной. Старею, эх… Но сразу обработал абсентом. Семьдесят градусов спирта, этикетку читал.