Законник Российской Империи (СИ)

— Разрушь! — крикнул я, и мой голос эхом разнесся по арене, словно удар грома.
В тот же миг мир вокруг нас изменился. Пространство словно треснуло, как стекло под ударом молота. Невидимые линии реальности начали расходиться, создавая паутину разломов в самой ткани бытия. Воздух задрожал, по телу прошла волна мурашек от силы, что я только что высвободил.
Воронка Левински, секунду назад казавшаяся непобедимой, начала распадаться. Ее края задрожали, а затем она просто… растворилась, словно ее никогда и не было. Но на этом действие моего заклинания не закончилось.
Я почувствовал, как вся мана в радиусе нескольких метров просто исчезла, словно провалилась в созданные мной трещины. Моего противника отбросило назад, и он с глухим стуком приземлился на спину, явно ошеломленный происходящим.
Но контролировать эту мощь было невероятно сложно. Я чувствовал, как сила «Деструкции» пытается вырваться из-под контроля, грозя уничтожить все вокруг. Мою руку начало жечь, словно я держал раскаленный металл. Понимая, что еще секунда — и я могу потерять контроль, я резко сжал кулак, прерывая заклинание.
Наступила оглушительная тишина. Казалось, даже воздух замер, потрясенный произошедшим. Я тяжело дышал, чувствуя, как пот стекает по моему лицу.
Внезапно тишину прервал возглас принца Андрея. Я обернулся и увидел, как он, к удивлению всех присутствующих, вскочил на стол, его глаза горели неподдельным восторгом.
— Изумительно! — воскликнул он, хлопая в ладоши. — Это было просто невероятно! Такая мощь, такой контроль! О, это определенно стоило того, чтобы увидеть. Какой великолепный бой! Думаю, победитель здесь очевиден. Но я хочу знать оба заклинания. В особенности, ваше.
Его Высочество ткнул пальцем на меня и затряс рукой, он явно перевозбудился.
— Вы же почувствовали, да? — обратился он к Воронцову и Шрамову. — Даже не владея магией, я могу сказать, что это истинное слово о-о-очень интересное!
Я не обратил особого внимания на его слова. Мой взгляд был прикован к Левински, который все еще лежал на земле. Медленно, без резких движений, я подошел к нему.
— Убить меня вздумал? — спросил я, глядя на него сверху вниз. В моем голосе не было злости, лишь легкая ирония.
Левински закашлялся и медленно сел, держась за голову.
— Думал, напугаю, и ты сдашься, — признался он, морщась от боли. — А оно вон как вышло, не удержал немного контроль. Ты уж извини и зла не держи. Убивать тебя мысли не было.
Я протянул ему руку, предлагая помощь. Он на секунду замешкался, но затем принял ее, и я помог ему подняться на ноги.
— Как рука? — спросил я, заметив, как он неловко держит правую руку.
— Жить буду, — усмехнулся молодой мужчина. — А ты как, парень?
— В порядке, — ответил я, хотя чувствовал себя так, словно пробежал марафон.
Левински внимательно посмотрел на меня, и я заметил, как изменился его взгляд. Исчезла надменность, уступив место уважению и любопытству. Даже бравада пропала, впрочем, думаю ненадолго. Видел я таких людей.
— Я, кстати, Ярослав, — сказал он, протягивая мне левую руку для рукопожатия. — Будем знакомы.
— Максим, — ответил я, пожимая его руку. — Темников.
Глаза Ярослава расширились от удивления.
— Темников? — слегка недоверчиво переспросил он. — Не думал, что у Темниковых есть еще один сын. Ты отлично сражаешься.
— Взаимно, — коротко ответил я.
В этот момент к нам подошел Соколов. Его лицо было серьезным, но я заметил в его глазах искру гордости.
— Вам обоим стоит посетить медкабинет при полигоне, — сказал он. — После этого вам выдадут ваши ранги. И, должен сказать, это был впечатляющий поединок.
— Идем, я знаю дорогу. Э-эх, откуда ж ты такой сильный-то взялся. Мне же теперь точно не дадут повышение ранга, — сделал жалобный вид усач. — Еще и отчитают за использование такого заклинания. Но кто же знал, что ты столько продержишься!
— Что ж, в следующий раз будешь думать, прежде чем называть кого-то сопляком, — улыбнулся я, на что мой недавний оппонент нахмурился, подкручивая свои усы.
  
Мы двинулись в сторону лазарета.
  
Глава 18
 
Принц Андрей Алексеевич Романов откинулся на спинку своего кресла, расположенного в специальной ложе для высокопоставленных зрителей. Его глаза все еще искрились азартом после увиденного поединка. Рядом с ним расположились Родион Юрьевич Воронцов и Антон Евгеньевич Шрамов, их лица выражали глубокую задумчивость.
— Итак, господа, — начал Воронцов, поправляя свой безупречно сидящий мундир, — думаю, нам стоит обсудить увиденное. Начнем с Левински.
Шрамов подался вперед, его взгляд стал острым, как лезвие кинжала.
— Я считаю, что Левински не заслуживает повышения ранга, — твердо заявил он. — Использование запрещенного заклинания с истинным словом «Смерть» — это серьезное нарушение. Он проявил не только неосмотрительность, но и пренебрежение правилами безопасности. Да, его заклинание было одно из самых мягких, если можно так выразиться, среди тех, что используются с данным истинным словом, но тем не менее!
Воронцов задумчиво потер подбородок, его взгляд скользнул по арене, где еще недавно разворачивалось магическое сражение.
— Я понимаю вашу позицию, Антон Евгеньевич, — произнес он медленно, взвешивая каждое слово. — Но давайте не будем забывать, что заклинание «Пожиратель душ» — это все же заклинание четвертого круга. Его использование требует не только значительной магической силы, но и глубокого понимания природы магии. Левински продемонстрировал выдающиеся способности, несмотря на… неосмотрительность в выборе заклинания. К тому же, давайте учитывать, что понимание смерти — это нечто удивительное для любого человека. Нельзя это отрицать. Таких специалистов у нас не так много среди государственных магов.
Шрамов нахмурился, явно не согласный с такой оценкой.
— Родион Юрьевич, вы же понимаете, что использование истинного слова «Смерть» — это не просто нарушение правил. Это потенциальная угроза жизни не только противника, но и всех присутствующих. Левински мог потерять контроль над заклинанием в любой момент.
Принц Андрей, до этого момента молчавший, вдруг оживился. Он махнул рукой, словно отметая все предыдущие аргументы.
— Да-да, господа, все это, конечно, очень интересно, — произнес он с легкой ноткой скуки в голосе. — Выдайте ему ранг и покончим с этим. Он был пятым, верно? Пусть будет шестой. А теперь давайте перейдем к обсуждению второго кандидата. Вот там, действительно, есть, о чем поговорить!
Воронцов и Шрамов обменялись удивленными взглядами. Принц редко проявлял такой явный интерес к процедуре определения рангов. Для него все это было до этого не более чем формальностью и один из наследников императора, как правило, полагался на мнение других членов комиссии.
— Ваше Высочество, — осторожно начал Воронцов, — вы имеете в виду Темникова?
Словно был какой-то другой кандидат, помимо него и Левински. Но заинтересованность третьего принца настолько сбивала с толку, что даже глава Судебного Бюро задал такой нелепый вопрос.
— Именно, Темников. Как я понимаю, сын нынешнего министра финансов, впрочем, не это важно! — воскликнул он, подаваясь вперед. — Вы только посмотрите, что он продемонстрировал! Пространственная магия — это уже само по себе впечатляюще. Но то, как он ее использовал… Это было нечто!
— Должен согласиться, Ваше Высочество, — Шрамов кивнул, его строгое лицо смягчилось. — Пространственная магия действительно сложна в освоении. Далеко не каждый маг обладает пониманием того, как работает окружающее пространство, чтобы вот так запросто манипулировать им в разных состояниях, да еще и настолько быстро. Тем более с таким противником, как Левински.
— Да, это правда, — задумчиво кивнул Воронцов. — Я бы даже сказал, что большинство магов считают пространственную магию не слишком эффективной в бою. Слишком много энергии требуется для минимального эффекта. Но сегодня Максим Николаевич показал, что в умелых руках эта магия может быть чрезвычайно мощным оружием.