Паладин. Том 2 (СИ)

Игла взглянула на меня. Я увидел, как её глаза изумленно расширились, а вертикальный зрачок практически стал круглым.
— Физ?!
— Тяф!
Я запрыгнул на лавочку. Ха, да я Игле по колено, но в холке. Если смогу встать на задние лапы, уверен, но пояса ей достану. Игла аккуратно опустила руку мне на голову, и немного почесала. В принципе, неплохо.
— Что случилось?
— Тяф.
— По человечески?
— Р-р-р тяф!
— Поняла. Ганс, на сегодня все. Идем обратно.
Громила лишь хмыкнул и поднялся с лавочки. Та облегченно скрипнула. Игла же взяла меня на руки и понесла, как котенка. Ну, учитывая мои габариты, я не удивлен. Понять бы, за что мне такое счастье.
При свете коридоров я смог получше осмотреть себя. Серая шерсть мерцала, как перламутровая. Хвост по пушистости не уступает таковому у Иглы. Даже стальные лапы смотрятся неплохо, поддерживают общую серость. Ну, я хотя бы красивый.
Ночь я провел в гамаке Иглы, вместе с ней. Должен заметить, маленький размер можно назвать преимуществом домашних зверей. Будь я нормального размера, мы бы с ней не уместились. Но все же у меня много вопросов. Почему меня выбросило из амулета? Почему я оказался на улице, а не в комнате Степа? Зачем Степ приходил в амулет? И главный вопрос: кто виноват и что делать? Пытаясь найти решение, я уснул.
Проснулся я от того, что Игла чесала мне за ухом. Эти тонкие пальцы я узнаю из тысячи. Я открыл глаза, и встал. Но меня тут же подхватили и спустили на землю. Ну да, сам я с гамака скорее всего не слез бы. Использовать навыки я опасаюсь, еще шерсть загорится, и я получу незабываемые ощущения.
На занятиях я сидел около Иглы, внимательно посматривая по сторонам. Степа я видел, и так же то, что он очень активно пытался приблизиться к Мишель. Ха, так у меня получилось? Но вдруг преподаватель (сейчас была математика) осмотрел аудиторию, и увидев меня, недоуменно наклонил голову.
— Фамильяр Хайски, вам удобно в этой форме?
Я тяжело вздохнул.
— Ну так обратитесь обратно!
Еще один тяжелый вздох. Уже большая часть аудитории смотрела на нас. Я слышал скрип зубов Степа. Сам виноват, нехрен на меня злитьсяб ез причины!
— Необычно. Что же, я хотела предложить вам решить пару заданий и показать ученикам, насколько эти задания легкие. Однако, боюсь, ученикам придется разбираться с ними самостоятельно. Записываем!
Обычное квадратичное уравнение, ничего необычного. Действительно, довольно легкие, но у меня нет возможности их решить. Ну тогда нагло спим. Что еще остается домашнему зверьку?
Следующим занятием был тот самый призыв. На сей раз — лекция в аудитории. Борода на ножках важно расхаживала около доски и рассказывала о том, как важно быть дружным с фамильяром, как управлять поведением фамильяра и так далее. Однако в конце лекции, против своего обыкновения, он сказал:
— Лекция окончена, ученик Хайски и его фамильяр, вас я попрошу остаться и подойти.
Я спрыгнул с колен Иглы, и неспешно подошел к профессору. Уж кого-кого, а эту бороду я уважаю. Хороший мужик. Уверен, и сейчас много чего расскажет. Вскоре подошел и Степ. Да-а, ну и каланча… Ну что ты на меня так смотришь, я маленький серенький лис, что я тебе сделаю?
Профессор посомтрел на меня и тяжело вздохнул.
— Ученик Хайски, вы можете объяснить, что стало с вашим фамильяром?
— Не знаю.
— Плохо, очень плохо, ученик. Что же, тогда я вам расскажу, что произошло. Когда я несколько раз читал лекции, я всегда упоминал о хороших, повторюсь, хороших отношениях между фамильяром и хозяином. Почему? Да потому что фамильяр закрывает ваши недостатки! Вы меня вообще слушали?
— Да. Теория Ланселя, фамильяр призы…
— Мне не нужна ваша память и теоретические знания! Вид вашего фамильяра означает, что вы отдалились максимально далеко от него! А сила фамильяра зависит от хозяина! А как вы собираетесь передавать силу, если перекрыли все каналы?
— Профессор, я понимаю, однако… зачем мне слабый и необразованный фамильяр?
— Зазнаетесь, ученик Хайски. Потому он вам и нужен, чтобы перебить вашу спесь. А по поводу слабости… Существа из легиона Мади никогда не бывают слабыми. Что вы побледнели?
 
— Да… Это…
— Ученик?!
— Простите, профессор. Просто этой ночью я оказался в амулете фамильяра, и там встретил саму…
— Оказались в амулете?! Неуд, Хайски, полный неуд! Сама судьба дала вам шанс исправить ваше положение, поговорить по душам с фамильяром, и более того, с его настоящей хозяйкой, а вы так бездарно потеряли этот шанс!
Никогда не думал, что борода (именно растительность, а не личность) может покраснеть. Но профессор умудрился это продемонстрировать. Степ попытался что-то ответить, но выглядело это… ничтожно.
— Профессор, но мне же не нужен слабый фамильяр!
Я видел, как профессор стремительно разочаровывается в Степе. Но он не взорвался, а спокойно выдохнул, и глухо и печально произнес:
— Слабость слуги прежде всего — вина его господина. Запомните это, Хайски. Вы свободны.
Я поклонился (как мог), и громко цокая лапами, пошел на выход из кабинета. Хех, хорошо, что я не кот. А то бы ночной тыгыдык-тыгыдык с такими лапами мне бы не простили. Степ вышел чуть раньше меня, и когда дверь в аудиторию закрылась… Он меня пнул! Как щенка! Я отлетел в стену и ударился боком. Ау… Больно, слишком больно. Неужели у меня еще и живучесть упала? Это плохо. Система! Система!!! Тишина. И только сейчас я понял, что на грни сознания ничего не мерцает. Я остался без Системы! И судя по ощущениям, я и до Маднесс сейчас недокричусь. Черт! Я упал на пол и недоуменно посмотрел на Степа. Он в ярости смотрел на меня.
— Чертова шавка… Ты испортил мне всю репутацию!
— Т… тяф. Тяф-тяф-тяф!
Репутацию ты себе испортил сам. Нехрен инструмент винить, коль руки кривые!
— Погавкай тут на меня!!!
Еще один пинок. Сука. Я ведь сейчас не выдержу и берсеркера включу. И мне плевать на отключенную систему. Я встал, громко лязгнул когтями по полу, взъерошил хвост и загривок. Губы поднялись, демонстрируя острые клыки, а из пасти раздался рык. Не ужасающий, просто… рык загнанной в угол собаки. Ну а кем я еще являюсь?
Вдруг в меня прилетел еще один пинок, но не от Степа. А это явно латный сапог был! Да и в стену я влетел с хрустом. Ай… ребра… Сжав клыки, я открыл глаза. Какой-то длиноволосый рыжий парень с зелеными глазами здоровался со Степом, в то время как какой-то рыцарь в сияющий золотом доспехах опускал ногу после пинка. Подожди, я помню эту рожу под забралом! Он один из тех, кто напал на деревню Каси! Я прислушался к разговору, затаив дыхание. Просто потому, что даже дышать было больно.
— Добрый день. Вы же не против, что я спас вас от бешенной шавки?
— Нет, не против. Разрешите представиться — герцог Хайски.
— Принц Салариан.
Не академия магии, а институт благородных девиц. Куда не плюнь, попадешь в аристократа.
— Рад знакомству, ваше величество.
— Будет вам! Пока мы в стенах академии, можете обращаться ко мне по имени. Я Ларион.
— Степ.
— Степ, позвольте узнать, что это за пес?
— Это… фамильяр.
— Никогда не видел, чтобы личицы становились фамильярами. Тем более с такими лапами.
Он присел около меня и внимательно осматривал меня, ощупывал шерсть… Сука… Больно же! От боли я издал… стон? Не знаю, как описать этот звук.
— Хо-хо, еще живой. Поразительная живучесть. Так даже лучше. Кстати, Степ, вы помните, что первый день турнира наступит послезавтра?
— Да, Ларион. Я подумываю о том, чтобы снять свою заявку на участие.
— А зачем вы вообще шли на турнир с таким слабым фамильяром?
— Раньше мне казалось, что он достаточно сильный.
— Опромедчивое решение.
— Я знаю.
— Что же, надеюсь, мы встретимся еще множество раз. Потому как моего отца интересует союз с старшим герцогом Хайски, более того, мы готовы предложить мою сестру в качестве вашей невесты.
— Ларион, думаю, это стоит обсуждать после окончания обучения.