200 дней на юг: автостопом из Москвы в южную Африку

Пока наших других друзей не было явлено, мы с Грилом решили на три дня съездить в города "медного пояса" Китве и Ндолу, и заодно изучить свойства замбийского автостопа и народа. Наметили в четверг покинуть Лусаку, поскольку встреча мудрецов ожидалась только в понедельник, 4 декабря.
30 ноября — 3 декабря. Прогулки по Замбийским церквям
Итак, мы с Грилом отправились в катание по стране, в города к северу от Лусаки — Кабве, Китве и Капири-Мпоши. Не вдаваясь в длинные подробности наших там приключений, расскажу лишь о том, как во всех четырёх упомянутых городах мы находили ночлег через разные христианские церкви. Замбия оказалась еще более церковной страной, чем Кения и Танзания, ибо церкви всех конфессий здесь попадались повсюду, а танзанийской ментобоязни в этой стране не было. Более того, полицейские были совсем безвредны и документов не проверяли нигде. Палатка, поставленная где угодно, не вызывала нездорового интереса ни у властей, ни у местных жителей. Итак, Грил, заядлый атеист и антицерковник, и я, таковым не являющийся, — мы занялись изучением разных направлений христианской веры, и вот что у нас получилось.
В первом городе, Кабве, при помощи местных жителей мы нашли дом священника и вписались прямо у него, в его роскошном жилище.
В следующем городе, Китве, всё было сложнее. Сперва в католической церкви имени Франциска Ассизского белый пожилой пастор нам отказал! Он сказал, что многие, мол, хотят у него вписаться, но если он кого-нибудь пустит ночевать, то потом захотят и другие, и что он будет делать? Я сказал, что пускай он принимает потом и других. Кстати, рядом с церковью было довольно большое здание, где жил этот священник и другие церковники, места там было предостаточно. Когда же этот святой человек нас отшил, я обратился прямо к его пастве (чёрной), к людям, что выходили из церкви после богослужения. Они выходили довольные, что здорово послужили Богу и могут идти по домам с чувством выполненного долга. Не тут-то было! Появился я и стал предлагать всем свою персону (и грильскую тоже). Прихожане смущались. Один сказал, что он, мол, очень далеко живёт (я переспросил, где сие "далеко" — в Анголе? Заире?), другой сказал, что у него вообще нет дома, и т. п. Наконец нашёлся человек, который и отвёл нас в дом к своему другу, а сам скрылся. Кстати, на этой вписке нас кормили традиционной замбийской едой, называемой ишима — это такой белый пудинг, чуть вкуснее, чем суданская кисра.
В Капири-Мпоши мы переночевали в палатке, которую водрузили во дворе местной католической миссии. В миссии оказалась белая, причём польская, монашка, мы уже понадеялись на какой-нибудь ужин для братьев-славян, но его не оказалось.
Так мы покатались по соседним с Лусакой городам, изучая религиозные свойства замбийского народа и пользу, проистекающую из этих свойств. Назад в Лусаку, от Капири-Мпоши до столицы, вёз нас утром третьего декабря Джозеф Бреза, чех из Брастиславы. Всю дорогу он излагал нам свой взгляд на мир.
— Я приехал сюда в 1991 году, в качестве помощи социалистических стран развивающимся странам. И я был коммунистом. Теперь я прожил здесь девять лет и стал расистом!.. Да, я расист! Вот посмотри на этих людей из буша, они же не думают о будущем. Он думает: я голоден, находит банановое дерево и срубает его, вместо того, чтобы собрать бананы и оставить дерево в покое. А завтра будет нечего есть, но он об этом не думает. Вот у меня есть рабочие, приходит ко мне один: скорее дай денег, мне надо купить мыло и ещё что-то, моя жена сегодня родила! А я ему: а ты о чём, голубчик, раньше думал, когда она девять месяцев беременная ходила? Так и все они, эти люди из буша, ни о чём не думают, но они хотят власти, хотят править.
И вот что у них получается, — продолжал чех, — вот посмотри: Замбия, получила независимость в 1964 году, она совсем не развитая страна. Лет пятнадцать ещё развивалась по инерции, а теперь экономика пошла вниз. Один квача стоил два доллара, а теперь один доллар — 4000 квача. А вот Зимбабве: независимыми стали в конце 1970-х, и, как следствие — более развитая страна, за американский доллар — 100 зимбабвийских. Раньше там шампунем мыли тротуары. А теперь экономика пошла вниз, и президент Мугабе — сумасшедший — решил выгнать всех белых фермеров, и на следующий год не будет урожая. А вот ЮАР: белые правили там дольше всего, до 1991 года, и там самая богатая и развитая страна. Но и там, за один доллар было три ранда, а теперь уже семь. И вот четвёртый пример, возьмём Эфиопию, вы там были: что, там хорошо живут? А ведь это единственная страна, которая не была колонией…
  
Всюду, где к власти приходят эти люди из буша, они заботятся только о сиюминутной выгоде и не думают о будущем. У нас, в Европе, люди воспитывались поколениями, десятками поколений, а тут всего за три поколения они перепрыгнули из каменного века в современный мир. Как они могут толковать о равенстве? как они могут управлять?
Но всё это не вечно… Есть такая штука — СПИД. Сейчас уже треть африканцев больны СПИДом, и вычислено, что две трети сегодняшних 15-летних людей обречены умереть от СПИДа. Это, конечно, страшно. Вот идут трое людей, и из них двоим суждено умереть от СПИДа.
— Но, может быть, врачи изобретут средства от СПИДа, — перебил я.
— Они всё равно будут им не по карману. Ну придумали от малярии лекарства, и что же, всё равно умирают от малярии, два, три миллиона человек в год и даже больше. Конечно, они умирают от малярии и СПИДа одновременно, ведь СПИД не убивает сам по себе, он ослабляет иммунитет, и организм не может бороться с болезнями, с малярией в том числе. Но даже если и изобретут средства от СПИДа, и всё останется по-прежнему, я всё равно останусь расистом!
Так вещал сей Джозеф Бреза, пока мы не достигли столичного города Лусаки, где и расстались с ним. Конечно, вполне естественно, что африканцы не успели, не сумели (и не захотели!) вписаться в ту западную модель жизни, которую им внедряли европейцы. Вполне естественно, что в тех странах, где европейское влияние было сильнее, там и дороги построили лучше, и денег там побольше, и дома выше, и машины дороже. Но ведь это не главное! не толщина кошелька есть мера развития человека и общества!
Я опять мысленно возвращаюсь в Судан, в те края, куда западное влияние проникло, вероятно, менее всего на планете. Во всём мире осталось, наверное, всего несколько таких неиспорченных (неулучшенных) цивилизацией мест. Да, традиционные западные "боги" — деньги, время, вещи, — здесь пока не стали объектом поклонения. Но какие же там прекрасные люди! И мы вспоминаем, что и западная цивилизация до сих пор не решила самые основные, самые насущные вопросы современности: как жить в мире и никого не убивать; как распределить материальные блага, чтобы никому не было завидно и чтобы не было войн; как спасти природу и всю планету от экологической катастрофы? Самые эти неразрешимые вопросы, вставшие перед западной цивилизацией, неведомы "людям из буша", "людям из пустыни" — и эти вопросы не стоят перед ними, они стоят перед нами!
А ведь если почитать книги о том, как путешествовали по Африке первые исследователи-миссионеры лет полтораста назад, — можно сделать вывод: там, куда "цивилизованные" люди ещё не проникли, и где они не внедрили оружие, золото, деньги, работорговлю, прочие явления цивилизации, — там эти "дикари" жили своей мирной жизнью и не убивали друг друга так, как столкнувшиеся с "цивилизацией" племена.
Автомат Калашникова на гербе Мозамбика; миллионы противопехотных мин в Заире, Сомали и Анголе; многолетние войны по всему африканскому континенту — это не изобретение "людей из буша", это подарок нашей, западной культуры, и мы, взрослые люди, завезя в Африку такие опасные для детей игрушки, постыдно используем внутренние конфликты на континенте в своих меркантильных целях, заставив африканцев гоняться за благами научно-технического прогресса, которые им, откровенно говоря, совсем и не были нужды.