Заложница монстра (СИ)

— Опачки, — таки узнав меня, пробормотал Капля. — Какие люди… А чего приперлась? Тебя отправили в отставку. Иди, жуй сопли в другом месте.
— Ты не в себе, придурок, — процедила, со злостью смотря на Никиту. — Дай пройти.
Попыталась просочиться внутрь, но мне преградили дорогу. Еще и руками о косяки уперлись по обе стороны от меня. Или это Капля опору искал, чтобы не завалиться. Не исключаю и такой вариант.
— Ты кого придурком назвала, шваль? — прошипел Капля, багровея от злости.
— Я не виновата в том, что у тебя со школы были проблемы со слухом, — парировала я. — Отойди в сторону.
— Еще чего, — ухмыльнулся Капля, наклоняясь вперед и гипнотизируя меня взглядом. Как только он это сделал, я тут же почувствовала терпкий запах алкоголя. — Тебя сюда не звали. Если Матвей захочет с тобой перепихнуться, он позвонит. Тогда и прибежишь. А так… сиди дома и жди, когда тебя снова отымеют. Все поняла?
Его слова задевали за живое. Он считал меня одной из тех, кто сейчас находился внутри кабинета и громко смеялся. Странно, что Новак еще не просек, кто пришел. Или ему плевать.
Я разозлилась еще больше. И сама не поняла, как толкнула Каплю руками в грудь, отпихивая от себя. И он, пошатнувшись, все-таки начал падать, хватая руками воздух. То ли настолько был пьян, что не мог поймать равновесия, то ли это сил во мне столько оказалось, не знаю. Но у меня все-таки получилось проникнуть в кабинет. И увидеть Матвея в компании двух полуобнаженных девиц, которые облепили его, словно обезьянки лиану.
Разве я ожидала увидеть что-то другое? Нет, даже сомнений не было по поводу того, в чьей компании я увижу сегодня Матвея. Несмотря на это, увиденное меня разочаровало. Теплилась во мне слабая надежда, что я ошибаюсь. Увы, ошибки здесь не могло быть.
— Неожиданно, — растягивая губы в улыбке, проговорил Матвей.
Он обнимал девиц руками за плечи, удерживая подле себя. Мог и не стараться, они не собирались отстраняться. Наоборот, увидев меня, придвинули к нему ближе, словно боялись, что я его у них заберу.
— Нам надо поговорить, — прямо сказала, с вызовом смотря на Матвея.
— Нам не о чем говорить, куколка, — последовал ответ.
Говорил он спокойно. Что было для Новака неестественно. Когда это он сдерживал свои эмоции? Нет, скорее, наоборот. Он всячески их показывал, если был чем-то недоволен или зол. Сейчас же я не могла понять, о чем он думает.
— Ошибаешься, Новак, есть о чем, — заупрямилась я.
Подошла ближе, продолжая смотреть на него. Остановилась у стола, на котором стояли початые бутылки с алкоголем и дорогие закуски. Новак всегда гулял на широкую ногу, платя за всех, кто находился рядом с ним. Сорил деньгами. Сначала теми, что зарабатывали его родители, теперь — своими. И относился он к ним одинаково. Его, кажется, мало заботили счета в банках.
— Слушай, Лаврова, не беси, — поморщившись, проговорил Матвей. — Чего прискакала? Больше, если что, денег не дам. Ты и так неплохо меня подоила.
— Я пришла не для этого, — с силой сжав кулаки, сказала. Так хотелось его стукнуть, да посильнее. Чтобы, может, мозги на место встали. Или ухмылка с губ слетела. Бесит. — Но как ты можешь узнать, зачем, если не хочешь меня слушать?
— Так говори, — продолжил издеваться Матвей. Но руки со своих «подружек» убрал. Те, стоит отметить, расстроились. Одна даже губы перекаченные надула. А лучше бы голые ноги прикрыла. Ведь на ней не юбка была надета, а поясок. — У меня нет никаких секретов от друзей.
— Они тебе не друзья, — кивнув на девушек, парировала. — И Капля так… сомнительный друг.
— Слышал, Ник? Ты сомнительный хер, — засмеявшись, обратился к бывшему однокласснику Новак. — Усек?
— Ага, усек, — проговорили за моей спиной. — Какого хрена она толкается? Совсем охренела?
— Не трогай ее, — предупредил мой личный кошмар. — И отойди подальше. Иначе рискуешь лишиться того, что болтается у тебя в штанах.
Судя по всему, Капля подошел ко мне не для того, чтобы просто постоять за спиной. И Матвей это видел. У меня же на затылке глаз не было. Зато я чувствовала тяжелый взгляд кожей. Поэтому ничего хорошего от Капли не ждала.
 
— Слушай, Лаврова, — продолжил говорить Матвей, — харе топтаться. Либо говоришь, либо выметаешься. По-моему, я четко дал понять, что на общение пока не настроен.
Он подался вперед, упираясь локтями о бедра. Пальцы рук сцепил в замок, будто сдерживал себя от чего-то.
— Мне сложно говорить об этом в их присутствии, — скосив взгляд на одну из девиц, сказала. — Им незачем знать. Это личное.
— Ах, личное? — переспросили у меня. Будто Матвей не услышал моих слов. — Это уже интересно. Есть еще что-то личное, о чем я не знаю?
— Да, есть, — подтвердила свои же слова.
— Окей, куколка, заинтриговала, — выпрямляясь, проговорил Новак. — Выметайтесь.
— Че? — а это подал голос Капля. А я уж надеялась, что его молчания хватит на подольше. — Матвей, ты издеваешься? Я тебя с этой стервой не оставлю. Вдруг она тебе в алкоголь яд накапает. Или зарежет.
— Ты в себе, Капля? — поморщившись, поинтересовался у друга Новак. — И вы, — тут он снова обратил внимание на притихших девушек, — с хрена еще сидите?
Этих слов было достаточно для того, чтобы они наконец-то встали с дивана и стали поспешно поправлять на себе одежду. Хотя, признаться, я не увидела особой разницы. Все равно все было видно.
— Капля, — опять позвал друга Матвей. — Можешь уединиться с ними в каком-нибудь кабинете. Лишь бы не грел уши за дверью. Понял?
— Да понял я, — недовольно откликнулся Никита, морщась. Идти с девушками ему точно никуда не хотелось. А вот подслушать наш разговор — очень. Только вот Матвей четко дал понять, что не потерпит сейчас подобной выходки.
И вот мы наконец-то остались одни. За Каплей закрылась дверь, и стало гораздо тише. Музыку кто-то успел отключить. Не заметила даже, когда это произошло.
Я все так же топталась у стола и смотрела на Матвея, который не спешил подниматься с дивана. Сидел, смотрел на меня снизу вверх и ждал, когда я все-таки осмелюсь заговорить. А мне все казалось, что это он смотрит на меня свысока и того и гляди, раздавит.
— Лаврова, я начинаю терять терпение, — наконец, сообщили мне. — Я, признаться, планировал провести этот вечер немного иначе. В приятной и горячей компании двух полураздетых девиц легкого поведения. Ты не входила больше в мои планы.
— Почему? — спросила, так и не поняв, с чего вдруг Новак передумал меня мучить.
— Почему я не предпочел тебя? — Темные брови мужчины поползли вверх. Надо же, он удивился. — Вероятно, ты мне слишком быстро наскучила.
— Глупости, — хмыкнула, уже более уверено смотря на Матвея. Судя по всему, у нас зарождается новая словесная перепалка. Которая неизвестно к чему приведет. — Я слишком сильно в свое время тебя задела. Вгрохав в меня столько денег, ты бы не стал отступать. Забрал бы свое и даже больше. Ты слишком эгоистичен. Поэтому я не понимаю, с чего вдруг ты решил сжалиться надо мной.
— Сжалиться? Крошка, что за странные слова, — ухмыльнулся Новак. — Единственное, чего мне хотелось — это растоптать тебя. Да, пожалуй, поступок был так себе. Надо было остановиться раньше. И послать все к черту. Но мне стало интересно. А сейчас уже наскучило. Понятно?
— Ты врешь, — заметила. Видела по его лицу, что он не договаривает. Или не собирается обнажать передо мной душу. Только вот я больше его не боялась. Поэтому не собиралась отступать. — Зачем? Оставил меня ты не потому, что стало скучно. Причина в другом.
— Тебе какое дело, Лаврова? — раздраженно поинтересовался Матвей.
Он встал с дивана, обошел стол и остановился в паре шагов от меня. Подходить ближе не собирался. Да и я не подходила. Зато теперь уже он смотрел на меня сверху вниз. А мне снова не было страшно.
— Меня это волнует, — не стала скрывать. — И ты… волнуешь. Мне не все равно на то, что с тобой происходит.
— С чего вдруг? — а вот тут я смогла его удивить. В темном взгляде появилась заинтересованность. — Не вижу радости на твоем лице. Хотя ты должна была ее испытывать. И какого хрена сюда приперлась?