Его Луна, или Переговоры с последствиями (СИ)

— Их не украдут, — отшутился Рэд и выключил экран. — У меня просто была бессонница. Случается. Я сейчас приму душ и буду в полном порядке. На яичницу с помидорами рассчитывать могу?
Девушка кивнула.
* * *
Ивар Манслоу высоко ценил свою жизнь, поэтому перемещался между планетами только в случае крайней необходимости и только на боевом фрегате. Честно говоря, даже это не давало ему чувства безопасности, и в полетах глава корпорации «МГТ» всегда пребывал во взвинченном состоянии. Вот и сейчас суточный перелет в свою резиденцию на Китане он переносил бурно: практически без остановки перемещался по кораблю, рявкал на нерадивый персонал, костерил криворукого пилота и недопечённую шарлотку. Пару раз даже гаркнул на жену, после чего та поспешила скрыться в своей каюте до конца перелета.
Бизнес достался Ивару сорок лет назад по наследству от погибших в авиакатастрофе родителей. Тогда он был двадцатилетним юнцом, и мало кто воспринимал всерьез его участие в деятельности крупнейшей корпорации — производителя горнодобывающего оборудования. Однако парень был амбициозен, умен не по возрасту и настолько же беспринципен. Вскоре все, кто сомневался в его положении «у руля», или пытались порулить им самим — замолчали. Особенно рьяные даже навечно. Нет, ничего криминального на Ивара никогда не всплывало, но глаз у него точно был дурной: то один отъявленный противник провалится в канализационный люк, то аэрокар другого, выйдя из строя, врежется в гору… Словом, место на общепланетарной арене и прибыли компании Манслоу выгрызал зубами, оставляя конкурентов далеко позади.
А потом появился этот выскочка Джон Леграсс. Вероятно, они были чересчур похожи характерами, поэтому все время вращались как два отталкивающих друг друга магнита. Вроде бы их пути в открытую нигде не пересекались, но «Леграсс Индастри» набрал в штат отличных ученых, и технологии, производимые их компанией, буквально за десятилетие шагнули далеко вперед. В первую очередь благодаря монопольному контракту на поставки адамантита с Интегры. Оборудование стоило почти вдвое дороже аналогичного, выпускаемого «МГТ», и Ивар Манслоу сперва посмеивался над конкурентом, но вскоре понял, что недооценил противника. Адамантитовое оборудование было в разы надежнее, долговечней и проще в установке. К тому же, видимо, продажники у Джона были не промах — все новые и новые планеты и корпорации соглашались переплачивать за качество. Ивар даже подумывал открыть собственные адамантитовые цеха, но свободной руды на рынке было до смешного мало, а вложиться в разработку предстояло фундаментально. Поэтому Манслоу выбрал своей тактикой упор на проверенные годами технологии, сохранение старых клиентов и правительственные связи.
Но сейчас — сейчас ход истории можно было переломить! Если бы Ходжес подписал новый монопольный контракт с «МГТ» — Ивар был готов платить больше конкурента. Если бы хотя бы Интегра ушла от монопольной системы на биржевую, и то шансы совершить скачок у корпорации Манслоу были реальны. Но Ивар не первый день был в бизнесе и видел, как чаша весов канцлера уже клонится в сторону продления старых соглашений. Он никак не мог такого допустить!
— Шустер, зайдите ко мне! — скомандовал он в комм, не без усилия воли усаживаясь в кресло в своей рабочей каюте.
Начальник охраны не заставил себя ждать.
— Вы делали ставку на то, что курьер — разумная барышня и в случае осмотра судна от посылки открестится. А если нет? Если начнет доказывать, что она ее?
— Да кто бы ей поверил! — хохотнул Алекс. — Капитан отвечает за весь груз. Что бы девица при таком раскладе ни говорила, ее слова воспримут просто как желание выгородить капитана. Влюбленная дурочка и все такое.
— Нам важно, чтобы поверил Ходжес! — прикрикнул Ивар. — Меня не интересует юридическая сторона момента. Они ее потащат на «детектор» — и что дальше?
— Даже если они подумают, что «Леграсс Индастри» подставили, к нам в любом случае не ведет ни одной ниточки! — Шустер пытался быть спокойным, но необходимость придумывать ответы на многочисленные «а если» начальства порядком выводила его из себя.
 
— Что насчет второго этапа? Когда ждать известий?
— Все в графике, шеф! Корабль предупрежден, что ни в коем случае нельзя ликвидировать объект — обездвижить, задержать, на борт не подниматься. От себя я дал еще задание просканировать яхту на состав металлов. Нам будет проще узнать, где именно находится посылка.
— Флот Интегры точно успеет подойти?
— Обижаете! Получат Леграсса с прототипом прямо на блюде!
— В случае возникновения проблем, Алекс, ты отвечаешь головой. Людей нанимал ты. И ты за них поручился, — угрожающе прошипел Манслоу.
— Не вопрос! Но, может, обсудим и мою премию, если все пройдет гладко?
Лицо Манслоу вытянулось от омерзения:
— Я разве тебе мало плачу?!
— Ну, денег много не бывает! Скажем десять процентов от прибыли по контракту?
Ивар сжал кулаки до белизны, но вслух только произнёс:
— Мне казалось, что ты мой начальник охраны, а не уличный торгаш…
Алекс постарался добродушно парировать:
— Одно другому не мешает. Мне всегда говорили, что во мне есть коммерческая жилка!
— Подпишем контракт — обсудим, — сухо подвел черту Ивар. Для себя он уже все решил. Иметь коммерческую жилку — это значит понимать, с кем можно торговаться. Манслоу себя к таким людям не причислял.
 Глава 5 
Еще четыре дня пронеслись так быстро, что Селена даже не понимала, куда девается время. Она под строгим руководством Рэда занималась на симуляторе, помогала ему в готовке, читала книги, посмотрела несколько фильмов. А еще они без конца разговаривали — о других планетах, где Рэд бывал, о Земле, о Селениной учебе в институте, о ее жизни на Онадэрре. Рэд все время вспоминал занятные факты из своих поездок и разные смешные истории. Он был потрясающе интересным и приятным собеседником. Девушке уже стало казаться, что она знала его всегда. Что они просто встретились в том космопорту после долгой разлуки.
— Слушай, неужели на Онадэрре тебе прямо ничего не нравилось? Все-таки родина, — спросил Рэд, когда они вместе сидели на диване. Селена только что успешно прошла очередную тренировочную трассу и теперь с аппетитом уплетала призовую банку вишневого варенья.
— А ты знаешь, почему наша планета так называется? — она поджала под себя одну ногу и, выловив очередную ягодку, отправила себе в рот.
— Я посмотрел краткую информацию во время дозаправки — это от выражения One Terra, которое вырвалось у первых поселенцев после высадки. Ну а со временем, так как большинство из них оказалось русскоговорящими, фразу стали читать как «онатерра», которое впоследствии для легкости произношения трансформировалось в Онадэрру.
— Держи карман шире! Это всего лишь официальная версия! На самом деле первый ступивший на планету сказал в ужасе: «Она дыра!» А уже потом в официальных источниках название приукрасили до Онадэрры. Это достоверная информация! В нашей семье она передается от отца к сыну, — и Селена, заливисто засмеявшись, в очередной раз смачно облизала ложечку от варенья причмокнув. Она была такая естественная и… притягательная, что у Рэда даже слов не нашлось для ответной шутки. Он поймал себя на мысли, что глаз не сводит с ее пухленьких губ, сомкнувшихся на ложке.
Рэд встал и выставил на экране трассу «Поле астероидов, легкий режим».
— Как доешь — летай. Я пойду, мне надо просмотреть еще кое-какие документы. И… лучше после варенья не налегай ни на что, у нас через пять часов переход.
Капитан покинул гостиную, но в своей каюте сел отнюдь не за документы. Он принял упор лежа и отжимался до тех пор, пока не упал обессиленным. Тело не слушалось, но и мозг тоже отказывался мыслить рационально. Когда Селены не было перед глазами, он все время транслировал мысленно ее образ. Вот она на кухне в длинном воздушном платье дирижирует вилкой и ножом и, хохоча, рассказывает какую-то школьную историю. Ее зеленые глаза лучатся так, что от ощущения переполняющей радости Рэду трудно вздохнуть. Вот она стоит в темноте капитанского мостика, такая близкая и такая далекая. Он видит, как вьются ее волосы, вероятно, поэтому она их все время собирает в косу. Отпусти их на волю — там, наверное, целая львиная грива! И этот манящий запах клубники и… мяты. Точно, это мята! Вот она сосредоточенно, закусив нижнюю губу, пытается провести яхту через астероидное поле. Трасса совсем-совсем простая… для Рэда, который летал всю сознательную жизнь. Он понимает, как это сложно для нее, хвалит, хочет как-то поддержать… И эта чертова ложка с вареньем! Рэд опять перевернулся на живот и отжался еще с десяток раз. Он уже имел достаточно жизненного опыта, чтобы понимать, что именно с ним происходит. Рэд стремительно и безнадежно влюблялся. И он уже, похоже, ничего не мог с этим поделать. Да и не хотел.