Его Луна, или Переговоры с последствиями (СИ)

Селена отрицательно покачала головой.
— Ясно, тогда летаем по улицам с широко открытыми глазами!
У девушки они уже были такими:
— Рэд, я, может, не в себе, но мне показалась, что кто-то только что юркнул в двери вон того дома.
— Листья шевелятся, — спокойно отозвался капитан, но вторую руку на бластер положил.
Они добрались до угла и повернули. Селена внимательно наблюдала за дорогой.
— Стой, я серьезно, там кто-то есть! Когда мы отлетели, оно выскочило и переместилось.
— Оно? Это животное?
— Да откуда мне знать, я толком не рассмотрела!
Капитан остановил аэрокар. Открыл какие-то ящики под сидениями и извлек оттуда два жилета.
— Надевай и затягивай туже. Не волнуйся, он жидкостный, не тяжелый.
— Зачем? — не поняла Селена. — Ты думаешь, на нас нападут?
— Я не думаю — я подстраховываюсь.
— Слушай, ну у тебя прямо не аэрокар, а бэтмобиль! — хохотнула девушка одеваясь.
— Я не знаю, что это, но подозреваю опять из какой-то детской книжки, — улыбнулся Рэд.
— Не совсем, но я тебя как-нибудь просвещу! — пообещала Селена.
— Сейчас выходим с двух сторон, стоим рядом. Руки — открытыми ладонями вперед, чтобы видели, что мы угрозы не представляем. Если начнут проявлять агрессию в любой форме — сразу прыгаешь в аэрокар… Без обсуждений, а то улечу без тебя, — мстительно добавил он.
«Надо же, какие мы серьезные», — подумала Селена, карикатурно отдавая честь и выбираясь наружу.
— Мы пришли с миром! — громко и четко сказал Рэд на галакте. Пару минут тишины. Затем он с такой же паузой произнес эту фразу на русском и английском. Опять ничего.
— Есть еще варианты? — громким шепотом, не поворачивая головы, спросил он у Селены.
— Синдарин, — в унисон ему отозвалась девушка. — Но сомневаюсь, что это поможет.
Однако выкрикнула:
— Em ah Sîdh![1]
Затишье. Затем, со стороны ранее указанного Селеной направления, раздался грубый, но, скорее всего, женский голос.
— Я ни слова не понимаю, это синдарин? — ошарашенно уточнил Рэд
— Я тоже. Мне кажется, это галакт, только сильно исковерканный.
— Говорите. Медленно. Мы. Не. Понимаем! — крикнула она пустоте.
— Кто. Вы?
Это уже капитан смог разобрать.
— Путешественники. Авария. Просим. Помощи.
— Еды. Нет
— Еда. Не. Нужна. Можем. Дать, — и капитан, медленно подойдя к багажнику и не отворачиваясь, достал походную сумку. Поставил ее на дорогу и открыл, демонстрируя банки с консервами и крупы. «Когда это он успел собрать?» — не успела удивиться Селена, как на мостовую метрах в двадцати от них боязливо вышла худая, изможденная женщина с огромным рюкзаком на груди. Казалось, если бы не кислородный баллон за спиной, ее бы перевесило. Определить возраст незнакомки было немыслимо — жестокие условия существования сделали ее кожу морщинистой и сухой. И бледной как у альбиносов.
— Какая. Помощь?
Ее глаза так жадно смотрели на продуктовый мешок, что, казалось, она сейчас его схватит и кинется наутек.
— Где. Тут. Была. Пожарная. Служба? Или. Водоочистные. Сооружения?
Как ни странно, женщина поняла и принялась рисовать карту на пыли носком сапога. Рэд оглядел ее, видимо, оценив на предмет угрозы, и уже спокойно подошел рассматривать рисунок. Что-то жестами уточнил, затем вернулся к «McLaren» и кивнул Селене на сиденье. Женщина так и стояла на дороге, пока аэрокар не скрылся из виду.
— Боится, что мы проследим, куда она пошла, — пояснил Рэд.
— А что ты ей говорил?
— Что у нас есть еще продукты, и мы их принесем сюда, если удастся устранить аварию. Я думаю, что они живут где-то под землей. Обратила внимание на цвет кожи?
Селена кивнула и поежилась. Ей было тошно на Онадэрре, но представить себя заточенной под землей… Это было значительно, значительно хуже.
Пожарный участок представлял собой такое же жалкое зрелище, как и все вокруг. Чтобы попасть внутрь, пришлось обдирать заплетшую его поросль. Зато внутри практически ничего не было тронуто. Нашелся и внушительной длины пожарный рукав. Рэд осмотрел его критически и скорее себе, чем Селене, произнес:
 
— Думаю, подойдет. Возвращаемся. Сейчас я тебя, кстати, познакомлю с Глазго.
Познакомлю — это, конечно, было громко сказано. Глазго представлял собой робота очень старого образца, бочковидного, с множеством «лапок»-манипуляторов. Программа искусственного интеллекта в нем стояла крайне примитивная, причем заточенная исключительно на техническое общение. Рэд привел Глазго к заправочному шлангу, принес пожарный рукав и объяснил, что требуется соединить эти две запчасти, причем так, чтоб они были в состоянии выдержать высокое давление. Робот покрутил два края шлангов в руках, что-то, видимо, «помозговал», затем вывел на экран чертеж предлагаемого соединения и необходимую для этого деталь. Капитан дал добро и Глазго, укатив к какой-то установке в углу машинного отделения, принялся за работу.
— Он что, ее сам вырежет? — потрясенно произнесла Селена.
— Что-то вырежет, что-то допечатает на 3d-принтере. В любом случае у нас есть три часа. Предлагаю перевезти продукты.
— А откуда ты утром узнал, что они понадобятся?
— Ниоткуда. Я просто предположил, что, если люди в куполе все-таки есть, это будет первым, что им нужно.
Как Рэд и подозревал, на месте встречи уже ждали.
— Добро. Пожаловать. В. Наш. Дом. Мойра. Хочет. С. Вами. Познакомиться, — проговорила знакомая с утра женщина, жестом показывая идти за ними. Тропинка вилась через некогда жилые дворы и заросли гигантской «традесканции», так что аэрокар пришлось оставить на дороге. В один момент Рэд немного отстал и потянул Селену за руку:
— Держись позади меня, мы не можем быть уверены в их гостеприимстве.
Селена уже было открыла рот, желая поспорить, но потом справедливо рассудила, что у капитана больше опыта в таких вопросах. Смолчала. Послушалась.
Дорожка привела в небольшой лабораторный комплекс. Вход был очищен от растений. Было ясно, что им регулярно пользовались. Гостей провели по первому этажу и, спустившись в подвал, открыли обычную дверь. За ней была вторая, по которой нельзя было ошибиться — далее бункер. Группа довольно долго спускалась вниз в свете налобных фонарей. Ступеньки упирались в небольшую комнату-шлюз, где местные сняли кислородные маски. Рэд с Селеной последовали их примеру. Воздух был. Хотя и довольно спертый. Следующее помещение было огромным залом с высоким потолком. Очень тусклое аварийное освещение выделяло из темноты многочисленные столы и стулья. Все предельно аскетично, даже сразу и не подумаешь, что здесь живут. Сработал короткий гудок, и с разных сторон начали открываться двери и стали выходить люди. Изможденные, с потухшими взглядами. Здесь было и двое детей — мальчик лет шести и девочка чуть постарше. Они прятались за материнской юбкой и были не по-ребячьи тихими. Даже любопытство не поблескивало в их глазах. Рэд поставил рюкзаки с провиантом на ближайший стол и окинул зал:
— Сколько. Вас. Здесь. Всего?
— Они, — обвела женщина рукой зал, — и Мойра с Талимом. Пойдёмте. Вас. Ждут.
Пока Рэд с Селеной пересекали зал, она насчитала семь человек, включая детей.
— И. Давно. Вы. Ушли. Вниз? — на ходу спросила она.
— Пять. Лет. Решено. Отключить. Кислородоснабжение. Купола. Или. Жить. Меньше. Год. Топлива. Мало.
Прежде чем она успела еще что-либо сказать, распахнулась дальняя дверь, и навстречу им вышла высокая, сгорбленная от времени пожилая леди. Назвать ее по-другому язык не поворачивался, столько в этой женщине было врожденного достоинства и даже аристократизма.
— Добрый день! — сказала она на чистом галакте. — Я Мойра, старейшина этой общины.
И она жестом пригласила внутрь комнаты. Селена и Рэд представились. В помещении было на удивление уютно. Чувствовалось, что, переселяясь, люди пытались по максимуму сохранить дорогие сердцу и памятные вещи.
— К сожалению, мой муж Талим нездоров и не сможет вас приветствовать. Вы со спасательной миссией?