Ведьма и бог

Мое оцепенение настораживает подруг.
– Кто это?
Испытываю сильное желание назвать имя единственного бога, которого хочу снова увидеть, но сдерживаюсь в последний момент. Смотря на мужчину, сомневаюсь.
– Вы правы. Я не должна оставаться одна. Можем поговорить об этом позже?
Они смотрят на меня с недоумением, но, должно быть, прекрасно понимают, что я говорю серьезно.
– Хорошо. Ты позвонишь нам и расскажешь о том, что у тебя с тем блондином-гигантом.
– Обещаю.
Не уверена, что сдержу это обещание, хотя могла бы снова рассказать им о боге, с которым все закончилось плохо и о котором так и не решилась рассказать подробно. Когда подруги уходят, догоняю их. Понимаю, что снова отталкиваю их, в то время как они хотят мне только добра.
– Спасибо, – говорю я им, обнимая.
Они всегда были моими дорогими подругами, которые придавали смысл моей жизни.
Мы расстаемся с гораздо большей легкостью. Теперь могу обратить внимание на мужчину, который так и не сдвинулся с места. Чем ближе подхожу к нему, тем больше убеждаюсь, что была права.
– Здравствуй, Элла, – приветствует он меня с улыбкой.
– Здравствуй, Фобос.
Точно такие же, но как будто отраженные в зеркале глаза окончательно убеждают. Он менее отстраненный, но в остальном – копия Деймоса. Это совершенно сбивает с толку.
– Что вы здесь делаете?
– Хотел лично сказать спасибо, ведь я здесь благодаря тебе.
– Ваше положение было несправедливым.
Он снова улыбается, тронутый. Внутри меня разливается тепло. Так много разных мыслей, которые только и ждут, чтобы выйти наружу, а я не могу найти никого, с кем можно поговорить. Возможно, близнец Деймоса – подходящий вариант.
– Я сделала это в первую очередь для Деймоса.
Произносить его имя вслух – мучение!
– Ради любви к нему. Не принимайте это близко к сердцу.
Фобос одобряет и, кажется, расслабляется.
– Я почувствовал это, когда ты вытащила меня из моего состояния. У тебя очень сильные чувства к брату, и они помогли зацепиться за твое заклинание.
Я рада, что моя любовь действительно на что-то повлияла. Наконец искренне улыбаюсь, такого со мной давно не случалось. Большую часть времени я заставляла себя улыбаться, чтобы успокоить других.
– Могу спросить, как у него дела? – продолжаю я, молясь, чтобы он не напомнил, как сильно Деймос ненавидит меня.
Фобос хмурится и склоняет голову набок.
– Брат больше не рассказывает о себе так много, как раньше, нам все еще нужно восстановить связь. Он… отстранен от меня. От всех, если честно. Думаю, он пытается забыть тебя.
Услышанное не приносит облегчения. Даже издалека и невольно я продолжаю его мучить. И все равно не хочу, чтобы он забыл меня. Он должен обдумать мое предательство. Я хотела бы задать сотню вопросов его брату, чтобы лучше узнать, но продолжаю стоять, отводя взгляд, погруженная в тягостное молчание. Все еще отказываюсь общаться со своими сестрами, желая, чтобы меня оставили в покое.
– Мне пора. – Снова заставляю себя улыбнуться. – Я рада, что вы в безопасности, и…
– Он не пытается забыть тебя, потому что ненавидит, – заявляет голос позади меня.
Эрос и Антерос подходят ближе. Черт возьми, они решили замучить меня сегодня?
– Наше восприятие никогда не бывает обмануто, – добавляет Антерос. – Это настолько же ясно, как олимпийское небо. У вас были взаимные чувства.
Что ж, прекрасно, у него были чувства ко мне, рада это слышать! Спасибо за информацию, никудышные боги любви!
Сестры подходят следом. Вероятно, они сопровождали Эроса и Антероса. Это выглядит как вмешательство. Пульс учащается от раздражения и страха. Зачем оживлять все эти ужасные чувства, когда можно вырыть яму и сбросить в нее их?
– Хватит! – вскрикиваю в панике. – Носки ждут меня, так что извините!
Я несу ерунду, но для оправдания сойдет. Поворачиваюсь на каблуках, чтобы уйти, и только через десять шагов резко останавливаюсь.
Я вижу черного пса. Он выделяется на снегу. Надеюсь, у меня не галлюцинации. Он проходит немного вперед и останавливается, я подражаю ему, сбитая с толку. Он действительно хочет меня видеть? Ведь его последняя фраза звучала как прощание. Пес садится. У меня за спиной толпа свидетелей, понимаю, почему он не хочет идти дальше. Сокращаю разделяющее расстояние и падаю на колени в снег перед ним. Ожидаю трансформации, но она не происходит. Он не хочет говорить?
 
Пес опускает голову и тянется к моей руке. Он просит ласки. Должно быть, у меня бред. Провожу пальцами по мягкой темной шерсти. Бушующие эмоции охватывают живот, легкие и сердце. Не в силах сопротивляться, прижимаю его к себе. В голове все перемешивается. Он пришел попрощаться со мной? Или согласен, чтобы мы были друзьями? А может, хотел убедиться, что я не утонула в чае, пирожных и сериалах? В любом случае у меня не было возможности поговорить с ним!
– Я так по тебе скучаю.
Остаюсь прижатой к нему, борясь со слезами, счастливая оттого, что он рядом. Пес увеличивается в размерах, шерсть уступает место густой шерстяной ткани. Чувствую, что меня поднимают, когда Деймос обретает человеческое обличие. Его руки обвиваются вокруг моей спины, чтобы прижать к себе. Снова оказываюсь в его объятиях, уткнувшись носом в шею, наполняясь его теплом и древесным запахом.
– Я тоже скучал по тебе, – подтверждает он великолепным хриплым голосом.
Он не может оставить меня, после того как сказал мне это. К тому же он говорит в прошедшем времени, значит, еще ничего не кончено? Он не будет скучать по мне, если я останусь с ним?
Деймос мягко опирается на меня, неохотно отстраняюсь, но он продолжает держать руки на моей талии. Мы смотрим друг на друга, и, клянусь всеми богами, в его глазах знакомые эмоции. Те, что очаровали меня мягкостью, силой и желанием.
– Почему ты здесь? – спрашиваю, вцепившись пальцами в его пальто.
Он указывает на братьев и сестер слегка усталым и забавным движением подбородка.
– Они очень настаивали.
Если бы я его не знала, плохо бы это восприняла. Но не сомневаюсь в его ироничном тоне. Его гордость уязвлена, как и моя. Он прижимается своим лбом к моему, и наши руки соединяются.
– Но мне не нужно было слышать, как Фобос встает на твою защиту, я уже знал, что люблю тебя и хочу, чтобы ты была рядом со мной.
Клянусь нимфами неба и земли, это именно то заявление, которого не ожидала услышать, но на которое так сильно надеялась! Я хотела заговорить, но не могла произнести ни слова. В любом случае Деймос не оставляет мне на это времени, продолжая говорить.
– Это обещания, данные на вечность, – произносит он, доставая из кармана черное кольцо, сверкающее бриллиантами. – Ты единственная, кто может носить его, и единственная, кому буду давать эти обещания снова и снова: уважать не принуждая, защищать и оставаться верным этому обету до скончания веков.
Произнося эти слова, он создает тонкую золотую цепочку, нанизывает кольцо на ее звенья и надевает мне на шею. Он позволяет мне пройти оставшуюся половину пути – ту, которая приведет к кольцу на пальце. Он снова открывает свое сердце, и я намерена показать себя достойной этого. Сжимая тяжелый металл в ладони, прижимаюсь к нему лбом, взволнованная.
– Я люблю тебя больше всего на свете.
Мне не хватает слов. Я хотела бы пообещать ему, что всегда буду уважать и защищать его, но мне еще предстоит пройти долгий путь, работая над чувством вины. Хочу, чтобы он безоговорочно мне поверил. Деймос прижимает меня к себе.
– Элла, мы все перевернули с ног на голову, – шепчет он. – Как насчет первого свидания? Это же люди называют «первым шагом»?
Поднимаюсь на цыпочки, смеясь, чтобы поцеловать его в губы.
– Да, – говорю я между поцелуями.
Его рука прижимает меня к себе, чтобы углубить восхитительный поцелуй. Его рука зарывается в мои волосы и щекочет ухо.
– Элла, моя Агапе, – рычит он между двумя поцелуями.
Мы совершенно забываем о нашем окружении, которое тем не менее приблизилось к нам и даже увеличилось, так как к остальным присоединилась Гармония.