Выше, чем звезды (СИ)

— На месте, — достаточно резко, что выдавало нервозность, тормознул Андрей. — Тох, там ребята не просто с золотой ложкой в жопе, как ты любишь говорить, но и с отсутствием мозга и чересчур развитой вседозволенностью. Тусил с ними одно время. Те еще выблядки.
— Прорвемся, — хрустнул я шеей. — Первый раз что ли?
Местный загородный дом стоял довольно обособлено от других, похожих. Три этажа, каменная облицовка, а-ля под натуральность, и приличных размеров стоянка вдоль улицы. Высокий забор, с метровым кирпичным основанием и двухметровыми прутьями выше. Ну и музыка, которая долбила столь громко, что слышно было даже здесь на дороге. Про обилие светомузыки, прожекторов и цветных фонарных столбов можно и вовсе умолчать.
— Какая безвкусица, — сморщился Андрей. — Даже днюху нормально справить не может.
— Знаешь хозяина? — посмотрел я на него.
— Да, было дело, общались, — отвел Андрюха взгляд. — Пока ради прикола наркоту мне в алкоголь не подсыпал. Чуть человека не убил тогда.
Обожаю нашу золотую молодежь. Нет, вот правда. Берут от жизни всё и ни в чем себе не отказывают! Мечта прям!
Иронией в собственных мыслях заглушить пытался отвращение и зарождающуюся злость. Адреналин погнал кровь быстрее, от чего тут же вспотели ладони и воздуха организму необходимо стало больше. Глубокие вдохи через нос и крепко сжатая челюсть — неприятный для меня звоночек.
— Пошли, что ли, — мотнул я головой, проверив, как из-за пояса достается пистолет.
Гостей на празднике жизни было предостаточно. Я бы сказал, что такую толпу видел только в кино. Внутренняя территория участка практически вся забита людьми. Ну, как людьми, пьяными обрыганами, вливающими в себя алкоголь литрами, закидываясь, при этом, наркотой. Музыка буквально оглушала. Тяжелые басы неприятно резонировали внутри, а сверкающие фонари, слепили не хуже светошумовых.
Вход внутрь дома закрыт не был. Странно, но ни охраны, ни каких-то препятствий на нашем пути не возникло. Хотя, какая здесь может быть охрана? Садом и Гоморра, мать его.
Лежащая на столе девушка, одетая в один только купальник, весело смеялась, когда с её живота слизывали алкоголь, стекающий от шеи вниз. Вот к зеленоватым каплям присоединился белый порошок и всё это, под веселое улюлюканье, буквально всосал в себя заметно поддатый малый. При этом, он естественно, не особо сдерживался, скользя ладонями по всему телу девушки. А та, будто так же ловила от этого кайф, изгибаясь тому навстречу и направляя голову руками, все ниже и ниже.
— Не расходимся, — обернулся к парням. — Хрена с два потом друг друга найдем.
Музыка внутри играла тише, но приглушенный свет и дискотечные шары не позволяли держать все окружение под контролем.
Первый этаж представлял собой, по большей части, обеденную зону, растянутую на площадь в эдак метров сто квадратных. Комнаты прислуги, кухня, холл. Никаких дверей и соответственно закрытых помещений здесь не было, так что прошли мы всё достаточно быстро.
Лестница на второй этаж бросалась в глаза своим размахом. Идущая по бокам холла, она выглядела, будто подиум какой. Красная дорожка, перила, из белоснежного, обработанного до идеальной глади дерева и картины вдоль, подсвечиваемые светильниками, в виде свечей. Уже здесь, на втором этаже, коридоры расходились по обе стороны, с простором в виде бильярдной, караоке-зоной и гостиной, раз в десять больше, чем моя однокомнатная квартира целиком.
Закрытых дверей было несколько. В первую я еще пытался достучаться, но после, видя мой нервоз, Миша просто-напросто высадил её ногой. Внутри на огромной кровати шевелилось нечто из людей. Ноги, руки, тела и стоны. Неприятный аромат пота, смешался с алкогольным смрадом и дымом от кальяна. Приглушенный свет дополнял картину всего этого, заставляя ком тошноты подойти вплотную к глотке.
— Какая мерзость, — сплюнул Миха, сдавая назад.
Взгляд его на мгновение прилип к Андрею, но тот, что интересно, не возмутился в праведном гневе, а также морщился, часто сглатывая.
— Не смотри на меня так, — пробормотал он. — Я в таком не участвовал.
 
Продолжать тему не стали, оказавшись у второй закрытой двери. Здесь всё было проще, всего лишь парнишка, связанный по рукам и ногам, сидящий на стуле с кляпом и завязанными глазами. Ну и две девушки, как без них. Одна расположилась перед парнем на коленях, а вторая, с плеткой в руках, хлестала того по спине. На нас внимания они обратили мало, как, впрочем, и мы задерживаться не стали.
Еще две комнаты ничем особым уже не удивили. В одной, вполне себе цивильно, играя в приставку, собралась компания из парней семи. Правда, достаточно отчетливый запах, исходящий от той сигареты, что они передавали после затяжек, вопросов не оставлял.
Последняя же комната и вовсе показалась верхом целомудрия, где просто две девушки, пока еще даже в одежде, не могли оторваться друг от друга. Поцелуи и рычание, шлепки и сдавливание шеи до хрипоты.
— Как же скучно я живу, — философски покачал головой Миша. — Третий?
Молча кивнув, я развернулся на месте и пошел назад, к лестнице. Уже здесь, вновь забег на этаж выше и снова поиски. Атмосфера на этом этаже сильно отличалась. Музыка доносилась еле-еле, тогда как местные звуки не раздражали барабанные перепонки. Даже дискотечной атрибутики не было, лишь бледный свет от висящих светильников, разгонял мрачную темноту.
— Андрюх, — нарушил тишину Миша. — Ты меня, конечно, извини, но вам и правда всё это вкатывает?
— Да как тебе сказать, — ненароком вздохнул парень. — Понимаешь, когда нет запретов и ограничений, ты уже просто не знаешь, чем себя развлечь. Это сложно объяснить человеку с низким достатком. Не в обиду тебе, Мих. Это надо пережить, впитать с молоком матери, так сказать.
— Судя по этим, — кивнул Миша в сторону второго этаже, — впитывали они явно не молоко.
— Всё может быть, — пожал плечами Андрей. — Я вовремя соскочил. Считай, благодаря вам. И да, спасибо за это. Глядя со стороны, и представляя, что одним из этих мог быть я… В общем, спасибо, мужики.
Вместо ответа Миха хмыкнул и просто хлопнул Андрея по плечу. Ну, а я подошел к первой двери и попытавшись её открыть, даже удивился, когда подалась она легко.
Полумрак опять и тишина. Шаг вперед, чтобы осмотреться и с щелчком включается яркий, белый свет.
— А я же говорила, что прибежит! — довольный голос Катюхи резанул по нервам неприятным осколком.
— Ну, лыцарь, — хохотнул, судя по голосу, именно что мужик в возрасте, — добегался, кажется. О, и не один! Это мы удачно заскочили.
Глаз привык достаточно быстро, а поэтому компанию, встречавшую нас, разглядеть получилось полностью. Три мужика в возрасте лет за тридцать, и человек пять наших одногодок. Девчонки, естественно, тоже присутствовали. Кроме Кати насчитал еще трех. И да, кроме нас троих трезвых в этой комнате не было вовсе. Даже Катя, которая алкоголь на дух не переносила, выглядела не ахти. Расширенные зрачки, кривая, словно застывшая ухмылка и постоянный тик облизывания губ.
— О, как низко мы пали, — хмыкнул я, глядя на всё это. — Что, «за деньги да? за деньги да?»
— Какой смелый мальчик, — наигранно спокойным голосом пробасил один из мужиков. — Люблю таких.
— Да погоди ты, Макс, — махнул рукой другой. — Сначала заставим его извиниться перед нашей прынцессой. А уже после, делай с ним, что захочешь.
— Я хочу, чтоб он стоял передо мной на коленях и молил о прощении! — процедила подруга детства. — А то ишь ты, возомнил о себе невесть что! Что, думаешь лучше меня? Весь такой правильный, гордость родителей! И с чего ты вообще возомнил, что интересен мне⁉ Неудачник!
— Ооо, Тох, это клиника, — наклонился ко мне Андрей.
— А может, оставим её здесь? — так же тихо проговорил Миша. — Тут ей самое место. Ниже падать просто некуда.
— Падать? — захохотав, встрял один из парней. — Слышь, голодранец, я могу купить и тебя и всю твою семью. А вообще, чего это мы? Дядь Саш, проучите их! Ну там, не знаю, ноги сломайте, а дальше мы с нами.